Чтение онлайн

Она позволила мне поднять ее, не пытаясь меня стукнуть. Уже лучше. Мы пробились сквозь толпу, Джейсон и Дэниел за нами. Никто не пытался к нам приблизиться. Смотрели все, но не лез никто.

Вышибала у двери сказал:

– Больше ее здесь не будет.

Шарлотта открыла было рот, но я стиснула ей плечо.

– Не волнуйтесь, не будет.

Он поглядел на Шарлотту с сомнением, но кивнул.

Я пропустила ее шага на три вперед, когда мы подходили к парковке. Можете считать, что это сработал инстинкт. Она резко развернулась - я думаю, хотела меня стукнуть, - но я стояла слишком далеко. Она лишь уперлась в меня этими огромными медовыми глазами, чуть побледневшими в свете галогеновых ламп.

– Никогда больше не трогай меня!

– Веди себя как мать Ричарда, а не его озверевшая подружка, и я не буду.

– Да как ты смеешь!

Она шагнула ко мне, и я отступила. Меньше всего я хотела затевать кулачную драку на автостоянке с матерью Ричарда.

– Уж если кто и будет выбивать бубну этой мисс Перекись, так это я.

Она остановилась как вкопанная. Выпрямилась, поглядела на меня - к ней уже возвращались проблески здравого рассудка.

– Но ты же больше с ним не встречаешься. Что тебе до этого?

– Вопрос на шестьдесят тысяч долларов?
– спросила я.

Вдруг Шарлотта улыбнулась.

– Я знала, что ты не устоишь против моего мальчика. Никто не устоит.

– Если он будет бегать за всем, на что надевают юбки, вполне могу устоять.

Она помрачнела.

– Не могу поверить, что он встречался с этой вот...

Мы обе повернулись навстречу идущему к нам Ричарду. На лице у нас было одно и то же выражение. Мы не одобряли миз Шаффер. Решительно не одобряли.

Первые слова Шарлотты были таковы:

– Не могу поверить, что ты встречался с этой женщиной. Она же шлюха!

Ричард смутился так, как я никогда не видела.

– Я знаю, кто она такая.

– Ты с ней спал?

– Мама!

– Нечего на меня мамкать, Ричард Аларик Зееман!

– Аларик, - повторила я.

Ричард подарил мне гримасу и тут же повернулся к матери.

– Нет, я не спал с Бетти.

Он хотел сказать, что не имел с ней сношений. Шарлотта это воспримет так, что никакого секса не было - как и я. Я помнила слова Джемиля о других способах, но промолчала. И Шарлотту не хотела огорчать, и сама знать не хотела.

– Что ж, хоть капля здравомыслия в тебе осталась, - произнесла Шарлотта. Потом подошла к нему, поправила ему на груди футболку и наклонила голову. Я поняла, что она плачет.

Если бы она его стукнула, я бы удивилась куда меньше.

У Ричарда сделалось совершенно беспомощное лицо. Он посмотрел на меня, будто ждал от меня поддержки, но я ретировалась. Покачала головой. С плачущими женщинами я умела обращаться не лучше, чем он. Даже хуже, наверное.

Он притянул ее к себе, я услышала ее неразборчивые слова:

– Я так волновалась, когда ты был в этой ужасной тюрьме.

Я отошла, чтобы не слышать, и ко мне подошел Дэниел. К ним ему тоже, кажется, не хотелось. Впрочем, чтобы лишить Дэниела мужества, не нужно было слез Шарлотты.

– Спасибо, Анита, - сказал он.

Я повернулась к нему. Он был одет в такую же куртку, как у Ричарда. Насколько я могла понять, ту же самую. Смуглый, красивый и очень с виду взрослый.

– Ты решителен со всеми, кроме своих родителей. Почему?

Он пожал плечами:

– А разве не у всех так?

– Нет.

Джейсон встал рядом с нами и эхом повторил мое "нет". Потом засмеялся.

– Конечно, моя мать никогда бы не устроила драку в баре, что бы я ни делал. Она слишком... благовоспитанна.

– Благовоспитанна, - повторила я.

– Мой последний сосед по комнате держал на столе большой словарь.

– Ты снова начал читать книги, - сказала я.

Он опустил голову, изображая сокрушенный стыд, потом закатил глаза и ухмыльнулся. Такая смесь стыда и невероятной умилительности заставила меня засмеяться.

– Не могу я давать кровь и заниматься сексом двадцать четыре часа в сутки. А телевизора в Цирке Проклятых нет.

– А если бы был?
– спросила я.

– Я бы все равно читал, но никому не говорил бы.

Я обняла его за плечи:

– Не волнуйся, я твою тайну не выдам.

Дэниел обнял его с другой стороны и добавил:

– Никому ни слова не шепну.

Мы пошли к джипу рука об руку.

– Вот если бы Анита была в середине, было бы куда лучше, - сказал Джейсон.

Дэниел остановился. Я отодвинулась от них.

– Джейсон, ты никогда не знаешь, где остановиться.

Он кивнул:

– Чего не знаю, того не знаю.

К нам подошел Ричард. Он попросил Дэниела подойти к матери, и Дэниел не стал спорить. Джейсона он послал к машине, и Джейсон тоже повиновался. Я осталась, глядя в его вдруг посерьезневшее лицо, гадая, что он прикажет мне, и готова была ручаться, что уж я-то спорить стану.

– Что случилось?

– Я должен поехать с Дэниелом и мамой, чтобы ее успокоить.

– Я слышу "но", - сказала я.

Он улыбнулся:

– Но сегодня ночью произойдет церемония представления моей лупы. Это обычай - когда две стаи вместе встречают полнолуние, они должны быть официально представлены.

– Насколько официально?
– спросила я.
– У меня нет с собой платья для приемов.

Он улыбнулся еще шире, той же чудесной улыбкой, что его мать. Заразительной улыбкой.

– Не в этом смысле официально, Анита. В смысле обрядов, которые необходимо соблюсти.

– Обрядов - каких?
– Даже для меня мой голос прозвучал подозрительно.

Он обнял меня вдруг - непроизвольно, не как любовник любовницу, а жестом, который говорил: "До чего ж я рад тебя видеть!"

– Я скучал без тебя, Анита.

Я оттолкнулась от него.

– Я высказала подозрительное замечание, а ты в ответ говоришь, что без меня скучал. Не понимаю я тебя, Ричард.

– Я тебя всю люблю, Анита, даже твою подозрительность.

Я покачала головой:

– Ричард, давай к делу. Что за обряды?