Чтение онлайн

IV

У

кабинета к доктору не оказалось очереди. Пользующийся, по заверению больничной медсестры, популярностью психотерапевт был сегодня абсолютно не в спросе. Или может быть, все дело в кропотливо составленном графике, благодаря которому, пациенты не толпились под дверями, как это было принято в поликлинике, а приходили и уходили по четко установленному времени, не встречаясь друг с другом.

Лика постучала и вошла.

Врач в хрустящем от белизны халате поднял на нее свои орлиные глаза. По его лицу, пробежала улыбка, сменившаяся выражением подобранных в идеальной пропорции вежливости и участия.

Что ж, надо попробовать ему подыграть.

Лика медленно прошла через кабинет и села на стул рядом с психотерапевтом. За спиной в рюкзаке тяжелым грузом лежала пустая черная тетрадка.

Врач не спеша отыскал медицинскую карту Лики и в полном молчании изучал ее, не глядя на пациентку.

Девочка тоже молчала. Ни одним из произошедших с ней за неделю событий она не горела желанием поделиться с доктором.

В какой-то момент аспидные глаза соскользнули с медицинской карты и словно невзначай вонзились и Лику.

– Снова мучали кошмары?

Девочка отвела взгляд в сторону.

– Нет, не особо.

Еще секунда, и Лика оказалась в плену расплавленного обсидиана. Это доктор придвинул свой стул, и тьма его глаз повисла над девочкой траурной парчой, через которую не мог пробиться ни один луч солнца, несмотря на то, что окно было всего в нескольких метрах, прямо за спиной согнувшегося, как гепард перед смертоносным прыжком, врача.

– Давай-ка заглянем в твою книгу прошлого. Что ты записала в нее на этой неделе?

Лику пробил холодный пот. Книга прошлого. Блокнот в черном переплете. Блокнот, в котором нет ни слова, ни буквы, который зияет своей пустотой. Она просто забыла о нем. Она поверила, что доктор может тоже о нем забыть.

Профессор аккуратно собрал бумаги у себя на столе в одну стопку и развернулся к Лике.

– Ну-с, так о чем мы написали?

– Об одной мертвой девочке, - выпалила Лика.

Доктор удивленно приподнял брови, а Лика выругалась про себя за полное отсутствие смекалки.

– Эту девочку убил автобус, то есть люди, которые ехали в автобусе, то есть шофер автобуса. Нет, - Лика выдохнула, - просто дорожная авария.

– Ты стала очевидцем аварии?
– доктор играл в заботливого простака.

– Да, так и есть. Случайно. Случилось. То есть я случайно увидела, как девочку сбил автобус, - наконец подобрала слова Лика.

– И ты написала об этом в книге прошлого?

– Да, так и есть, - с облегчением соврала Лика.

– Значит, ты хочешь забыть об этом?

– Да, наверно, - неуверенно ответила девочка.

– Ты ведь знаешь, в книгу прошлого нужно записывать только те вещи, которые ты хочешь забыть.

"Это что новые правила", - подумала Лика.

– Да, я хочу, это было очень, так...

– Ужасно?

– Да, да.

– Ты ведь не знала эту девочку?

– Нет, конечно, нет, - быстро ответила Лика.

– Тогда не стоит принимать ее смерть так близко к сердцу, люди умирают каждую минуту, каждую секунду, - доктор испытывающе посмотрел на пациентку.

"Это вряд ли, - подумала она почему-то, - ведь если в мире 7 миллиардов, 7 миллиардов секунд - это сколько в неделях?" - Лика словила себя на мысли, что она глупо улыбается в то время, как психотерапевт изучает ее взглядом.

– Ты потеряла много близких людей, поэтому этот опыт был для тебя таким болезненным, - подвел итоги врач и почему-то вопросительно посмотрел на Лику.

Девочка молчала.

– Я знаю только о твоих родителях и бабушке. Возможно, ты потеряла еще кого-то? Или может быть, что-то еще, другие переживания, связанные со смертью?

Лика почувствовала, что цветки с завитушками-щупальцами на обоях заплясали на стенах.

– Нет, - ответила она.

– Хм, - доктор многозначительно посмотрел на лампу в потолке.
– А твои сны? Они не бывают связаны с похоронами?

– Нет, - снова выдавила из себя Лика.

– Просто так часто бывает: что-то реальное проецируется в снах на что-то фантастическое, искажается до неузнаваемости и предстает в облике кошмара. На самом деле, это всего лишь воспоминание, и его не стоит бояться, - заверил психотерапевт.

– Угу, - прорычала Лика.

– Я хочу помочь тебе, Лика, - с напущенной серьезностью сказал доктор.
– Но ты еще не готова принять мою помощь. Мы попробуем по-другому. Мы должны вернуться к самому началу, Лика. Я хочу, чтобы на первой странице твоей книги прошлого было написано о самом первом поступке в твоей жизни, о котором ты сейчас жалеешь. Даже если это украденная конфета или дернутый за хвост кот. Мне все равно. Я хочу знать, что это.

Лика молча кивнула в ответ и начала пятиться к дверям.

Пытаясь отдышаться уже на коридоре и перебирая в памяти смысл сказанного, Лика услышала слова "на первой странице". "Он, что, понял, что я соврала?", - подумала девочка.

Вернуться туда, с чего все началось. Это казалось разумным. Только что это за поступок, о котором она жалеет? Таких поступков много, какой из них был первым? Что, если ее жизнь изменило что-то, чего она не помнит, потому что была слишком маленькой, чтобы отдавать отчет в своих действиях? Как всегда, слишком много вопросов и ни одного ответа. И совсем никакого чудодейственного облегчения. По-прежнему тяжело и тревожно. За что только сей психотерапевт получает свою зарплату.

Лика горестно ухмыльнулась и побрела к выходу из поликлиники. В узких коридорах на этот раз никого не было - наверно, солнечная погода помогала горожанам не болеть.

Домой идти не хотелось, и Лика отправилась в парк. Раньше, когда девочка училась в школе, они с бабушкой гуляли по парку каждое воскресенье. Смотрели на шустрых белок, пытались вспомнить названия всех рассмотренных в высоте деревьев птиц, собирали разноцветные букеты из шуршащих ароматных листьев. Теперь в парке было сложно отыскать хотя бы одну белку, да и листья под ногами не вызывали прежнего восторга. И все равно Лика любила этот парк, его тишину, его высокие, изогнутые сосны, его тень и его покой.