Чтение онлайн

— Что у нас по совпадениям? — спросил он.

— Мы прогнали движение через архив, — ответил старший аналитик, не отрываясь от панели. — Военные стили Капитолия. Протоколы миротворцев. Экзотические школы. Ничего. Совпадений нет.

Он повернулся к операторам.

— Мне нужна полная психологическая оценка. Немедленно. И я хочу знать, как он это делает. Эти движения… — он ткнул пальцем в экран, — это не импровизация. Слишком… слишком чисто

Сенека медленно выпрямился. На экране Пит снова шёл — уже прочь от Рога, через тела, не ускоряя шаг. Как будто время для него текло иначе.

— Значит, это система, — сказал Сенека тихо. — Не набор трюков. Не везение.

— Но такой системы нет в наших архивах, — добавил аналитик, и в его голосе впервые проскользнуло беспокойство. — Мы бы знали.

Рядом появился помощник, державший планшет.

— Сэр, первые отклики зрителей, — сказал он торопливо. — Рейтинги взлетели на триста процентов. Ставки перераспределяются. Пит Мэлларк теперь главный фаворит. Спонсоры…

— Я знаю, — перебил Крейн. — Все хотят поставить на победителя.

Сенека почувствовал, как неприятный холод скользнул вдоль позвоночника. Не страх — скорее профессиональное раздражение, смешанное с тревогой. Капитолий знал всё о своих Играх. О каждом стиле, о каждом сценарии. Он знал, как рождаются легенды.

А Пит Мелларк не вписывался.

— Усильте наблюдение за двенадцатым, — сказал он, не повышая голоса. — Все камеры. Все сенсоры. Отдельный канал. Но без вмешательства.

— Даже если он снова… — начал кто-то.

Сенека поднял руку, останавливая.

— Не вмешиваться. Пока нет. — Он сделал паузу, глядя, как на экране Пит исчезает в лесной тени. — Он стал главным генератором рейтингов за последние годы. Его «феномен» нужно изучить. А пока… использовать.

Он сделал паузу.

— И пришлите кого-нибудь к Президенту Сноу. Ему нужно увидеть это лично.

В апартаментах Двенадцатого дистрикта

Хэймитч сидел перед экраном, застыв в неподвижности. В руке был стакан, но он не пил — просто держал, глядя на повтор бойни, который показывали снова и снова.

Эффи стояла позади, одна рука прикрывала рот, глаза широко распахнуты. Она больше не улыбалась. Не восторгалась. Просто смотрела.

— Он… — начала она и осеклась. — Хэймитч, он убил их за секунды. Карьеров. Карьеров.

Хэймитч молчал. Его лицо было каменным, но глаза… глаза выдавали смесь потрясения, страха и чего-то похожего на жалость.

— Ты знал? — спросила Эффи тихо. — Ты знал, что он… такой?

Хэймитч медленно покачал головой.

— Нет, — хрипло ответил он. — Я знал, что он опасен. Но не настолько. Я думал… — он замолчал, сделал глоток. — Я думал, он просто умён. Расчётлив. Но это…

Он ткнул пальцем в экран, где Пит стоял в плаще.

— Это не ум. Это опыт. Это привычка.

Эффи опустилась на стул, бледная.

— Что мы наделали? — прошептала она. — Мы отправили туда монстра.

Хэймитч резко повернулся к ней.

— Не смей, — жёстко сказал он. — Не смей называть его так. Он делает то, что должен, чтобы выжить. И если это выглядит чудовищно, то вини систему, а не его.

Эффи дрогнула, отвела взгляд.

Хэймитч снова посмотрел на экран. Пит уходил в лес, спокойный, собранный, почти величественный.

— Он выживет, — пробормотал Хэймитч себе под нос. — Чёрт возьми, он может выиграть. Но после этого…

Он не закончил фразу. Не нужно было.

После этого Пит Мэлларк уже никогда не будет тем мальчиком из пекарни.

Капитолий не прощает таких побед.

Китнисс бежала.

Ноги сами несли её прочь от Рога, от криков, от звона металла и запаха крови, который она успела почувствовать даже на расстоянии. Её сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот вырвется из груди, дыхание сбивалось, но она не останавливалась, не оглядывалась, просто бежала к спасительной линии леса, которая медленно, мучительно медленно приближалась.

Не останавливайся. Не оборачивайся. Просто беги.

Гонг ударил, и в первую секунду её тело словно окаменело — мышцы отказались слушаться, разум замер, пытаясь обработать реальность происходящего. Это начались Игры. Настоящие. Больше не тренировки, не репетиции, не церемонии. Сейчас она либо побежит, либо умрёт.

В последний миг перед гонгом их взгляды встретились с Питом — через весь Рог, через золотое сияние металла и разбросанные припасы. Он стоял на своей платформе странно спокойно, слишком спокойно для человека, которому через секунду предстояло бороться за жизнь. И когда их глаза встретились, он кивнул. Едва заметно. Один раз.

Беги.

Она поняла. Не словами — инстинктом, той частью себя, которая выживала в лесу, которая чувствовала опасность раньше, чем её видела. Пит говорил ей: не иди к Рогу, не лезь в эту бойню, беги в лес и жди.

Первые метры дались легко — адреналин, страх и отчаянное желание жить толкали её вперёд с силой, о которой она не подозревала. Мимо мелькнули несколько других трибутов, тоже бегущих прочь от центра — кто-то плакал на бегу, кто-то задыхался, кто-то просто молча мчался, пытаясь оторваться от смерти.

Китнисс обогнала их всех. Её ноги, привыкшие к долгим переходам по лесу, к прыжкам через упавшие стволы и подъёмам по склонам, работали чётко, автоматически. Она не думала о технике, не анализировала маршрут — просто бежала, как бежала сотни раз, спасаясь от миротворцев на границе ограждения.

Позади раздался крик — короткий, оборвавшийся на полувздохе. Потом ещё один. И ещё.

Не оборачивайся.

Лес был близко — ещё пятьдесят метров, сорок, тридцать. Деревья становились всё чётче, она уже различала стволы, ветви, тени под кронами. Почти. Почти добралась.

И вдруг — рядом справа — мелькнула оранжевая ткань. Рюкзак. Небольшой, заброшенный кем-то из организаторов на край поляны, наполовину скрытый в высокой траве.

Китнисс притормозила на долю секунды.

Не останавливайся. Пит сказал — беги.

Но в голове мгновенно пронеслись расчёты: без рюкзака — без воды, без еды, без инструментов. Даже если там только пустая фляга и кусок верёвки, это уже больше, чем ничего. Лес даст укрытие, даст дичь, но арена — это не граница Двенадцатого. Здесь могут быть ловушки, мутанты, яды, о которых она не знает.