Трещит костер и рвется, золотея;Смотрю на пламя, не смыкая глаз.В прохладе ночи, за спиной моею,Пасется мой стреноженный Пегас.Привал в пути. Мы оба отдыхаемОт дня земного и его забот.И ласковым, глубоким черным раемК огню костра спустился небосвод.
ПО НЬЮ-ЙОРКСКИМ СКВЕРАМ
1. «В плюще запыленного сквера…»
В плюще запыленного сквераОбертки дешевых конфет,Окурки, и скомкано-серыйПлаток, и разбитый браслет;И узкий отрез городскогоНеловкого солнца лежитНа мусоре спеха людского –Объятий, обетов, обид.
2. «В городском цветнике было скудное лето…»
В городском цветнике было скудное лето:Темный жилистый плющ припылен, недвижим,И петуньи такого дешевого цвета,Что хотелось заплакать от жалости к ним.А ребенок в очках, с голубым пистолетом,Всех прохожих в индейцев легко превратил –И доверчиво счастлив и парком, и летом,И храпящим мустангом садовых перил.
3. «Парк черен, убог – растертый рисунок…»
Парк черен, убог – растертый рисунок.У входа бульдог, тяжелый но юный.Белея, к нему вдруг облачко шпицаСквозь грязную тьму по воздуху мчится.Нос к носу дыша, знакомятся – зная,Сейчас их, спеша, растащит хозяин:Мечта без границ, а жизнь – одни точки.И облачный шпиц уже на цепочке.
ДИАЛОГ С ЖИЗНЬЮ
С миною довольнойМучит, как всегда.Спрашивает: «Больно?»Отвечаю: «Да».«Очень больно?» – «Очень».«Что ж, погасим свет?Отвечай же – хочешь?»Отвечаю: «Нет».
«Гладко обласканный морем…»
Гладко обласканный моремСмугло-серебряный кореньБрошен в песок на покой, –Море заботилось много –Каждую веточку рогаВлажной ваяло рукой.Вот он – почти невесомый, –Я положу его домаМежду бумаг на столе:Пусть он коснется чудесноПлотью морской и древеснойПесен моих на земле.
«На подоконнике синеет…»
На подоконнике синеетОт солнца теплый переплет, –Укрытый им, веками зреетСтихов Гомера дикий мед.И всё древнее и моложеОни звучат весенним днем,На ветер солнечный похожиНа подоконнике моем.
«Старый дом — и кот на крыльце…»
Старый дом — и кот на крыльце,И в садовой тени — качели…Для того ли мы о концеИ начале спорили, пели, —Чтобы сесть на теплый порог,Отодвинуть пустую лейку,И коту, разгоняя блох,Почесать осторожно шейку,И на облако посмотреть,Что горит над вечерним садом, —И простую песенку спетьПро клубок, мурлычащий рядом?..
МОЛИТВА
Не прошу, — но за всё, что дал мне,Говорю покорно: спасибо!За песок на прибрежном камне,Влажно пахнущий блесткой рыбой,За суровый берег и море,Синий шорох твоих сокровищ,За слезы огневую горечь,За живое биенье крови, —Когда ласточкой дух — к пожару,В облаков закатное пламя, –И за легкий летящий парусВ ту страну, где смолкает память.
«Блеск ящериц на парапете…»
Блеск ящериц на парапете.Сухой олеандровый сад.А в море сквозь парусный ветерВзволнованно чайки летят.В слияньи двух ровных лазурейДымок по границе ползет, —Глаза от сиянья прищуря,Я вижу большой пароход.Он тянет на черточку мола,На гавань, мечтая давно,Как ринется якорь тяжелыйУ пристани теплой на дно.Как радостно это прибытьеИ город родной наяву…А я сквозь года и событьяПлыву, и плыву, и плыву.
«Небо в отсветах янтаря…»
Небо в отсветах янтаря,Облаков темны веретёна.Вот уходит, ушла заря, –А в кустах запищал котенок.В их сырых мохнатых потьмахОн настаивал крепким писком, –Нужен только единый шаг,И он будет тобой отыскан.Черной ночи спустился цвет,Стали звезды точней и чище…У котенка сомненья нет,Что его кто-то добрый ищет.
«Шла веселая, молодая…»
Шла веселая, молодая,Уронила цветок из руки.Он лежит и ждет, увядая,Морща нежные лепестки.Умирает малое чудо!Подберу, поставлю в стаканИ весь день удивлять будуОживающим лепесткам.Ведь не только для пчел рабочихИли бабочки и шмеляВ щедрой радости, как и прочих,Сотворила его земля, —Для меня, для тебя, для взглядаБлагодарных и зорких глаз, —Чтоб запомнил и эту радостьИ цветок от забвенья спас.
«День лежит лазурной повязкой…»
День лежит лазурной повязкойНа глазах, притворяясь раем.С ним, слепящим солнечной маской,Мы, как дети, в жмурки играем.И, как дети, забыв тревогу,Шаря в воздухе торопливо,Над обрывом заносим ногу,И — не вскрикнув, летим с обрыва.