Город, который нас не помнит
Шрифт:
— Ты не одна, Эмми, — сказал он тихо. — Ты в этом не одна.
Эмми вздохнула, посмотрела на него с укоризной, хотя она не могла точно понять, почему почувствовала что-то вроде этой эмоции.
— Я ведь вообще не знаю, что делать дальше, Лукас. Все, что я думала, оказалось каким-то... просто обманом. Все слишком опасно, и я не могу продолжать так, не понимая всех последствий. Я не хочу стать частью этого мира. Я даже не могу поверить, что я вообще сейчас думаю о том, что все это связано с моими предками. Что я тоже часть этой странной неправильной игры с властью и жизнью.
Лукас снова взглянул на нее, его глаза были полны какой-то невыразимой боли, как будто он видел в ее словах что-то большее, чем просто ее тревогу. Он молчал, не зная, что ответить. Он мог бы сказать, что все это временно. Что они найдут ответы. Что они справятся. Но он знал, что это слишком сложно. И, возможно, слишком поздно, чтобы повернуть все обратно.
— Ты была права, Эмми, — сказал он, наконец, и его голос звучал низко и спокойно. — Мы втянулись слишком глубоко. Но... я не могу тебе обещать, что это все закончится как-то быстро. Это не простое расследование. Это не просто история твоей семьи. Это... часть чего-то более глубокого. Я не могу отпустить это, и я не могу позволить тебе уйти. Я не хочу терять тебя. И не хочу, чтобы ты сожалела о том, что добралась сюда, до этой точки.
Эмми вздохнула и, поддавшись эмоциям, опустила голову.
— Я не хочу терять тебя тоже, Лукас. Но все это... — ее слова сорвались, как будто какой-то тяжелый груз упал ей на плечи. — Все это не для меня. Я не знаю, смогу ли я с этим справиться. Все так быстро стало частью моей жизни. Ты и я... Это не было частью моего плана. Ты ведь понимаешь, что я не могу оставить все это, так, как будто ничего не было.
Лукас, почувствовав ее напряжение, дотронулся до ее руки, давая понять, что он рядом, и что она может поговорить с ним.
— Я понимаю, — сказал он тихо. — Но ты должна знать одно, Эмми. Я здесь, и ты не одна в этом. Мы нашли слишком многое. И если бы не ты, я не был бы таким, каким я есть. Ты знаешь, что ты значишь для меня.
Она посмотрела на него, и ее взгляд стал мягче, хотя тревога все еще не покидала ее сердца. Все происходящее было слишком много, но теперь, когда они сидели рядом, когда Лукас не отступал и не уходил.
Эмми сидела рядом с Лукасом на крыше, ощущая, как еще свежий воздух проникает под ее пальто, но это уже не было для нее таким важным. Гораздо важнее было то, что она чувствовала рядом с ним — тревогу, но и одновременно уверенность, что они уже не могут вернуться назад. Порой ей казалось, что эта безумная история с поиском древних дневников, которые, как считалось, раскрывают тайны убийств и скрытые богатства, была уже частью их жизни. Но ее разум не мог отпустить мысль о том, что они должны сделать с тем, что нашли. Какая дальнейшая цель их расследования?
Лукас, сидя рядом с ней, задумчиво крутил в руках чашку с чаем, его взгляд был немного уставшим, но по-прежнему сосредоточенным.
— Эмми, я... я долго думал, — начал он, слегка задумавшись. — Во время нашего расследования мне начали приходить странные мысли. Я подумал, что может быть, летописи преступников, о которых все так боятся, на самом деле... не существуют. Или, может, они существуют в каком-то виде, но вряд ли они такие, как их описывают. Я думаю, что те книги, которых все так боятся, — это и есть дневники Анжелы, часть которых уже у нас на руках.
Эмми приподняла брови, ее взгляд стал более сосредоточенным. Это открытие было как-то слишком простым и очевидным, но в то же время, так не похоже на то, что она ожидала услышать.
— Так ты хочешь сказать, что дневники Анжелы — это те самые «?летописи»? Это они? То, что ты искал изначально? — спросила она, не скрывая удивления.
