Чтение онлайн

Нет, я не влюбилась в лорда Николаса Прэтта с первого взгляда. Даже подумать про это не могла, я просто смотрела на него и… завидовала. И его блестящим волосам с легкой волной, и потрясающей глубины глазам, и ресницам, и даже оттенку кожи.

— Нравлюсь? — бархатистым голосом, от которого у меня по позвоночнику мурашки побежали, спросил лорд.

— Ага, — кивнула я, прежде чем вообще успела осознать, о чем у меня спрашивают. А когда увидела, как приподнимается левая бровь лорда в изумлении, так и вовсе чуть не лопнула от зависти. Нет, это вот просто невозможно! И этот туда же. И где справедливость? — Но вы, наверное, и так знаете, какое впечатление производите на женщин, так что в моем восхищении вами нет ничего удивительного. Поэтому, я предлагаю сразу приступить к делу и объяснить причину моего появления в ваших владениях.

Лорд изумился еще больше.

— Однако, — усмехнулся он, и сразу очарование пропало, точно бы волной смыло. И передо мной был все тот же мужчина, красивый, аристократичный весь, но уже не такой… такой… неотразимый, наверное. Я даже головой потрясла, зажмурилась на миг и снова посмотрела на лорда Прэтта. Нет, эффект не вернулся. Мужчина и мужчина. Красив, даже очень, но и только. Пожалуй, вот сейчас он даже чуть более мужественным мне показался. Я нахмурилась, а лорд Прэтт улыбнулся, — не часто мне встречались настолько непосредственные молодые леди. Будьте любезны, повторите еще раз, как вас зовут?

— Рианна Сольер, милорд, — с вежливой улыбкой произнесла я. — Я являюсь внештатным корреспондентом газеты «Голос Тайра» и хотела бы…

— Так вас прислал Молар! — воскликнул лорд и словно бы расслабился. Даже улыбка его стала чуть более приветливой, хоть и до этого он не скалился зло или недоброжелательно. — Вот старый пройдоха! Мы же с ним вполне удачно сотрудничали уже столько лет, что изменилось? Или, — тут лорд чуть встревожился, — с господином Моларом все в порядке?

— Да-да, — поспешила заверить я лорда Прэтта. — Все в полном порядке.

— Но тогда я не понимаю, — он пожал плечами, — что заставило такую милую барышню из газеты так настойчиво добиваться свидания со мной. Да еще и такими методами.

Нет, вот когда он так искренне удивлялся тому, зачем я искала с ним встречи, я ни капли не смутилась, а когда заговорил про методы… Я покраснела. И даже глаза опустила, принявшись с преувеличенным вниманием разглядывать собственные пальцы, сжимающие блокнот. Просто, и в самом деле не очень прилично получилось.

— Простите, — произнесла очень тихо, — я не хотела мешать вашему… вашей встрече с госпожой Баррио. Мне правда очень жаль, что так получилось, но ваша собака меня напугала и… Простите.

Извиняться я не очень умела, хоть и приходилось мне это делать частенько. Но обычно хватало покаянного «я так больше не буду». Маменька и отчим верили и проникались, магистр Андаризи только вздыхал, а дядя Фил… дядя Фил видел меня насквозь и никогда не заставлял извиняться, точно зная, что толку от этого не будет.

— К этому мы еще вернемся, мисс Сольер, — произнес лорд Прэтт, запнулся на мгновение, а затем поинтересовался: — Антуан Сольер вам не родственник?

— Это мой отец, — кивнула я, отмечая про себя, как ловко этот аристократ обошел тему с моими извинениями. А ведь воспитанный человек должен был мило ответить, что все в порядке и он не держит на меня зла. Однако. С этим лордом надо быть настороже, а то не заметишь, как окажешься должна ему что-нибудь не совсем приличное.

Я вздохнула и быстро глянула на лорда Прэтта. Сидит, смотрит на меня не без интереса и пойми, чем этот интерес вызван.

— Вот даже как, — протянул наконец лорд Прэтт, поднимаясь с кресла и неторопливо огибая стол. — И все же, если вас послал не Молар, то что вы делаете в моем особняке, мисс Сольер?

— Я ведь уже говорила, что являюсь внештатным сотрудником газеты «Голос Тайра» и провожу свое собственное независимое расследование. Меня интересуют ваши отношения с ныне покойной леди Ариэллой Нейрос.

И вот произнесла я имя покойной лераны и вздрогнула. Почудилось вдруг, как воздух вокруг меня сгущается, а в кабинете лорда, ощутимо холодает. Точно бы не лето за окном, а самая настоящая осень, а слуги забыли растопить камин. Я непроизвольно поежилась и даже не удержалась от того, чтобы бросить быстрый взгляд вправо, на тот самый камин, который был пуст и основательно вычищен. И правильно, кто ж в здравом уме топит камины, когда за окном середина лета и в Тайре стоит такая духота, что даже дышать нечем.

— Вот как, — снова произнес лорд и чуть подался вперед, сверля меня пристальным взглядом.

Мне стало очень неуютно. Вот как-то совсем-совсем неуютно и даже чуточку страшно. Просто в этот вот момент показалось вдруг, что вокруг меня разворачивается невидимый кокон, и виски прострелило болью, а перед глазами вспыхнул яркий свет. На миг всего, и тут же пропал, но я не удержалась и прижала пальцы к вискам. Больно было очень, и тошнота подступила к горлу, а в глазах появилась резь, будто бы я плакать собралась.

— Кто вас послал? — резкий, холодный голос раздался будто бы у меня в голове, но такого ведь быть не могло, просто не могло, и я вздрогнула, распахнула глаза и вскрикнула.

Лорд Прэтт больше не стоял, прислонившись небрежно к своему столу, теперь он нависал надо мной, ухватившись обеими руками за подлокотники кресла, в котором от боли корчилась я, и смотрел… даже не на меня, а будто бы… вглубь меня. И от этого его взгляда мне стало в тысячу раз больнее. Слезы брызнули из глаз, рот заполнился чем-то вязким, теплым и отвратительно-неприятным… Было страшно, холодно и хотелось забиться куда-нибудь в уголок, спрятаться там и тихонечко скулить от боли и жалости к себе. В голове словно бы что-то взорвалось, ослепляя на миг яркой вспышкой, и эта вспышка точно бы отсекла меня от боли.

Вдруг все закончилось, я вынырнула из неприятного зыбкого марева и осознала, что все еще сижу в кресле, в кабинете лорда Прэтта, вжавшись в спинку, а сам сиятельный аристократ по-прежнему нависает надо мной и смотрит… точно в самую душу.

— Что… — голос осип и не слушался, горло сдавило спазмом, слезы все еще текли по щекам, — что вы… что вы делаете?

— Кто вас послал? — снова раздался холодный, точно потусторонний голос и я задрожала от страха. Потому что точно видела, что губы лорда Прэтта не шевелятся.

Я всхлипнула, задохнувшись от нового приступа боли, сильнее закусила губу и уже приготовилась упасть в обморок.

Но мне никто не позволил даже такой малости. Лорд Прэтт ухватил мое лицо за подбородок, сжал с такой силой, что точно синяки останутся и прорычал:

— В глаза смотреть! И повторяю в последний раз: кто вас послал? Лучше сразу признавайтесь.

Я всхлипнула, мотнула головой, пытаясь вырваться, но не получилось, а в следующее мгновение голова взорвалась болью. Я попыталась закричать, но из горла вырвался только какой-то хлюпающий звук, по подбородку щекотно потекло что-то теплое…