Чтение онлайн

Когда Суздальский остался наедине с Котовым, он продолжил:

– Это было первое, чем вы, Вадим Олегович, должны заняться. Теперь о наших людях: где они находятся и, если можно так выразиться, степень нашего охвата мест их работы?

– Мы почти полностью контролируем МВД - там практически во всех структурах есть наши помощники. Хуже всего обстоят дела с разными ОМОНами и СОБРами. Но с теми, кто их посылает на задания, мы дружим.

– Дальше!
– потребовал старик.

– Неплохие связи налажены с некоторыми сотрудниками ФСБ, особенно в её центральном аппарате и на местах в провинции. В СВР есть несколько знакомых, налажен хороший контакт с МИДом и Министерством обороны. Кремль, правительство и Государственная Дума тоже не остались без наших людей. Но даже три-четыре года назад работать было легче, а если точнее, то как-то приятнее, что ли!

– Это почему же?
– удивился Матвей Борисович.
– Как брали наши подачки, так и сейчас берут.

– Не скажите, Матвей Борисович!
– возразил Полковник.
– Конечно, эти хапуги и раньше пухлыми конвертами не брезговали, но они себя и нас успокаивали тем, что борются против "красно-коричневой чумы". А сейчас просто: руку протянул, конверт с деньгами или банковской карточкой взял, выслушал наказ и без слов пошел выполнять. Как "взяткобрательная" машина какая-то, а не государственные чиновники, - пошутил Котов.

– Пусть берут, и чем больше, тем лучше - мы от этого не обеднеем. Вы сказали, что в МВД, ФСБ и Министерстве обороны у вас есть наши люди.

– Да, - подтвердил Полковник.

– Меня в данной ситуации интересует уголовный розыск МВД, антитеррористический центр ФСБ, и ГРУ Генерального штаба Министерства обороны.

– В настоящее время в уголовном розыске у нас очень мало людей. Сыщики и оперативники в основном старой закалки - нам с ними работать трудно. От тех, кто уж больно нас тревожит, приходится избавляться...

– Что, опять мокрые дела?
– прервал его Суздальский.

– Не без этого, но только в крайних случаях. А в основном с ними по нашей просьбе борется их же начальство, и не без успеха. Вон сколько стоящих сыскарей по разным частным конторам сидят! А на их места мы загодя подбираем нужных людей. К тому же в следующем году состоится первый выпуск офицеров МВД, среди которых и наши "выпускники". Так что в "милицейском" отношении мы охватим всю страну. Кроме того, для более тесной работы и координации действий в будущем подобный контингент заканчивает учебу и в странах ближнего зарубежья.

– Хорошо! Дальше!

– АТЦ, или антитеррористический центр. Здесь дела наши хуже. Туда идет жесткий отбор и в основном по рекомендациям товарищей, которые уже служат в АТЦ. Была одна попытка завербовать их сотрудника, но с треском провалилась. Пришлось нашего человека до времени убирать за границу.

– Тогда нужно его разогнать. Продумайте следующий план: по указанию руководства страны АТЦ проводит ряд операций и проваливает их. Тогда фээсбэшное начальство приходит к выводу, что такой центр в рамках нашей страны не нужен, и благополучно его сокращает. Только до этого нужно побеспокоиться о двух вещах. Во-первых, нужно знать состав этого АТЦ, чтобы контролировать их после разгона центра, и, во-вторых, самое главное, к тому времени в высшем руководстве ФСБ должны быть наши люди. Продолжим!

– Принцип работы с людьми из СВР практически тот же самый, что и с МВД. Их набирают в основном из студентов. Мы готовим нашу молодежь к работе в этой службе. Уже были первые предложения оттуда. Я думаю, что результаты будут неплохими.

– А как обстоят дела с ГРУ Генерального штаба?
– поинтересовался Суздальский.

– Тут нам нечем похвастаться. Система отбора в ГРУ своеобразная: никто из офицеров, окончивших военное училище, не знает, возьмут его для службы в Главном разведывательном управлении или нет.

– Ну, ГРУ - не АТЦ, так просто разогнать его не удастся. Что мы можем в этом случае предпринять?
– спросил Матвей Борисович.

– Наши аналитики просчитали несколько вариантов и пришли к следующим выводам. Во-первых, с расцветом демократии в систему ГРУ начали пролезать по обыкновенному блату или телефонному праву. Даже отпрыски министра обороны и бывшего командующего "Золотой" группой войск учились в их заведениях, но сын министра оказался настолько тупым, что даже блат не помог - в шею вытурили, но диплом их вуза он все-таки получил. А сынок второго неплохо отучился и даже имел хорошие характеристики по работе.

– Вот-вот, это направление очень даже перспективное. Попробуйте через управление кадров Министерства обороны узнать, кто из сынков нынешних нуворишей учится в академии, и поработайте с ними, на любого найдется компромат, - засмеялся Суздальский.
– Что там за следующий вывод ваших аналитиков?

– Во-вторых, нужно попытаться через "верхнюю" власть, - Полковник ткнул пальцем в потолок, - попробовать объединить СВР с ГРУ, да так, чтобы ГРУ стало рядовым управлением в системе СВР. Вот тогда-то...

– Хорошее предложение. Подумаем и над ним. Дальше!

– В-третьих, надо бороться за права человека, - улыбаясь во весь рот, сказал Котов.

– Не понял! При чем здесь права человека?
– удивился Суздальский.

– Ну как же! ГРУ нарушает права человека. Каждый офицер волен выбрать себе место дальнейшего своего образования, а ГРУ ущемляет эти права. Мы должны в защиту прав наших российских офицеров попытаться сделать этот набор не по личному отбору представителей, а по рапорту, как в других нормальных академиях.

– А уж через наших людей в Министерстве обороны, - продолжил мысль Матвей Борисович, - естественно, по звонку свыше, те, кто нам будет нужен, тот и попадет в их учебные заведения. Но для меня этого мало. Свяжитесь со Славиком из Центрального банка. Пусть он проконтролирует, чтобы бюджетные средства на статьи Министерства обороны, особенно в валюте, не поступали вообще или поступали с большим опозданием. Пусть офицеры уходят с этой службы, а уж с "блатными" и сынками военной номенклатуры мы как-нибудь сами разберемся. Не могу простить им моего "золотого" транспорта.

Матвей Борисович нажал кнопку, и из тени кабинета появился дежурный телохранитель с лекарством на подносе. В последнее время хозяин вызывал его все чаще.

Глава 84

Михайлов отложил прочитанный документ. Ему стало ясно, почему старик Отто Кречмер приехал в Трабзон - он хотел отдать последние почести своим товарищам, которые, возможно, служили на этой подводной лодке. Эта субмарина была символом его геройской молодости - ас подводной войны номер один в мире.

Стало понятно присутствие немцев на подводном корабле. Выяснив принадлежность, а главное - предназначение лодки, они обследовали внутренние отсеки и вызвали главного специалиста по подводному флоту Третьего Рейха Кречмера.