Чтение онлайн

Когда он встает и медленно поворачивается, мое сердце бьется беспорядочно. Он держит мой полумесяц, когда идет обратно ко мне. Я дышу так тяжело, что скоро потеряю сознание, если буду продолжать. Его глаза не отрываются от полумесяца, когда он переворачивает его и замечает выгравированную букву Р. Резкий вздох вырывается из его груди, он шокирован, растерян, все, что я могу себе представить, когда его большой палец скользит по меткам.

Я осторожно протягиваю к нему руку, но он все еще не отводит взгляда, пока я оттаскиваю ее от него. Я повторяю его имя, но низкий стон из камеры перевертыша окончательно выводит Лоркана из транса.

Мы оба смотрим на перевертыша, свернувшегося на полу, пыхтящего и корчащегося от боли. Его рука сжимает другую руку так сильно, что под кожей проступают вены.

"Что ты с ним сделала?" хрипит Лоркан, осторожно ступая по разрисованному кровью полу. Я следую за ним, качая головой, потому что я ничего не сделала. Мой взгляд осматривает осколки, а затем останавливается на этикетке, приклеенной к полу.

Кровь фаэри.

Флакон, который я носила с собой с того самого дня, как забрала его из дома Иваррона.

Мое тело подпрыгивает, когда боль перевертыша отражается от стен. Лоркан хватает меня за руку и поворачивает лицом к себе.

"Жди меня в моих покоях". Его голос не мягкий, а властный.

Я не могу вымолвить ни слова. Я просто качаю головой, пытаясь понять все, пока перевертыш продолжает свои мучительные крики: "Что? Нет…"

"Нара." Он прижимает ладони к моим плечам, выражение его лица сурово: "Как заместитель, я приказываю тебе ждать там".

В этом приказе было столько законченности, что я уставилась на него. Сейчас он не Лоркан. Он — второй по званию среди воинов, выполняющий свой долг.

Я отступаю назад, и его руки сползают с меня. Я смотрю на перевертыша, потом снова на Лоркана и бегу прочь отсюда. Прижимая полумесяц к сердцу, я добегаю до входа и вижу, что Фрея все еще разговаривает с венаторами. Я пытаюсь привлечь ее внимание, чтобы мы могли выбраться из этого ужасного места.

Глава 33

Я не стала ждать в кабинете Лоркана.

Я не стала выполнять его приказ.

Вместо этого я побежал в свою комнату и бросила ножны, полумесяц и клинок на кровать.

Мы с Фреей вернулись в хаос. Пока Линк и Райдан оставались на арене, мимо нас по дороге пронеслись венаторы и устремились в подземелья. Я знала, почему, и что еще хуже — я была в этом замешана.

Я взглянула на свое запястье, провела пальцами по свежим синякам, затем опустила их, чтобы заняться кончиками одежды. Я переиграла все варианты развития событий, которые могли произойти сегодня, появление Лоркана должно было быть на высоте, но этого не произошло.

"Все будет хорошо, я уверена, что так и будет", — пробормотала Фрея под нос, расхаживая взад-вперед у изножья моей кровати: "Лоркан неравнодушен к тебе. С самого начала; он не может злиться! Ты можешь просто сказать ему, что хочешь исследовать подземелья. Ты всегда в настроении исследовать все…" Она остановилась и посмотрела на меня в панике: "Как ты можешь быть такой спокойной!"

"Поверь мне, я не спокойна". Я просто слишком хорошо это скрываю.

Фрея вздыхает, ее плечи опускаются, когда она подходит и опускается на колени: "По крайней мере, тебе удалось получить всю информацию от этого ужасного перевертыша".

Я качаю головой, и рука Фреи ложится поверх моей, чтобы прекратить постоянное ерзанье. Если бы я не была так взвинчена, я бы поблагодарила ее до того, как прорву дыру в своей одежде: "Это только открыло больше вопросов, и Лейра была права. Идти против королевы — слишком большой риск".

"Когда еще риск останавливал тебя?" Ее голос нежен и сладок. Он успокаивает, как материнская любовь.

Я поджимаю зубами нижнюю губу, но в итоге улыбаюсь: "Никогда", — шепчу я: "Из-за этого у меня всегда были неприятности с Идрисом".

Фрея легкомысленно усмехается: "Могу себе представить. Он уже продолжал спорить со мной, когда я сказала ему, что он хуже сварливого старика в ночь Ноктюрна". Ее смех переходит в многозначительную улыбку: "Знаешь… Я рада, что ты мой друг, Нара".

Слова застревают у меня в горле. Фрея — моя единственная подруга, и я благодарна, что встретила ее. Не думаю, что кто-то другой сделал бы то, что сделала она.

В дверь громко стучат, и Фрея вздрагивает, прижимая руку к груди. Я закрываю глаза, вздыхаю, и порыв воздуха треплет мои волосы, когда Фрея поднимается, чтобы открыть дверь. Медленно встав, я начинаю поворачиваться в сторону, как вдруг слышу голос, который слышала уже тысячу раз: "Могу я поговорить с мисс Эмброуз наедине?"

Мои глаза настороженно смотрят на Лоркана. Он смотрит на меня с выражением, которое я не могу расшифровать, как и в начале нашего знакомства. Одна его рука заложена за спину, а другая прижата к двери, как будто он боится, что Фрея закроет ее перед ним.

Я смотрю на нее, киваю, и несколько секунд она колеблется. Она хочет остаться, возможно, защитить меня самым драматическим образом, но у нас с Лорканом были моменты, о которых я никогда не думала, что буду с кем-то делиться. Я должна встретиться с ним лицом к лицу.

Мои брови поднимаются в сторону Фрейи, и я произношу слова: "Не волнуйся". Она выпрямляется, вздыхает, смотрит на Лоркана и решает уйти. Лоркан заходит в комнату, закрывает дверь и запирает ее за собой. Потом мы несколько минут молча смотрим друг на друга. Он знает, что я не буду первой говорить, не то что я, когда я так мулирую. Он проводит рукой по лбу, тяжело дышит через нос и, наконец, говорит: "Я должен был догадаться, что ты не будешь ждать".

"Прости меня за то, что я не ждала в твоей комнате несколько часов, пока ты не кончишь", — заявляю я слишком язвительно.

Он качает головой, под его челюстью вздрагивает мускул: " Ты знаешь, насколько опасными могут быть подземелья, если ты не имеешь на то разрешения? Если бы генерал поймал…"

"Что?" Я подаюсь вперед, в моем голосе мелькает раздражение, когда я напоминаю себе, что исход мог быть и хуже: "Лишил бы меня права стать венатором? Отправил меня в подземелья? Потому что я уверена, что он был бы рад этому".

Я перевела взгляд на его вторую руку, все еще находящуюся за спиной, а затем на него самого, снова качающего головой. Он поет мне дифирамбы перед другими лидерами, верит, что я смогу пройти испытания, но как я могу сказать ему то, в чем сама уже не уверена.

Он не отвечает на мои насмешливые вопросы. Его голос становится низким шепотом, когда он придвигается ближе ко мне: "Почему ты была там?"

Никогда еще я не видела такой тьмы в этих зеленых глазах. Как будто беспокойство затуманило их. Я не отстраняюсь от него и бормочу: "Ты сам сказал, что я авантюристка". Я качаю головой, прочищая горло: "Это все, заместитель? Или я должна назвать причину и для этого?"