Чтение онлайн

Уманьяр были в шоке. А потом и обитатели Базара. Ну, серьёзно, процессия у нас получилась просто дивная! Впереди мы, на лошадях, в количестве трёх штук. Я, Илве и Киган. Сзади к каждой из лошадей привязано по трупной многоножке, на которых лежат, заботливо прикрытые от солнца, бывшие пленные. Ну и как финал – ещё по одной трупной многоножке, только теперь не с телами, а с грузом. Этим мы решили пока ограничиться – нельзя складывать яйца в одну корзину. Вдруг у нас на Базаре дела плохо пойдут? Надо что-то и про запас иметь!

Мы ехали гордо во главе маленького каравана, и чувствовали на себе взгляды местных жителей. Я такое люблю, очень. А вот Илве с Киганом было очень неловко.

Айсе очень не хотелось возвращаться в родную рощу. Сама от себя такого не ожидала. И даже не сразу поняла, отчего у неё такое плохое настроение. Вроде бы наоборот, нужно радоваться возвращению домой, но того восторга, который она испытывала раньше после отлучек, в этот раз отчего-то не было. Она объясняла это дурное настроение неудачей. Ведь как ни крути, они не добились цели. Более того, несут плохие новости. В племени появились две новых вдовы, и пять матерей потеряли своих сыновей. Да и другие пятеро братьев и сестёр остались там, по-прежнему томятся в неволе. Да, наверное, дело именно в этом. В основном. И всё-таки Айса честно признавалась себе – даже если бы они пришли с удачей, даже если бы удалось вернуть всех попавших в плен, её радость всё равно была бы не полной. Она ругала себя за эти чувства, но ничего не могла с собой поделать. Представляла, как снова будет жить в доме племени, как будет охотиться и приносить товарищам пользу… и не чувствовала прежней радости.

Никогда прежде она не подвергала сомнению слова вождя. Казалось, он всегда знает, что делать. Иногда его слова могут быть неприятны, но от этого они не становятся ложью. И всё-таки… Айса призналась себе честно. Мудрый и справедливый вождь Вокхинн может и ошибаться. Он утверждает, что встреченный гоблин шаман только испортил всем жизнь, хотя любому видно – Дуся им помогал! Да что там, если бы не Дуся, они бы погибли в том ущелье, да и до этого тоже могли погибнуть не раз. Вокхинн говорил, что пробраться на золотой рудник и выбраться оттуда невозможно, но Дуся и Чувайо пробрались и выбрались. Теперь Вокхинн утверждает, что спасти соплеменников невозможно, а Айса не верит. А ещё, Вокхинн не раз говорил, что она – некрасивая, потому что не похожа на Рысей, не является Рысью по крови. И Айса верила. А Дуся сказал, что она очень красивая. И он не врал! Айса видела, что он говорил искренне. А ещё Вокхинн всё время говорит, что она не может решать за себя сама, потому что Рыси её спасли маленькую, вскормили. И теперь она всегда будет обязана Рысям. Айса не хотела с этим спорить. Они и правда её спасли… вот только почему она не должна решать за себя? Почему все считают, что она – та, кто будет всегда исполнять указания членов племени?

«Мне просто обидно, что меня не считают своей. Дуся сказал, что прекрасно понимает, что Вокхинн и Рыси ему не друзья. Это правильно. Но почему они не друзья и мне тоже? Ведь я всегда была с ними! Я не хочу туда возвращаться, потому что я больше не чувствую себя там дома!» – Поняла Айса, и от этого стало ещё горше.

Они были уже совсем близко. Проезжали знакомые места, но в сердце не было радости узнавания. Айса чувствовала себя здесь чужой. И когда навстречу прискакала Вияя, девушка не обрадовалась. Вияя всегда относилась к ней снисходительно. Как будто Айса – надоедливый щенок, который только и может делать лужи в жилище, а настоящая польза от него ещё неизвестно, будет ли. Но ведь Айса всегда старалась быть полезной!

Впрочем, девушка мгновенно забыла о своей неприязни, когда встреча состоялась. Вияя оглядела их, пересчитала, и поняла, что поход окончился неудачей. Даже издалека было видно, как опустились её плечи. Но когда они, наконец, встретились, Вияя не стала расспрашивать подробности.

– Беда, вождь! – Сказала девушка вместо приветствия. – Люди из-за гор вышли на тропу войны. И они ищут племя тех, кто ходил на ту сторону! Ищут нас!

