Чтение онлайн

“Мистер Умник может остаться со мной на случай, если музыканты придут ещё раз — ему определённо стоит их послушать. Слушать — это вообще полезно, жаль, я не всегда сама придерживаюсь этого правила”.

Записку она отправила наверх, а щенка оставила себе — не мешало бы его подлатать и почистить.

Она немного подождала, на случай, если Ветинари всё-таки пришлёт требование вернуть щенка, но вместо этого в шкафу приехала роза, темно-красная, источающая сильный сладкий аромат. К розе крепилась новая записка:

“Оставляю Мистера Умника в ваших надёжных руках. А что касается умения слушать — полагаю, дела говорят лучше, чем слова. Надеюсь, мне ещё представится шанс вам это доказать. Хороших снов, мисс Гленда!”

Печи ещё не остыли. Гленда быстро вскипятила молоко, сварила какао и поставила на поднос вместе с кружкой вазочку с имбирным печеньем. И добавила записку:

“Доброй ночи, ваша светлость! Мы с мистером Умником будем внимательно прислушиваться к тем делам, которые вы собираетесь заставить говорить.”

После этого Гленда забрала розу и подождала ещё немного, на случай, если Ветинари придёт охота продолжить беседу, но он больше ничего не написал. Гленда решила, что утром первым делом пойдёт к патрицию и даст ему шанс объясниться. Они же взрослые люди в конце концов! А не парочка идиотов из романа, которые только потому и страдают, что не умеют договариваться.

Однако утром выяснилось, что Ветинари пришлось срочно, первым же поездом выехать в сторону Убервальда. Судя по тому, с каким довольным видом говорил об этом собирающийся отправиться вслед за начальством Стукпостук, Ветинари готовился принимать поражение противника.

Гленда и радовалась этой новости — опасность войны миновала, и тревожилась. Потому что там, в Убервальде, леди Марголотта наверняка захочет отметить победу Ветинари примирением. И кто знает, не значит ли это, что Гленда свой шанс упустила навсегда.

Целую неделю после отъезда патриция Гленда утешала себя мыслью, что Ветинари мог быть прав, и у той ночи могли быть последствия. И уж конечно она не собиралась избавляться от ребёнка, если бы он появился. Не сейчас, когда она наконец зарабатывала такие деньжищи, что хватило бы на десятерых, и когда она могла родить от того, от кого не боялась это сделать. Даже если представить самый худший вариант — из Ветинари явно получится лучший опекун для сиротки, чем из леди Марголотты.

Через неделю Гленда поняла, что никаких последствий не будет.

Никогда — даже в поезде из Здеца в Анк-Морпорк, с разбитым сердцем и разрушенными надеждами — Гленда не плакала так горько, яростно и отчаянно, как в то утро.

А к вечеру, по крысиному телеграфу, новость достигла патриция. Он обещал, что не станет выпытывать информацию у доктора, но про крыс речи не было. Ему было жаль, что Гленда, которая вовсе этого не заслуживала, горевала. С другой стороны, думал патриций, невольно улыбаясь, это значит, что утешить её вполне в его силах. Но прежде, чем заводить разговоры о детях, стоило позаботиться о том, в каком мире они будут жить. А это теперь, благодаря гению Гленды, зависело от его умения договариваться.

***

— Рег! Ты соображаешь, что натворил? Они же из Круглого мира! — Либертине казалось, у неё руки прирастут к голове, столько она за неё хваталась. Такими темпами она скоро станет ещё и Богиней Рука-Лицо.

— А? Чгось? — Рег пошатывался и улыбался широкой глупой улыбкой. — Так ну это — хорошо ж ребята сыграли, всем вродь понравилось. Вы просили лучших музыкантов по ситуации, ну так эти — лучшие.

— Не волнуйся, — Зеленоглазая снова подмигнула Либертине всем окружающим пространством. — Всё так, как должно быть.

— Но почему ты не дала им поговорить сейчас? — Либертина очень старалась, чтобы в её голос не прокралась претензия. Только отвратить Удачу от своей подопечной не хватало! Похоже, тон она выбрала верный, Зеленоглазая милостиво улыбнулась.

— Ну, во-первых, это было бы не так интересно, мне понравилась ваша игра. А во-вторых, думаю, этому человеку стоит потратить больше времени, чтобы завоевать её расположение. Он слишком привык к тому, что в любви нет нужды прилагать какие-то старания, считаться с чувствами другого. В отношениях на расстоянии, тем более — с вампиром этому не больно-то научишься. Ему стоит ещё потренироваться. Ты же хочешь для своей подопечной лучшего?

— Да. Конечно, — согласилась Либертина. В этом определённо был смысл. — Но я боюсь, что там, в Убервальде, его может настигнуть Рок. Он ведь обожает такие шуточки. Не думаю, что в таком случае она вообще когда-нибудь сможет стать счастливой.

— О, не волнуйся, — звонко рассмеялась Зеленоглазая. — Рока я надёжно заняла. Подкинула ему и Ому спор — сможет ли Рок свести омнианского священника с его обетом безбрачия и ведьму. Шутка в том, что сам Ом вовсе не против, чтобы его последователи наконец нарушили этот запрет, так что Рок в итоге переиграет сам себя.

— Недурно, — улыбнулась Либертина и сделала то, что редко для кого из коллег по цеху делала. Поставила перед Зеленоглазой свою шарлотку. — Угощайся.

— А мне? — оживилась Электрисия.

— И тебе, — согласилась Либертина. — Ты чем там занималась? — добавила она строго, вспомнив об обязанностях наставницы.

— Ничего особенного, — пожала плечами та. — Вербую себе новых последователей. Этот Дик и его ребята — то, что надо. И ещё я думаю обзавестись собственной жрицей, чтоб ни с кем её не делить.

— Уже присмотрела? — деловито поинтересовалась Либертина. — Гляди, а то окажется, что она чья-то, будут потом скандалы, а нам не до того.

— Нет, за ней точно никто не присматривает. Думаю, пора мне вмешаться.

— Молодец, — похвалила Зеленоглазая, — начинаешь мыслить как настоящая богиня.

Почти сразу выяснилось, что жизнь в отсутствие Ветинари оказалась пресной. Гленда не кривила душой, когда сказала патрицию, что её жизнь впервые за долгие годы начала ей нравиться, и потому она боится что-то менять, жаль только, она не понимала, какую огромную часть этого “нравится” составляло предвкушение вечерних встреч с Ветинари.

Впрочем, кое-что всё равно осталось — он присылал ей клики. Конечно, в них нельзя было сказать ничего по-настоящему важного, мало ли кто может прочитать, но приятно было раз в пару дней получить сообщение, вроде:

“Дорогая мисс Гленда! Незабываемый вид капустных полей, покрытых снегом, который преследует нас уже третьи сутки, настраивает меня на лирический лад. Я даже взялся за сочинительство в стиле агатянской поэзии:

О, капуста! Жир Анк-Моркпорка, Жаль, что ты не лимоны.

Или: