Чтение онлайн

— Тридон? Постой, вождь! Был пират Тридон, что захватил две карфагенские галеры, возвращавшиеся с ценным товаром от Геркулесовых столбов; был Тридон, что угнал галеру, везшую из Колхиды рабынь…

— Это я и есть! — радостно рявкнул пират. — Я знаменит на всех морях мира! Все моря для меня слишком малы! Что вижу, то мое!

— Однако не все! — дерзко перебил Кадмос. — Помнишь, два года назад, у Крита? Ты напал на галеру, как и сегодня, перед рассветом! Но она от тебя ушла!

— Два года назад? У Крита? Верно! Какой-то выродок из самого Аида, должно быть, вел ту бирему! Как он умел использовать переменчивый ветер, как лавировал! Лучше меня!

— Так вот, той биремой правил я!

— Ты? Я поклялся наслать на того страшную смерть! Ну, я имел в виду капитана, а не рулевого! Так что живи. Эй, друзья! Этот достоин нас, он принят. А ты?

Идибаал, к которому был обращен вопрос, без слова взглянул на меч в своей руке и вдруг почти неуловимым движением метнул его в сторону. На палубе лежал конец какой-то оборванной веревки, и меч Идибаала пригвоздил ее, словно ядовитую змею.

— Достаточно, — с одобрением, причмокивая, кивнул Тридон. — Теперь ты.

Зарксас, не раздумывая, подошел к огромному негру, который только что с явным пренебрежением разглядывал рыбаков. Пират был на голову выше, тяжелее и мощнее.

— Красивый у тебя пояс, — проговорил Зарксас. — Отдай его мне!

— С ума сошел? Убирайся, дохляк, пока я добрый! А то переломаю тебе твои тощие кости, будешь плакать!

Не успел он договорить, как, подхваченный, закрученный и ошеломленный, с лязгом оружия рухнул на палубу. Он вскочил, изрыгая проклятия, но тут же снова покатился по доскам. Гибкое тело молодого рыбака кошачьим прыжком обрушилось на него, и они принялись бороться, кататься, сплетаясь в клубок, по залитой кровью палубе.

Но это длилось недолго. Через мгновение обездвиженный, прижатый лицом к доскам негр мог лишь браниться, пока Зарксас отстегивал и забирал у него пояс.

— Если бы не эти раны, — Зарксас спокойно показал ужасные, обильно кровоточащие рубцы от кнута Умана, — я бы с таким, как он, управился еще быстрее.

— Все трое достойны быть принятыми в нашу компанию! — решил Тридон. — Эй, друзья, выберите среди гребцов бывших пиратов и освободите! Остальные пусть отправляются в Аид вместе с этой посудиной! Что там есть ценного — перенести на нашу палубу, и отплываем! Делать нам здесь больше нечего!

Хотя Макасс и объяснял, и доказывал, что Кадмос не может вернуться раньше чем через семь-восемь дней, Кериза уже на пятое утро не выдержала и отправилась в порт. Но там никто ничего не знал и никого не волновала судьба какой-то биремы, ибо как раз в это время лодка из Утики привезла вести, которые заинтересовали всех и сильно встревожили купцов. Говорили, что Масинисса послал весь свой флот к Геркулесовым столбам, сговорился с пиратами с Балеарских островов и попросту перекрыл пролив и пути на запад. А ведь как раз со дня на день ожидали возвращения большого флота Клейтомаха из похода в Туманные моря. Он послал шесть галер — сила немалая, чтобы успешно отбиваться от пиратов, но против нумидийского флота это ничто.

Тут же стали вспоминать, кто ведет эти галеры, кто на них служит, и тревога росла среди моряков и их семей, ибо у многих там были близкие или друзья. Вспомнили и о триреме Сихарба, которая в месяц Тибби не вернулась из плавания, хотя шла всего лишь в Неаполь с пшеницей, и о необычайных бурях, что разметали флот Эшмуназара у Крита, и о диковинных огнях в небе, что видели рыбаки, и о морских чудовищах, о которых рассказывал старый Муттон.

— Пьяница! Болтает что попало! — попытался кто-то возразить, но его тут же заглушили криками. Нельзя пренебрегать такими знаками. Боги разгневаны, это ясно.

— У большого гелеполя сломалась главная балка, как только его попытались испытать.

— Глупости! Кто строил? Люди Седьяфона! Разве он хоть что-то сделал на совесть? Поставил старое, трухлявое дерево…

— Уж ты-то знаешь! Отборный кедр.

— А в храме Мелькарта баран, предназначенный в жертву, вырвался и убежал.

— О, это еще худший знак! Если Мелькарт не принимает жертв, значит, на море творится что-то недоброе.

— Нужны жертвы!

— Как же? Он ведь их не принимает!

— Значит, нужны другие! Или другим богам! Жрецы должны все объяснить.

Кое-где молодежь нехотя бормотала что-то при упоминании жрецов, но большинство с радостью подхватило мысль: жрецы должны все объяснить и подобающими жертвами отвратить злую судьбу.

Но прежде чем кто-либо решился идти в храм, в порт вошла военная галера и быстро, насколько это было возможно в переполненной гавани, устремилась к Котону. Какой-то старик, стоявший на носу, издалека кричал, торопя; тяжелые цепи с лязгом и плеском упали в воду, и галера исчезла в высоких воротах стены, отделявшей военный порт от торгового.

Но ведь она проходила мимо лодок и кораблей, а у каждого матроса или солдата в порту были знакомые или девушка, так что времени хватило, чтобы обменяться новостями. Вскоре весть облетела весь порт, ее повторяли с возмущением, удивлением, недоверием:

— Масинисса захватил Тене, Ахоллу, Тапс!

— Неправда! Не Масинисса, а его сын, Миципса!

— Мастанабал, не Миципса!

— Не ври! Я лучше знаю! Миципса! О, это жестокий пес и наглый захватчик!

— Ахоллу он не занял! Город обороняется!

— Неправда! Обороняется Лептис!

— Боги! Что это значит? Война? Но ведь мир! Чего хочет этот Масинисса? Кто ему позволил?

— Чего он хочет? Чтобы города, что платят дань нам, платили ему! Целое племя кеугитанов благоволит ему, а не нашим вельможам, у которых там поместья!

— О, эти умеют выжимать седьмой пот!

— Да пожрет их Аид! Но почему война? Почему молчат боги? Столько жертв приносится…

— Уж ты-то много приносишь! Одной Танит пожертвовал голубя, который уже издыхал!

— Клевета! Это ты несешь жертву только тогда, когда что-нибудь украдешь!

— Тсс! Не время сейчас для ссор! Ай, ай, война!

— Что ты стонешь? Великое дело — нумидийцы! Великий вождь Масинисса! Наши доблестные войска без труда разобьют эту шайку! За что мы им платим? Ай, ай, как много мы платим!

— А какие у нас вожди! Гасдрубал и Карталон! Сам Ганнибал не был их величественнее! Тут нечего бояться! Наши победят!

— Но когда? У Масиниссы есть флот! Как теперь выходить на лов? Эти десять наших посудин никого не защитят!