Голодная
Шрифт:
Если вы раньше были подписаны на мой ЛРК, то вы знаете, что меня зовут Язя, но это вещание будет отличаться от того, что вы видели раньше. Талия Эппл, которую многие из вас знают как HectorProtector, это моя лучшая подруга. Меня арестовала служба безопасности Единого Мира за то, что я помогла ей сбежать, вдобавок они выпустили видео, на котором я оклеветала её. Единый Мир перекроил мою историю про Талию в обвинительный акт против неё. Но сейчас я говорю вам, что она борется за то, чтобы мир изменился к лучшему. Талия Эппл, известная как HectorProtector, на вашей стороне. Динозавры, Аналоги и привилегированные должны объединиться. Подключайтесь к моему ЛРК, чтобы узнавать все свежие новости об этой битве.
Когда она потянулась к своей HoverCam, я заметила на её запястье новую татуировку. Крошечный росток, произрастающий из семени и слово Помни. Я не должна была недооценивать её. Я оставила комментарий под её видео, говоря ей, что она мой герой, потому что использует свой ЛРК, чтобы информировать людей, и умоляла её быть осторожной. Затем, понимая, что моё время может быть ограничено, я отключилась от Динозавров и позвонила домой.
* * *
Пока Астрид связывалась с моим папой, я видела себя в маленьком экранчике. Розовые волосы. Зелёные глаза. Ничего похожего с той Талией, которую знал мой папа, и без включенного локатора нет никаких шансов, что он узнает меня. Я беспокоилась, что он может не ответить, когда увидит звонок от незнакомки, но он ответил, и как только его лицо заполнило экран, я разрыдалась. — Папочка, это я. Это Талия.
Он выглядел уставшим и измождённым, на лбу у него пролегли глубокие морщины. — Талия? — переспросил он, и я услышала скептицизм в его голосе. — Это ты?
— Да! — я взяла себя в руки. — Это я. Это действительно я.
Моя мама появилась на экране. Её кожа была пепельного цвета, челюсти крепко сжаты. Впервые за долгое время, я скучала по ней так же сильно, как когда была маленькая, а она уезжала по делам. Когда она, смертельно уставшая, входила в двери, я бросалась к ней, радуясь, что снова могу оказаться в её объятиях, пусть они и были равнодушными. Она пристально всматривалась в моё лицо, ища хоть какое-то подтверждение тому, что это действительно я. — Как ты думаешь, это она? — спросила она папу.
— Это я, вы должны поверить мне, — молила я их. — Я знаю, что выгляжу как безумная, но произошло так много всего и...
— Звучит так, как будто это и правда она, — проговорил папа, все ещё изучая мое лицо.
Я ломала голову в поисках чего-то, что могло бы убедить их, каких-то фактов, наподобие тех, что Бэзил перечислил своей матери, но внезапно мой экран стал чёрным. — Папа! — закричала я. — Мама?
Я могла слышать их, но больше не видела. — Ты думаешь это действительно она? — спросила моя мама.
— Я не знаю, — послышался приглушённый ответ папы. — А кто ещё это может быть?
— Я здесь! — в отчаянии кричала я. — Это правда я.
Потом звук пропал. Медленно появилось изображение. Поначалу размытое. Но когда резкость повысилась, я увидела, что на меня смотрит Ахимса. — Здравствуй, Талия, — спокойно произнесла она.
У меня перехватило дыхание, и я прислонилась к дереву. — Но... как... но... — Я трясла свой Гизмо, как будто это могло вытряхнуть её оттуда.
— Я вижу, ты покрасила волосы, — сказала она. — Мне больше нравился натуральный цвет.
— Чего тебе нужно? — спросила я. — Как ты здесь оказалась? Где мои родители?
Она подняла бровь. — Ну, давай, ты же умная девочка, ты должна додуматься, как я смогла это сделать. Особенно со всеми твоими хакерскими способностями, HectorProtector. Как мило, — проговорила она. — Правда, я не уверена, что твоему дедушке это понравилось бы.
Я проигнорировала её шпильку. — Ты знала, что HP это я?
Она закатила глаза. — Ещё до того, как ты объявила всему миру. В конце концов, на меня работают лучшие специалисты Единого Мира.
У меня ушла секунда на то чтобы связать концы с концами, я резко выдохнула и прошептала: — Мой папа?
Она кивнула и откинулась на спинку, позволяя мне медленно осмыслить его предательство, пока она качалась в кресле из стороны в сторону. Я вспомнила, как много раз крутилась в этом кресле, когда была маленькой. — Я должна признать, — начала она, — даже я была удивлена. Я никогда не знала, что ты на это способна. Ты была таким хорошим ребёнком. У меня были большие планы на тебя в Едином Мире. Интересно, где же мы ошиблись?
Это вывело меня из себя. Я выпрямилась и закричала. — Я бы не стала работать на тебя даже если... если бы... если бы...
— Если бы что? — переспросила она. — Если бы от этого зависела твоя жизнь? — Она засмеялась. — Смешно, потому что вроде бы сейчас именно это и происходит, не так ли?
— Что это должно значить? — прорычала я.
Она наклонилась своим носатым лицом так близко к камере, как только могла. — Я устала играть с тобой в эту маленькую игру, Талия. Ты создала нам очень большие проблемы. Для нашей конечной цели. Для твоей семьи. Ты, должно быть, думаешь, что раскрыла какой-то большой секрет...
Я набрала полную горсть листьев. — Например, этот! — Прокричала я и поднесла листья к камере. — Вы лгали нам годами.
Лицо Ахимсы ожесточилось. — Не всё так просто. Даже если снаружи и существует еда, её всё равно недостаточно, чтобы накормить всех. Ты и понятия не имеешь, как всё выглядит, когда уменьшаются поставки продовольствия. Спекуляции. Войны. Голод. Что чувствуешь, когда видишь умирающих детей. Мы с твоими родителями пообещали себе, что мы сделаем всё возможное, чтобы это больше никогда не повторилось.
Я швырнула листья в воздух. — Ты лжёшь прямо сейчас! Я знаю о нелегально рождённых детях. Что вы никак не заботитесь о них. Вы не спасаете никого!
На какой-то миг она замерла, но потом пришла в себя. — Система, возможно, не идеальна, но было бы безответственно притворятся, что мы можем вернуться к прошлому существованию. Если мы сделаем это, снова разразится война, и выжить смогут только самые богатые. Мы нашли лучшее решение для всеобщего блага. Мы верим, что это самое милосердное, что мы можем сделать.