Чтение онлайн

— Я хотел поговорить о нас.

— Нас? — девушка с болью в глазах, посмотрела на него. — Нас больше нет, Дим.

— Марусь, давай я сейчас расскажу тебе всё как есть, а ты выслушаешь и потом уже будешь такой категоричной, если захочешь, ладно? — спросил Дмитрий. Северцева пожала плечами, давая ему свободу слова.

Он честно рассказал ей всё, разложил ситуацию по полочкам.

— Так что, я виноват перед тобой лишь в том, что приревновал к Максу и позволил тебе уйти. Прости меня. Яна, она, да, была в моей жизни, но до тебя, Маш, понимаешь? — пояснил он.

— Понимаю. — спокойно ответила Мария, которой с трудом, но верилось в услышанное. — Я не имею права ревновать тебя к твоему прошлому, ну да собственно в этой ситуации меня беспокоил лишь факт наличия ребёнка. Я же понимала, что он ни в чём не виноват и должен расти в полноценной семье.

— Ну, эту полноценную семью Яна будет ему обеспечивать уже без моего участия. А Нонна… Я сам не нахожу объяснения её поступку. Наверное, женское самодовольство, уязвлённая гордость… Записка то эта, ей была адресована когда-то. Зачем-то сохранила её… — Воронцов всё время курил трубку, волнуясь о том, как отреагирует на его слова Маша.

Она молчала. Часы тикали необычайно громко, отражаясь в тишине кухни.

— Может чай или кофе? — произнесла, наконец, девушка.

— От кофе не отказался бы. — ответил он.

Она достала банку с кофе и турку, включила плиту, быстро сделала заварку и поставила кофе вариться.

Дмитрий чувствовал, что её переполняют эмоции, Мария была неспокойна, все движения были довольно резкими, быстрыми, очевидно, что кофе было лишь предлогом, способом заполнить затянувшуюся паузу, подумать.

Северцева не могла успокоиться. В её сердце бушевали сразу два чувства: боль, которую она переживала столько времени и любовь, не дававшая покоя. Хотелось послать всё к чёрту и поцеловать мужчину тут же, немедленно, забыв обо всём быть с ним, пусть у него обнаружилось бы ещё хоть 100 любовниц с детьми… В то же время, рассудительность, диктовала свои условия. Она боялась того, что снова что-то пойдёт не так, боялась за них обоих, за их будущее. Может им вообще не судьба быть вместе?!

И вдруг он подошел к ней сзади, обнял, нежно поцеловав в шею. Маша вздрогнула, закрыла глаза. Силы на сопротивление быстро улетучивались… «Не вздумай! Так нельзя!» — вопил мозг.

— Машка, я скучал… — прошептал Воронцов ей на ухо, снова и снова нежно целуя.

— Дим… — она выдохнула и осторожно отстранилась от него. Кофе начал выкипать и она еле успела убрать его с конфорки. — Дим, я не могу так. Мне нужно время, понимаешь? Теперь надо всё обдумать. Я так долго считала, что мы больше никогда не будем вместе, что…

— Я понял. — серьёзно ответил адвокат. Он действительно осознавал то, что сейчас девушке трудно и предполагал подобную реакцию, хоть ему и хотелось, чтобы всё было по-другому. — Я буду ждать. Скоро Новый год, давай заберём в него только самое лучшее, что у нас есть. — сказал он и ушёл, оставив Марию в раздумьях с медной туркой полной кофе в руках.

Пронеслась неделя. Люба вернулась из командировки полная впечатлений. К её счастью и машиному несчастью, на новой квартире Северцеву затопили соседи. И пока хозяева квартиры устраняли последствия потопа, Маше вновь пришлось переехать к Медниковой.

Они не могли наговориться, Мария слушала о Париже, а так же забавные и интересные случаи о первых съёмках подруги и думала, что ей повезло с Любой. Не каждый может похвастаться такой надёжной дружбой, особенно женской.

В один из вечеров, когда они снова болтали без умолку, у Северцевой зазвонил телефон, лежащий на столе рядом. На дисплее высветился номер Дмитрия. Девушка с сомнением смотрела на экран и, в итоге, сбросила вызов.

— Ну сейчас ты чего сбрасываешь? — спросила Люба, которая была уже в курсе всего, что случилось в её отсутствие. — Он же всё тебе объяснил. Неделя прошла! До Нового года 6 дней! А ты по прежнему молчишь и мучаешь мужика!

— Я и себя мучаю. — призналась она, пожав плечами.

— А зачем, не скажешь?

— Я боюсь. Наше счастье оказалось таким хрупким. При малейшей угрозе со стороны, всё разрушилось. Я боюсь, что приняв положительное решение сделаю несчастным и его и себя.

— Боже, ну что в твоей светлой голове творится, Машка? — с упрёком взглянув на подругу, спросила Люба.

— Я просто думаю, может эта ситуация не зря случилась? Может она показала, что нам не стоит быть вместе? Между нами огромная разница в возрасте, да и детей я ему родить не смогу… Что это за семья? Эти чувства с годами поутихнут, страсть пройдёт… А что в итоге останется?

— Ну, подруга… По-моему, ты вернулась туда, с чего начинала. Опять про разницу в возрасте, опять про детей. — всплеснула руками Медникова. — Ты пойми одно, что если это твой человек, то вы должны быть вместе! Зачем тебе самой отказываться от своего счастья? Ты же любишь его до безумия, я вижу! И ты нужна ему такая как есть, даже без возможности завести детей. Если любовь настоящая, она не пройдёт, Мань, только крепче станет.

— Не знаю… Я запуталась. Понимаешь, он так неожиданно вновь появился в моей жизни…

— Да, неожиданно! Появился, потому что хочет быть рядом. Он настоящий, ты не видишь этого что-ли?

— Вижу. — вздохнула Маша. — Только теперь так трудно поверить в это и в то, что счастье возможно.

— Ты не можешь назвать ни одной объективной причины, кроме каких-то дурацких страхов, и всё равно отказываешь ему? Ну и сиди как сыч! — психанула Люба. — И Новый год встречай одна! Я еду к нашей съёмочной группе в ресторан, а ты будешь сидеть одна здесь со своим неверием!

— Вот ещё. — усмехнулась Северцева. — У меня тоже есть варианты. — она вышла из кухни, а потом вернулась и положила на стол конверт. Подруга заглянула туда.

— Что это?

— Пригласительное на общий корпоратив двух радиостанций. Я вполне могу туда пойти.

— То есть ты ещё не решила?

— Пока не знаю, будет ли настроение.

— Хоть здесь не дури! Иди на людях побудь! Сколько можно взаперти сидеть! — посоветовала Люба.

В этот же вечер, по иронии судьбы, Воронцов с Титовым тоже беседовали, вновь сидя у Эдуарда на кухне.

— Ну что, не отвечает? — поинтересовался майор, видя как друг тщетно пытается дозвониться до любимой.

— Нет. Как в воду канула! На квартире не появляется, телефон не берёт, на радио тоже приходит редко, не подловишь, потому что сдаёт зачёты. Главное, я не понимаю, что сделал не так! — удручённо сказал Дмитрий, положив телефон на стол и вновь закурив любимую трубку.

— Подорвал её доверие к тебе. А это, самая паршивая вещь, я тебе скажу. — спокойно ответил Титов.

— Ну я же рассказал ей всё, объяснил… Нет, решила подумать и пропала! Опять ловить её по всему городу?