Базар был похож на один здоровенный рынок. Удивительно точное название – я-то думал, это будет городок вроде того же Грасс-Вэлли, но тут даже близко похожего не было. Один бесконечный рынок с минимумом постоянного жилья и капитальных строений. Не, в центре что-то такое просматривалось. Наверное, даже жилые, издалека мне было не видно толком. Ещё наблюдалась крепостица небольшая, но вроде бы зубастая. Я на свету вижу хуже, чем ночью, но там, похоже, даже пушки есть! Любопытно было бы разглядеть поближе, но нам туда не надо. Соваться в администрцию, учитывая, что я могу быть в розыске, было бы неразумно, а я под грузом ответственности стал до отвращения рассудительным типом. Самому тошно!

Но все монументальные строения – это в центре, а по краям раскинулось сплошное море палаток, навесов, лотков, загонов для скота на продажу и сотен продавцов. Покупателей, кстати, было куда меньше, чем предполагалось при таком количестве торговцев. Впрочем, я быстро сообразил, что здесь это немного по-другому работает. Большинство торговцев и есть покупатели. Сюда приходят, чтобы обменять какие-то излишки на что-то, чего не хватает.

Публика собралась разношёрстная. Орки, эльфы, люди, которых здесь было меньшинство. Ещё – гоблины! Я впервые встретил здесь своих живых соплеменников, и у меня прямо язык чесался поскорее свести знакомство. Интересно же! Но пока нельзя. Надо держать марку и повышать свою известность, раз уж так сложилось. Чем больше народу нас увидит, тем проще потом будет эти самые знакомства сводить, я так решил!

На нас прям смотрели. Сшитые из кусков скакуны – многоножки произвели настоящий фурор. Я-то думал, для этих мест такое нормально, или, как минимум, не слишком удивительно. Но куда там! Я чувствовал себя как какая-нибудь звезда. Как какой-нибудь маньяк из ужастика, типа Джейсона Вурхиза или Фредди, который вдруг явился в реальность во плоти, и никого вроде бы резать-убивать не собирается, но всё равно – страшно.

– Сдаётся мне, у нас будут проблемы, – напряжённо сказал Витя. Они с Митей сейчас сделались опять невидимыми – на случай, если понадобится за кем-то проследить, – Как-то они на нас слишком испуганно смотрят. Может, тут того, некромантия запрещена?

Я повторил вопрос для Кигана.

– Здесь ничего не запрещено, – ответил уманьяр. – Всё покупается и всё продаётся. Но так ярко демонстрировать тьму, некромантию и прочее зло, не принято.

– Ну и нормально тогда. Что не запрещено – то разрешено! Давайте располагаться!

Я как раз приметил подходящее местечко. Компания из десятка человек сурового и одновременно весёлого вида уже сворачивалась, так что среди лотков и прилавков освободился свободный пятачок. Нам как раз подойдёт такой, чтобы разложиться. Тем более, у нас не так много товара. Это ж больше так, для антуража и чтобы не выделяться из общей массы… слишком сильно. Всё-таки уже и так выделились.

– Привет, братаны. Вы уже уходите? Не против, если мы тут расположимся? – Спросил я у почтенных торговцев. Так-то, если встретил их в другом месте, за торговцев бы точно не принял – видок у мужиков был суровый. Во всяких приключенческих книжках, кои я поглощал в своё время в диких количествах, так описывали либо наёмников, либо разбойников. Лица покрыты щетиной, глаза – как у сытых алабаев, движения ленивые, но точные. Пояса оттягивают пистолеты, за спинами винтовки, в общем, полный фарш и сплошная романтика большой дороги.

– Давай, щегол, место свободно. Раскладывайся, – махнул рукой бородатый тип с голубыми глазами. Вылитый Клинт Иствуд, только тот бритый был. – Что привёз? А то, может, это и нам надо?

– Всего понемногу, но всё исключительно полезное и нужное! – Обрадовался я их интересу. – Оружия немного, патроны, холодняк. Это для самозащиты, значит. Ещё удобная одежда, неповреждённая, хотя и бывшая в употреблении. Для любителей экзотики – балахоны самых разных расцветок. Крепкая хорошая обувь разных размеров – в дороге не подведёт. Есть и поинтереснее вещички, для ценителей. Вот, скажем, набор серебряных рюмок с какими-то камешками. Бирюза, что ли? Типа для дома, для семьи, для уюта. Или вот целая связка отлично выделанной кожи. Короче, товар на любой вкус.