Чтение онлайн

— Не смотри на меня так, — отозвался Прэтт, правда, в его голосе больше не было пренебрежения. Мне даже показалось, что я уловила отдельные тревожные нотки. — Я не убивал Ариэллу, не имитировал никакой ритуал и уж точно не воздействовал на вахтершу. Тво… …, Март, да ради всех богов прекрати на меня так смотреть!

— Тебе лучше все мне честно рассказать, Ник. Потому что сейчас я склонен думать, что у меня все-таки есть подозреваемый. И это ты. И еще, лорд Нейрос рвет и мечет, требует найти убийцу его дочери и повесить его. Он сегодня уже был у императора. Если кто-то узнает о том, что между вами что-то было…

— Да не было ничего! Не было! По крайней мере, ничего из того, что ты думаешь! — лорд Прэтт сорвался на крик.

— А что было? — вкрадчиво поинтересовался старший следователь по особым поручениям.

И я тоже дыхание затаила, прислушиваясь к каждому шороху и стараясь ничего не упустить. Это же не просто сенсация. Это бомба! И да, я все же была права, лорд Прэтт — именно тот мужчина, за которого леди Нейрос собиралась замуж. Иначе просто и быть не могло. Это, может, у него с покойной ничего не было, а вот у нее, судя по всему очень даже все с ним было.

— Март, — протянул лорд, — ты же понимаешь…

— Ой, вот только не надо мне сейчас утверждать, что ваши встречи были продиктованы исключительно деловой необходимостью, — отмахнулся старший следователь. — И что ты, весь такой несчастный, был вынужден пожертвовать собой на благо империи. Не надо, я слишком хорошо тебя знаю и помню еще, как ты облизывался на Ариэллу с пяток лет назад.

Я чуть не вскрикнула от возмущения, в самый последний момент только спохватилась и прикусила губу. Сильно так прикусила, почти до крови. Это что же получается, они все знакомы были? Вот совсем все-все? И лорд Прэтт, и старший следователь Алан и… и покойная ныне леди Ариэлла Нейрос? Мамочки, это что же происходит-то? Это как так-то?

И никто об этом не знает, кроме меня? Вот уж точно, сенсация.

Видеть, что происходит в кабинете, я не могла, зато отчетливо все слышала. И после слов старшего следователя, наступила тишина. Ну, относительная тишина, в смысле того, что лорд Прэтт отвечать не торопился. Вместо этого до меня донесся приглушенный звук шагов, затем легкий скрип, звон стекла и характерное бульканье. О, как, они там еще и пить собираются!

Я потерла ладошки, предвкушая много всего интересного, и поморщилась. Вот все же жизнь несправедлива. Двое мужчин, не последних в империи, стоит отметить, оба даже с претензией на гордое звание джентльменов сейчас сидят в удобных креслах, потягивают дорогой коньяк (а я почему-то не сомневалась в том, что лорд Прэтт не приемлет дешевого алкоголя. Впрочем, моя уверенность была основана еще и на том, что я заметила краем глаза у него в кабинете бутылку коньяка на столике у камина. Очень дорого коньяка, такого же, как тот который я сегодня утром экспроприировала у дяди Фила ради достижения благородной цели — добывание информации), сплетничают. А я, милая девушка, уставшая до безобразия, подвергшаяся самому беспринципному нападению и пострадавшая на благо империи и во имя гласности и справедливости, вынуждена топтаться босиком на холодном полу. И ведь даже и присесть тут некуда. Нет, кушетка и кресла имеются, только вот сомневаюсь я, что мне удастся сдвинуть их с места.

Я вздохнула, еще раз посетовав про себя на несправедливость мироустройства, в сотый, наверное, раз пообещала жестоко отомстить лорду Прэтту за все издевательства, и снова приникла к слуховому окошку.

— Видишь ли, Март, — вещал невидимый мне лорд, — все дело в том, что мое отношение к леди Нейрос изменилось в тот момент, когда из недоступной девушки-мечты она превратилась в весьма доступную особу. Прости, друг, но не мне тебе рассказывать о том, что подобного пятна на репутации ей бы никто не простил. Никогда. И даже положение и связи Нейроса-старшего не исправили бы ситуацию.

