Гореть для Джека
Шрифт:
Этот город всю мою жизнь демонизировал меня. Казалось вполне уместным, что в конце концов меня трахнул один из них.
Мои пальцы ног впились в землю. Мое дыхание было коротким и неровным. Я хотела, чтобы он поглотил меня. Чтобы он использовал меня. Чтобы он взял меня и утащил в ад и обратно. Или, может быть, мы и не вернемся.
Каждый раз, когда он входил в меня, он погружался в меня до самого основания. Затем, когда он выходил, меня наполняла пустота, и в следующий миг его великолепное тепло снова наполняло меня с очередным толчком его бедер.
Его темп был неровным и отчаянным, но его жадный ритм только делал меня еще более влажной. Мои внутренние стенки сжались, когда Джек наклонился вперед, проведя языком по моей спине, чтобы проследить изгиб моего позвоночника.
Мои нервы перешли в состояние перегрузки от нелепого количества ощущений, которые Джек вливал в мое тело. Я была так близка. Так чертовски близка.
Он начал входить в меня так жестоко, что воздух наполнился звуком ударов плоти о плоть. Я пыталась поднять бедра, чтобы встретить его поршневые движения, но его руки и ноги продолжали удерживать меня. Это было слишком для моего первого раза. И это было идеально. Он был таким сильным. Таким жадным. Таким чудовищным. И все же в его жестокости была любовь, когда он доводил меня до предела, но держал на грани, все еще заботясь о моей безопасности и целостности, разрывая меня на куски с той же заботой, которая держала меня в безопасности и близости.
Джек обхватил меня, его палец скользнул между моих складок, чтобы потереть мой клитор маленькими, мучительными кругами. Для человека, который не занимался сексом четыреста лет, его точность была впечатляющей. Прижимая мое лицо к земле, я кричала от оргазма в почву.
Лозы отпустили мое лицо, и следующее, что я помню, это то, что Джек схватил меня за волосы, откинув мою голову назад, так что мой крик наполнил ночь.
Пока мое тело содрогалось и дергалось, он вошел в меня еще раз, два, три. Его мышцы напряглись. Он застонал мне в ухо, пламя обжигало мою кожу и подпалило волосы. На этот раз пламя причиняло боль. Но боль, смешанная с блаженством, сделала кульминацию зловеще сладкой.
Теплая струя жидкости хлынула внутрь. Ее было так много, что я почувствовала, как она стекает по моему бедру и собирается в складке на внутренней стороне колена.
— Какая хорошая маленькая ведьма. Какая хорошая девочка, — пробурчал Джек, обнимая меня и притягивая к себе, пока тыквенные лозы разматывались с меня и уходили обратно в землю.
— И ты вся моя, Адалин Мур. Твоя душа и все остальное.
Глава 12
Джек
— Куда мы идем? — прошептала моя ведьма самым милым голосом, таким тихим и сонным. Я посмотрел вниз, на нее, прижавшуюся ко мне в объятиях.
— В место, где нас всегда рады видеть. В лес.
Ее веснушчатые щеки покраснели.
— И что ты будешь со мной там делать?
— То же, что всегда делал с тобой в лесу, Адалин.
Розовый оттенок ее щек расцвел по всей коже, покрыв все тело румянцем.
— А, так ты все-таки помнишь что-то из нашей прошлой жизни.
— Я не помню, — призналась она, подняв глаза на меня и затрепетав ресницами. — Но есть истории о том, что ты сделал с ней — со мной.
— И что ты думаешь об этих историях?
— Для других детей, которые росли, они были кошмарными. Ты был извращенным колдуном, который развратил Адалин Мур.
Более точно было бы сказать, что это она развратила меня. Я не помнил многого из нашей прошлой жизни, но я помнил ее улыбку, со всеми ее секретами, спрятанными в уголках ее идеальных губ. Я помню, как я увидел ее впервые. Я не мог точно вспомнить ее лицо. Но те густые оранжевые ресницы, обрамлявшие ее нежные зеленые глаза, навсегда запечатлелись в моей памяти. А еще была ее улыбка, которая полностью очаровала меня. Она проникла под кожу, укоренилась в моем сердце и осталась там до сих пор.
Она закусила нижнюю губу.
— Для меня ты был принцем из сказки. Банально, да?
Если бы я мог моргнуть, я бы моргнул.
— Банально?
— О. Верно. Я забыла, что имею дело с вековым призраком.
Она улыбнулась мне, смущенно поднимая глаза. Было любопытно, как в один момент она могла быть такой яростной, с глазами, сверкающими вызовом, когда она скакала на моем члене. А в следующий момент она была такой застенчивой. Если я правильно помню, она вела себя так только тогда, когда чувствовала себя комфортно. Увидеть уязвимую сторону моей маленькой пламенной девушки было подарком, который нужно было заслужить.
— В смысле, глупо, наверное. Я не уверена, что это значило в твоем времени.
— Когда я был жив, «глупо» означало «блаженный» или «счастливый». Примерно через два века значение изменилось на «лишенный разума» или «глупый». И идея о том, что я принц, глупа, Адалин.
Она слегка вздохнула, стиснув зубы.
— Откуда... Откуда ты это знаешь?
О. Так она не знала... Ну, это не было слишком удивительно. Ее кровь была сильной и несла запах магии, но ее знания о колдовстве, казалось, были утрачены где-то на протяжении веков.
Возможно, она почувствовала темную магию в моей ауре, но я сомневаюсь, что она могла различить ее настолько, чтобы понять, что именно искажало мою форму и поддерживало мою жизнь.
— Я заключил сделку с дьяволом. Моя душа в обмен на спасение твоей. Теперь я принадлежу Сатане, Адалин.
Она подняла руку, и ее нежные пальцы коснулись гладкой кожи моей головы.
— Вот почему ты так выглядишь?
Черт возьми. Она не испугалась. Даже когда она постепенно поняла, что не только моя физическая форма была искажена сделкой, которую я заключил.
— Да.
Ее сердце билось так громко, что я практически чувствовал его в своем рту, а ее возбуждение было настолько сильным, что висело в воздухе вокруг нее, как духи. Черт. Мне потребовалось все мое самообладание, чтобы не прижать ее к ближайшему дереву и не погрузиться в нее.
— Что произойдет, когда взойдет солнце, Джек?
— Завеса между живыми и мертвыми снова станет плотной, и я должен вернуться в ад.
— Ад? Тебе там нравится?
— Мне бы там нравилось больше, если бы ты была со мной.
Ее ресницы затрепетали.
— Ты заберешь всю меня с собой или только мою душу?
— Я заберу всю тебя. Если ты так решишь.
— Я уже сказала тебе, что выбираю тебя.
— Но теперь ты знаешь, кто я на самом деле. Я не принц из твоих сказок на ночь. Я злодей. Я монстр.
— Если я вернусь, то вернусь к пьяной, озлобленной матери, которая позволила этому городу погасить в себе искру жизни. Когда я смотрю на нее, мне кажется, что я смотрю на свое будущее. Я вижу, что этот город сделал с ней. Они — монстры. — моя ведьма неровно вздохнула. — Я думала, что уход из города это лучшее решение. Я была одержима идеей закончить учебу и заработать достаточно денег на билет на автобус, чтобы уехать из штата, как только получу диплом. Поэтому я и приняла пари прийти в тыквенный сад этой ночью. Теперь я думаю, что это был просто повод прийти. Что-то тянуло меня сюда.