Чтение онлайн

– Ты ходишь к Ведунье? – поинтересовался глава дома.

Мальчик неуверенно покачал головой.

– А хотел бы?

Юноша совсем растерялся. Взрослый человек, к которому отец приходит на закрытые разговоры, просит у него ответа. Тем более по поводу занятия ведов, которые имели дурную славу среди воинов.

Поймав потерявшийся взгляд Белатура, Фолкор с улыбкой продолжил:

– Лики мне рассказала, как много ты знаешь о Мечах, даже то, что отец тебе явно не рассказывал. Если твоё любопытство готово заглянуть дальше пути меча, я хотел бы, чтобы ты ходил к Ведунье вместе с моей дочерью.

Юноша кивнул с испуганными глазами, не имея ни какого представления, зачем это ему.

– Хорошо, – с улыбкой ответил Фолкор – теперь оставлю вас наедине с дыней.

Отец Лики встал из-за стола, и поднялся по лестнице.

– И это будущий “глава дома Ломающего Меча”? – с веселой издевкой спросила девочка.

Юноша наконец-то проглотил кусок дыни и начал теряться в словах.

– Да что я мог сказать? Какие-то Веды, там, вопросы про…

Лики подхватила разговор:

– Но ты же молчал. Начал с какого-то доклада, вместо обычного “Где твое Пламя?” – передразнивала она юношу.

Мальчик покраснел, но Лики продолжила.

– Папа говорит, чтобы избежать молчания, надо говорить. “Если не хочешь говорить про рыбу, начинай говорить про птиц”.

Белатур начал пытаться проводить аналогию с чем-то понятным ему, ближайшим было “навяжи своё сражение противнику”.

– Постараюсь им воспользоваться при следующей встрече.

– Также не забудь смыть грязь с лица и рук. А теперь, если ты не хочешь дыню, пошли на балкон.

Девочка показала в ту сторону, где в доме юноши открывался вид на общие сады.

Стоя на этом балконе, можно увидеть тренировочные дворы всех трёх домов. Посередине должен был быть тренировочный двор Призрачного Меча, но там проходили тренировки Ножен обоих домов. В этот момент юноша осознал, что никогда не видел ни Мечей, ни Ножен Каделла.

Там, среди таких же стен проходил бой между Ножнами Широкого и Ломающего Меча. Бордовые стёганки врезались в плотный строй великанов в медных доспехах, как тараны, старались разорвать оборону. Глядя на оплеухи, которыми обе стороны щедро одаривали друг-друга, Белатур понимал, чем страшно было бы это занятие, окажись в их руках хотя бы камень. Скорость и ловкость, безусловно, были на стороне Ломающего Меча. Оглушительные удары великанов Арнбьёрна редко попадали, но на веревка. Воины Широкого Меча принимали все выпады на себя, показывая силу воли и стойкость, которыми они славились на все Лазурные Земли.

– Отсюда можно наблюдать за всеми тренировками, так я и увидела, что ты один. Если захочешь – можешь приходить и наблюдать за тренировками, пока будешь в гостях.

Предложение Лики проявило отвратительное жжение в груди Белатура. Сама мысль, что ему предлагают наблюдать за таинствами дружественных домов, в обход правил, как личная "привилегия", вызывала отвращение. Из уст дочери Фолкора, это звучало как подкуп, некое условие дружбы. И если ему хватило ума промолчать, то на лице отчётливо читались все эти эмоции.

Девочка не могла понять, что в её словах было не так. Не то обида, не то злоба читались и в её глазах. Они бы оба точно сорвались друг на друга, если бы на балконе не появился Ирвар:

– Вот вы где, юный господин, нас ждет большой труд. Госпожа Лики, простите, но я забираю его.

Юноша с натянутым почтением поклонился Лики и прошел в прихожую, за своей тренировочной одеждой.

***

Оказавшись на улице, Белатур возмущённо обратился к Ирвару:

– Ты слышал её?

Ястреб остановил палец у рта, показывая спутнику на мать Лики, отдыхавшей на лавке в тени, недалеко от дома.

– Не сейчас, молодой господин. – строго прошептал Ирвар, поторапливая мальчика подальше дома Фолкора и ушей Оэрлы.

Спускаясь по серпантину до тренировочного двора, Белатур высказал свое недовольство:

– Если она дочь Фолкора, думает все будут ей кланяться?! Считает, что я предам правила дома, ради её расположения ко мне?!

Ирвар не перебивал, давал мальчику возможность выговориться, но не одобрял ход мыслей собеседника.

– Вы были бы правы, юный господин, если бы она была воином. Сейчас Вы глупы.

Белатур удивился подобному заключению воина, и Ирвар, убедившись, что мальчик готов слушать, продолжил:

– Так же как вы себя чувствовали в присутствии господина Фолкора, его дочь чувствует себя среди сверстников. Вы первый, кто был её гостем, и первый кому она пыталась что-то предложить. Вы понимаете, молодой Белатур?

– А как же посещение ведов? там много разных ребят…

– И все они обладают Пламенем Олиона, как и Вы, и так же недолюбливают её отца, за поступки деда. Так же, как и Вы…

С многозначительной паузой, Ястреб проницательно посмотрел на юношу. Белатур остановился, ненадолго задумался и решил:

– Позвольте мне отлучиться.

– Буду ожидать Вас на этом самом месте. – с улыбкой ответил Ирвар.

Белатур бежал обратно, в дом Лики. Забегая в прихожую, в этот раз он нисколько не был смущен своим внешним видом. Открыв двери в зал, увидел за столом Фолкора. Он явно ждал гостей, но точно не Белатура, это читалась по легкому недоумению в глазах хозяина дома.

В голове юноши вертелось “навяжи свое сражение… навяжи свое сражение…”

– Господин Фолкор, я буду рад посещать Ведунью вместе с Вашей дочерью, – твердым голосом обратился сын покровителя, – я так же буду рад быть её гостем, но балкон мне не нужен.

Фолкор широко раскрыл глаза, пытаясь понять смысл последней фразы. Встряхнув головой, он ответил гостю:

– Спасибо, я передам дочери твои слова, и про балкон тоже, чтобы это ни значило.

Белатур радостно поклонился и побежал к Ирвару. Юноша приобрел окрыляющую легкость. Вместе с наставником они направились к тренировочным стенам.

– Надеюсь, вы не сбили свой настрой перед тренировкой, молодой господин?

– Нет! – уверенно ответил мальчик.

***

Подходя к тренировочным стенам, Ирвар указал юноше место на краю. Сам спутник снял с себя свой доспех, сапоги и, положив вещи на полку внутри стены, спустился на песок. Белатур встал там, где ему указали.

На песке шла подготовка Ножен к "выходу на стены", так называли патруль города. Ока Рода – спокойный город, ещё бы, если почти половина его жителей – обученные воины. Внутри стен нету карманников, бездельников, по тому патруль считался условностью. Но готовили Ножны не к "лёгкой прогулке". Они так же были разбиты на три группы, но смысл был уже намного глубже.