Чтение онлайн

Ванная комната была стандартно-белого цвета с узким высоким окошечком над самой ванной. Совершенно типичные удобства любого мотеля, если не считать чаши с ароматической смесью, благоухавшей мускусом и гардениями.

Верн сообщил мне, что из свободных коттеджей это самый большой, а мне нужна была площадь. Два гроба занимают много места. Я сомневалась, что меня устроило бы постоянное присутствие Ашера и Дамиана у меня в комнате, но не было времени это обсуждать. Я хотела как можно скорее увидеться с Ричардом. А кто будет делить койку с вампирами - решим потом.

До поездки в тюрьму я сделала три телефонных звонка. Первый - по номеру, который дал мне Дэниел, чтобы сообщить о своем приезде. Никто не снял трубку. Потом я позвонила Кэтрин сообщить, что долетела нормально, и попала на автоответчик. Третий звонок был адвокату, которого рекомендовала Кэтрин, Карлу Белизариусу. Ответила женщина с великолепным телефонным голосом. Узнав, кто я, она отреагировала как-то бурно, что меня озадачило, и соединила меня с сотовым телефоном Белизариуса. Что-то тут происходило, и, наверное, не слишком хорошее.

Послышался глубокий, сочный мужской голос:

– Белизариус слушает.

– Анита Блейк. Я полагаю, Кэтрин Мэнсон-Жиллет вам сказала, кто я.

– Минутку, миз Блейк.

Он нажал кнопку, и наступила тишина. Когда он появился на проводе снова, слышался шум ветра и машин. Белизариус вышел на улицу.

– Миз Блейк, я чертовски рад вас слышать. Что за фигня творится с вашим делом?

– Простите?
– переспросила я тоном совсем не дружелюбным.

– Он отказался меня видеть. По словам Кэтрин, ему нужен был адвокат. Я приехал в эту богом забытую глушь, но он отказывается со мной встречаться. Говорит, что он меня не нанимал.

– Блин!
– тихо сказала я.
– Простите, мистер Белизариус.
– Тут мне пришла в голову мысль.
– Вы ему не сказали, что я наняла вас от его имени?

– Это различие существенно?

– Честно говоря, не знаю. Либо это поможет, либо он пошлет вас к черту.

– Это он уже сделал. Мои услуги не дешевы, миз Блейк. Даже если он от них откажется, кто-то должен мне оплатить этот день.

– Не беспокойтесь, мистер Белизариус, я это обеспечу.

– У вас есть такие деньги?

– А о каких суммах мы говорим?
– спросила я.

Он назвал цифру гонорара. Я изо всех сил постаралась не присвистнуть в трубку. Медленно посчитав до пяти, я ответила:

– Вы свои деньги получите.

– У вас есть такие деньги? Я здесь почти во всем полагаюсь на слова Кэтрин, так что извините мое недоверие.

– Нет, я вас понимаю. Ричард создал вам проблемы, вы отыгрываетесь на мне.

Он резко засмеялся.

– Ладно, миз Блейк, ладно. Я не буду злобствовать, но мне нужны какие-то гарантии. Вы можете оплатить мой гонорар?

– Я зарабатываю на жизнь поднятием мертвых, мистер Белизариус. Это редкий дар, и я смогу уплатить ваш гонорар.

Я действительно расплатилась бы, однако не без напряга. Я не выросла в бедности, но в моей семье знали цену трудового бакса, а запросы Белизариуса были несколько... неожиданными.

– Сообщите Ричарду, что вас наняла я, и дайте мне знать, изменит ли это его отношение. Он может отказаться видеть нас обоих.

– Вы платите большие деньги, миз Блейк, особенно в том случае, если я возьму это дело. Должно быть, вас с мистером Зееманом что-то связывает.

– Долгая история, - сказала я.
– Сейчас мы вроде как ненавидим друг друга.

– Куча денег - ради человека, которого вы ненавидите.

– Не будем это обсуждать, - попросила я.

Он снова засмеялся. Смех у него был нормальнее речи - почти лающий. Наверное, он не отрабатывал его для выступлений в суде. То, что этот богатый и сочный голос был тренирован, сомневаться не приходилось.

– Я пошлю сообщение, миз Блейк. И надеюсь, что смогу вам перезвонить.

– Перезвоните, даже если он скажет "нет". Я хотя бы буду знать, чего ожидать, когда поеду в тюрьму.

– Вы поедете, даже если он откажется вас видеть?
– спросил Белизариус.

– Ага.

– Я с нетерпением жду встречи с вами, миз Блейк. Вы меня заинтриговали.

– Ручаюсь, вы это говорите всем девушкам.

– Очень немногим, миз Блейк.

Он повесил трубку.

Из ванной вышел Джейсон. Он был одет в костюм - никогда раньше не видела его ни в чем, кроме футболки и кожаных джинсов, или и того меньше. Странный у него был вид в темно-синем костюме, в белой рубашке и тонком белом галстуке, по которому бежал со вкусом подобранный узор. Если присмотреться, то галстук был шелковый, а узор составлен из миниатюрных геральдических лилий. Я знала, кто выбирал этот галстук. Костюм был сшит лучше, чем бывает купленный готовым. Жан-Клод отучил меня покупать готовое, как бы хорошо оно на мне ни сидело. Джейсон застегнул пуговицу на пиджаке и огладил светлые волосы.

– Как я выгляжу?

Я покачала головой:

– Как вполне нормальная личность.

– Ты вроде удивляешься?
– осклабился он.

Я улыбнулась:

– Никогда не замечала, чтобы ты выглядел бы по-взрослому.

Он шутливо надул губы, будто обиделся:

– Ты меня видела почти голым и еще считаешь, что я не был похож на взрослого?

Я покачала головой, но не могла не улыбнуться.

Пока он переодевался в ванной, я тоже переоделась. На красной блузке оказалось несколько темных пятен крови. Высохнув, они почернели и стали выглядеть еще хуже, вот почему блузка валялась сейчас в раковине. Кровь и на красном выступает, что бы люди ни говорили.

На черных джинсах пятен вроде бы не было. Несколько капелек крови на них вряд ли бросались бы в глаза. Черный или темно-синий цвет лучше всего маскирует кровь. Наверное, темно-коричневый тоже, но у меня мало вещей такого цвета, поэтому я не берусь сказать.

Новая блузка была бледной, почти снежной голубизны - подарок моей мачехи Джудит. Когда я открыла на Рождество эту коробку, то сразу решила, что она опять купила мне вещь, которая куда больше подошла бы к ее блондинистой белизне, чем к моей смуглости. Но чистый и ясный цвет придавал вещи очень шикарный вид. Мне даже хватило воспитанности сообщить Джудит, что я эту блузку ношу. Наверное, первый подарок за десять лет, который я не обменяла.

Черные брюки с ремнем несколько шире, чем полагается по моде, чтобы можно было привесить браунинг, черные туфли без каблуков - и я была готова. Еще я добавила чуть-чуть косметики: тени, тушь, капелька румян и помада, при этом старалась не думать, для кого я прихорашиваюсь. Уж точно не для копов - для них и я, и Джейсон были одеты даже слишком хорошо. Конечно, явиться в джинсах и футболке - не очень хорошо. В полицию лучше всего ходить в мундире и с удостоверением. Все остальное уставу клуба не отвечает.