Я вынуждена была признать правоту лорда Прэтта. А ведь и в самом деле, еще сегодня утром, я думала о том же. Девушка из знатного рода, дочь такого известного политика, как лорд Нейрос, просто обязана была хранить кристально чистую репутацию вплоть до замужества. А она, вопреки всему, получает лицензию лераны и занимается самым древним в мире ремеслом. Странно? Еще как. И непонятно.

— Не мне тебе объяснять, друг, — в тон ему ответил старший следователь, — что на все это можно закрыть глаза. О занятии Ариэллы не распространялись. Об этом не говорилось вслух и даже шепотом не обсуждалось. Нейрос обеспечил так же и полнейшее молчание в прессе. Так что… превосходный, кстати, коньяк, — вдруг невпопад произнес Алан, и я словно бы наяву увидела, как он делает глоток из бокала, чуть прищуривает глаза, перекатывая его на языке, как откидывается на спинку кресла, с выражением безграничного удовольствия на лице. Затрясла головой, чтобы отогнать картинку. Что за дела? Еще мне тут не хватало о всяких следователях и их повадках раздумывать. У меня расследование, сенсация, у меня слово чести, в конце-то концов, мне некогда разной ерундой голову забивать.

— Молчали, — согласился Прэтт, — но все об этом знали.

— И что? Случись Нейросу угодить императору, и попросить в качестве благодарности мужа для дочери, причем не простого, а родовитого, и считаешь, у тебя был бы шанс избежать брака? Приказы его величества не обсуждаются, а насколько мне известно, после последней выходки ее императорского высочества Марии Леонисии, наш правитель стал особое внимание уделять репутации дворян. И не только юных леди, а и не совсем юных лордов. Не зря Нейрос делал все возможное, чтобы замять скандал и сохранить занятие Ариэллы в тайне. Я вообще не понимаю, как он это допустил?

— Меня это тоже интересовало и… Ариэлла кое-что рассказала.

У меня уже все внутри дрожало от нетерпения. Это ж сколько всего интересного мне довелось подслушать. Это ж просто чудо, что за комнатка такая. Осознавать и анализировать информацию буду потом, а пока… ну говорите уже, говорите! Я даже пританцовывать стала на месте, так мне не терпелось поскорее узнать тайну леди Нейрос.

— Вот как? — кажется, Март удивился.

— Ага, она сказала, что у старика Нейроса не было выхода и ему пришлось принять ее решение.

— Думаешь…

— У нее был компромат на отца. Причем, настолько серьезный и грязный, что тот предпочел смириться с занятием дочери, но не допустить, чтобы тайна эта стала известна.

— Интересно, — протянул Март, — а могли ее убить из-за этого?

— Не знаю, Мартин, Ариэлла не сказала, что это была за информация, но… среди ее клиентов было несколько очень опасных людей. Очень, Март.

— Ты знаешь кого-нибудь из них? — даже голос старшего следователя изменился. В нем не было больше ленивых тягучих ноток, теперь он звучал резко, профессионально. Сразу было видно, что господин старший следователь Алан умеет вести допросы, даже у меня по спине мурашки побежали.

— Знаю. И… Март, я не могу сказать. Правда. Единственное, что тебе надо знать, это то, что Ариэлла имела контакты с людьми, которые были ответственны за ту историю. Не думаю, что сама она была в чем-то замешена, но…

— Да…! И… на… и… через…! — старший следователь не просто ругался, он так виртуозно выражал свое возмущение и отношение к словам старинного приятеля, что я заслушалась и остро пожалела, что записать нечем. Придется полагаться на память или потом попросить, чтобы он повторил все это специально для меня. — Так и знал, что ты влез в это дело! — наконец принялся выражать свои мысли уже понятными и, главное, приличными словами следователь.

— Я из него и не вылезал, Март, — сухо отозвался лорд Прэтт. — Если ты помнишь, они остались мне должны. А я привык получать выплаты по всем счетам.

— Это опасно, в прошлый раз тебя по кусочкам собирали, Ник, — в голосе Мартина Алана звучало такое неподдельное беспокойство, что даже я заволновалась. Что же там за история-то такая? И что за страшные личности были в клиентах у леди Нейрос?

И, самое главное, как мне это узнать? Вот бы как-нибудь раздобыть список ее клиентов? Интересно, где он может быть? В полиции, среди вещественных доказательств или же… все еще в ее квартире?