Чтение онлайн

– Знал. – ответил Леня.

– Вот как? Надо же было мне сказать!

– Зачем?

– Да, конечно, извини. Но ведь дело и хуже того! Оказалось, что Ольга была замужем! И не разведена! У неё здесь в Питере муж родной, но они вместе не жили уже лет десять, ты представляешь?!

– Нет.

– Черт возьми, Ленька! Твою толстую шкуру никакая информация не прошибает! Он мне в Москву позвонил, узнал про смерть своей супруги, я в поезд вскочил и приехал сюда «стрелой». Это же несчастный, бедный человек! В Москве бомжи живут лучше чем он! И голодает и холодает в коммунальной квартире. В общем, последней надеждой живет, что после смерти жены ему хоть что-то перепадет!

– Что?

– Ему, в общем-то, немного надо. Тысячу долларов. На операцию какая-то опухоль у него на ноге. Я уж и расспрашивать не стал. Юридически, по закону, он имеет право на все, что осталось от жены.

– А что-то осталось? – без интереса спросил Леня.

– Да в том-то и дела, что этот убогий старикашка бормочет про какие-то царские ценности, но он уже маразматик. Я ему дал немного денег и научил, куда следует обращаться по поводу наследства.

– Только ради этого вы сюда и приехали? – спросил Леня.

Кукравель взглянул на него удивленно, но как показалось Лене – со вспыхнувшим, настородженным подозрением во взгляде.

– Ради этого. Но меня просто зашатало, когда мне про любовника сообщили, про шикарную жизнь, которую она этому сутенеру, то есть альфонсу устроила! Ужас, что мне в милиции про неё рассказали! Такой удар по репутации фирмы! Именно в тот момент, когда мы выходим на стабильную международную орбиту!

– Какую? – рассеяно спросил Леня, считая, что не в репутации фирмы дело, а в том, что прикрывшись этой причиной, Степ-Степ сбежал от молодой жены в Питер на свидание со своей бвшей женой в мужских ботинках.

– Леонид Максимович! Скажу вам по большому секрету, что очень скоро мы получим большой госудраственный заказ! И будем его конролировать! То есть распределять сами миллионы, которые вложим в самые надежнейшие фирмы мира! Самые выдающиеся и передовые! В нашей приемной станут в очередь все «рокфеллеры» и шейхи эмиратов! Все нам будут целовать руки, вымаливая нашей милости!

Леня, плохо знакомый с экономикой, – поднапряг мозги.

– Вы хотите сказать, что будете распоряжаться бюджетными средствами, которые выделит правительство на заказ медицинских препаратов для всей страны?

– В этом духе,мой дорогой! В этом разрезе! О деталях дела мы с тобой и проговорим всю ночь до Москвы.

Степ-Степ Куравель переоценил свои возможности – у него не хватило сил, чтоб всю ночь напролет говорить о делах и клеймить презрением свою бывшую секретаршу. Они выпили бутылку коньяка, как то традиционно положено в экспрессе «Красная стрела», и почти сразу заснули, чтоб проснуться уже в родной столице.

На перроне вокзала Куравель тронул Леню за руку, почесал бороду и сказал смущенно.

– Я надеюсь, малыш, что у тебя хватит ума, чтобы не оговориться ненароком при моей Дине о моем визите в Петербург? Мне здесь видишщь ли надо было ликвидировать кое какие материальные проблемы, личного порядка.

Леня кивнул и пошагал к метро – вот так-то: Куравель бодрился из последних сил, он все-таки умирал, а там, в Питере, прощался с первой женой, детьми, «ликвидировал мматериальные проблемы», чего молодой Дине знать не следовало.

Так или иначе, но будщее фирмы «Кураре» представялось в этом свете весьма непонятным. Что разыгрывали между собой Куравль и Фраков казалось решительно непонятным. Скорее всего Куравель стремился обеспечить после своей кончины хорошее существование всех: Дину, жену, детей и Фракова. А потому из последних сил наращивал мощность своей фирмы «Кураре», чтобы она была неиссякаемым источником благостсояния его наследников.