Лукас кивнул, и его глаза стали более решительными.
— Да. Это имеет смысл. Все указывает на то, что эти дневники, которые мы с тобой нашли, и есть те самые секретные записи, которых боятся все. Возможно, все эти убийства, скрытые следы, секреты... они не в каких-то загадочных книгах, а в ее записках. Но в любом случае, не думаю, что мы можем просто оставить все это для себя.
Эмми смотрела на него, ее пальцы нервно теребили край пледа. Она чувствовала, как в голове начинает складываться ясная картина. И, казалось, что эта картина совпадает у них обоих.
— Это нужно опубликовать, Лукас. Мы не можем просто продолжить копаться в этих тайнах, и никто не узнает правды. Это должно быть доступно всем. Мы должны создать базу данных, в которой люди смогут найти информацию о своих предках, о тех, кто, возможно, исчез, и добавить недостающие кусочки. Сайт, где все смогут видеть имена тех, кого город больше не помнит. Мы напомним о ним. Анжела же именно этого хотела.
Лукас приподнял голову, внимательно посмотрел на нее. Он не был уверен, что это хорошая идея, но в его глазах было видно, что она верно подметила. Эмми всегда была способна взглянуть на ситуацию с другой стороны, предложить решение, которое казалось бы слишком смелым, но именно такие идеи часто становились правильными.
— Ты говоришь о сайте? — спросил он, уточняя. — Это... революционно. Но и опасно. Ты понимаешь, что если мы сделаем это, то этим может заинтересоваться не только общественность, но и те, кто не хочет, чтобы правду узнали. Если мы откроем эти данные, кто-то может захотеть заполучить их, стереть следы, уничтожить все доказательства. Людей, в конце концов.
Эмми кивнула. Она понимала все риски. Но все же, внутри нее была решимость. Это было важно.
— Я знаю, Лукас. Но если мы не сделаем этого, то никто никогда не узнает правду. Может, мы не сможем вернуть жизни тем людям, о которых эта информация, но мы можем помочь всем тем, кто будет искать ответы. С этим сайтом, с этой базой данных, люди смогут найти информацию о своих предках, о тех, кто был связан с преступниками, и, возможно, это поможет им разобраться в своих корнях. Мы можем предоставить им инструмент, чтобы они сами дополняли недостающие факты, получали ответы. Это будет не просто сайт — это будет место, где люди смогут получить ответы на вопросы, которые терзали их всю жизнь. Да и то, что однажды появляется в интернете, уже никогда не исчезает из него. Стереть ничего не получится.
Лукас помолчал несколько секунд, потом его взгляд стал мягче, а на лице появилось некое облегчение. Эмми смогла увидеть, что его мысли начали укладываться в новый порядок. Он посмотрел на нее, будто бы заново понимая, как много значит для него этот путь, на который они ступили.
— Ты права, — сказал он тихо. — Мы создадим этот сайт. Это будет наше наследие. И, возможно, это даст людям больше, чем просто информацию. Это даст им возможность вернуть память. Память о тех, кто был забыт. Память о правде.
Эмми улыбнулась, почувствовав, как ее сердце наполняется решимостью. Да, они не могли стоять в стороне. Важно было не только раскрыть тайны прошлого, но и дать людям возможность самим найти ответы.
— Тогда давай начнем, Лукас. Давай сделаем это.
В ее голосе звучала уверенность, и Лукас почувствовал, как внутри него снова просыпается сила действовать. Вместе они могли достичь всего. Вместе они были готовы бороться за правду.
Пригород Нью-Йорка. Май 2024 года
После напряженных событий, Эмми и Лукас решили, что им нужно на время скрыться, чтобы не привлекать внимания. Они уехали из Нью-Йорка, перебравшись в один из небольших городков на окраине, где можно было уединиться и сосредоточиться на своей работе. Городок был тихим и неприметным — идеальное место для того, чтобы успокоиться и подумать. Здесь они могли бы не только скрыться, но и нацеленно работать над тем, что стало для них важнейшей задачей.