Дома было тихо и пусто. Леня собрался было доспать те часы, что бодрствовал за коньяком в «Красной стреле», но по привычке нажал на кнопку автоответчика, чтоб прослушать, кто звонил ему за минувшие сутки.

Автоответчик сперва доложил голосом Васи: «Как только вернешся, сразу обьявись у меня», а потом незнакоимый мужчина назвал себя Помяловским Кириллом Яновичем, продиктовал два номера телефона и убедительно просил дозвониться. Для его же, Лени, пользы.

Тон, которым записал сообщение Помяловский, Лене не понравился и чтоб не носить в душе эту неприязнь весь день, он тут же позвонил по первому телефону, где трубки не подняли. Зато набор второго номера результат дал мгновенно.

– Адвокат Помяловский Кирилл Янович.

– Волохов. – сказал Леня, так же не собираясь здороваться.

– Кто? Ах, да, Леонид Волохов. Прекрасно. Леонид Максимович, я уполномочен определенными людьми провести с вами переговоры. Точнее достичь договоренности.

– О чем?

– Не перебивайте, пожалуйста. Завтра мы перезвонимся и я жду вас в моей юридической конторе на Солянке. Но до того, чтоб вы были готовы к нашим дебатам, я дам вам основные пункты, для размышлений... Вот что предлагается. Девушка, которая вас интересует – ВАША. Наследство известной вам покойницы – тоже ВАШЕ, вместе с девушкой. Взамен всех этих нетленных ценностей вас просят не проводить больше никаких расследований известных вам дел, не искать правых и виноватых, скажем – как минимум две недели. В ваших интересах, впрочем, вообще полностью забыть о покойниках и некоторых живых. С этого дела вы никакого профита не получите. А согласие на такую договоренность будет вознаграждено. Мои клиенты ничего не предлагают бесплатно. Обдумайте предложение и завтра увидимся. Вам все ясно?

– Да. Ясно. – подумав, ответил Леня. – А мы не могли бы встретиться сегодня? Зачем тянуть?

– По воскресеньям я отдыхаю... Но вы правы. Хорошо всегда то дело, что свершается быстро. Мои клиенты этому только порадуются. В течение часа с четвертью вы доберетесь до, скажем, фонтана у Александровского сада?

– Доберусь.

– Отлично. Я чувствую, что вы человек дела. Я буду в белом пиджаке, в руках светло-желтый кейс.

– Джинсы, майка... Кроссовки белые с синим.

– Эдак щеголяет половина Москвы! Что в руках?

– Наплечная сумка. Красная. На «молнии».

Помяловский коротко рассмеялся.

– Мне сказали, что у вас замедленная реакция медведя, а вы соображаете и принимаете решения весьма быстро.

– У медведя мгновенная реакция, это ошибка. До встречи.

Леня отчего-то хотел оставить последнее слово за собой и положил трубку, не дожидаясь ответа. Продумывать деталей предложения они не собирался, все было достаточно ясным, не было только понятным, кто за всем этим стоит и чью волю выполняет профессиональный адвокат. Само по себе это обстоятельство Леню не удивили – на момент текущей жизни все российские темные структуры, криминал, подпольные бизнесмены обзавелись юридической службой и через этих лиц вели наглые переговоры не то что с конкурентами или с правоохранительными органами, а порой, в безгарничной наглости своей, ставили свои условия всем, вплоть до правительства.

Леня побрился, постоял под душем, оделся, прихватил красную сумку на «молнии» и через час с четвертью оказался на Манеже, который и пересек от метро, мимо памятника маршалу Жукову – к фонтану. День уже раскалялся, аллеи Александровского сада были переполены людьми и публика вела себя здесь, как на пляже. Юные девочки ходили полуголыми, а мальчики от них не отставали – обходились одними шортами. В костюмах парились только орденоносные пенсионеры, тянувшиеся к Огню Неизвестного Солдата.

Фонтан Леня увидел издали – шумные детишки прыгали в струях воды, громко играла музыка, коммерческие палатки вели буйную торговлю.