Когда–то был в Англии царь удалой,Имел он двух дочек, красавиц собой.Бледнее, чем день, была младшая дочь,Старшая – смуглянка, как бурная ночь.Старшая младшую манила тайком:«Пойдем, пойдем, сестрица, на берег вдвоем».Тихо было море, покров голубой,И пеной украшен был берег морской.«Смотри–ка, сестрица, как море смугла,А я, молодая, как пена бела».Вскипела смуглянка, гневом полна,Сестру свою в море столкнула она.Смутилися волны, завыли леса...«Спаси меня, друг мой! – взмолилась краса.–Не дай меня в жертву свирепым волнам,Тебе я свой пояс златистый отдам!» –«Не бейся, красотка, в круты берега,На божию землю не ступит нога.Когда же жених мой в чертог поведет,Златистый твой пояс мой стан обовьет».«Спаси же, сестрица, спаси от греха,Тебе уступаю кольцо жениха...» –«Когда захлебнешься в холодной воде,Жених по наследству достанется мне.С твоим удалым, молодым женихомСам царь нас обручит жемчужным кольцом».–«Скажи же поклон мой царю и отцу,Скажи, что меня отдала ты к венцу,Скажи при поклоне родимой моей,Что свадебный кубок я пью средь морей,Скажи жениху молодому в тоске,Что ложе стелю на холодном песке!»Рыбаки рыбачили в глухую полночь.Поймали рыбаки меньшу царску дочь.Из них один был арфист молодой,Сказал своим товарищам: «Я сделаю живой,Составлю я арфу из белых костей,Натяну я струны из белых власей.Поставлю я арфу у царских ворот,Чтоб мог ее слышать весь здешний народ».Цветами украшен высокий алтарь,За брачной трапезой пирует сам царь.«Вот новый арфист,–некто сказал,–у ворот,Послушай, невеста, что арфа споет!»На первый аккорд говорила струна:«В златистый мой пояс сестра убрана!»Бледнеет невеста, но бодро глядит,В руке ее кубок заздравный дрожит. Удар повторился, и струны –как гром:«Сестра обручилась с моим женихом!»И... дурно... невеста потупила взор,Дева с невесты снимает убор.На третий аккорд возопила струна:«Сестра меня волнам морским предала!»В чертоге смятенье... и вопли и плач...И гордой секирой сверкает палач.
В одном прекрасном местеНа берегу реки,Стоял красивый домик,В нем жили рыбаки.Рыбак жил со старушкой, Рыбачил от труда,У них три сына было,Красавцы хоть куда.Один любил крестьянку,Второй любил княжну,А третий – молодуюОхотника жену.Любил ее он тайно,Охотник все не знал,Что жизнь его разбита,И он по ней страдал.Однажды он собралсяОхотиться на дичь,–И встретил он цыганку,Умевшу ворожить.Цыганка молодаяУмеет ворожить,–Раскинула все карты,Не смеет говорить:«Жена твоя неверна –Семерка так легла,Туз виней – могила,Вот»,–говорит она.Охотник растерялся,Цыганке уплатил,А сам с большой досадойДомой поворотил.К дому он подходитИ видит у крыльца:Жена его в объятьях,Целует рыбака.Вдруг раздался выстрел,Младой рыбак упал,За ним жена–злодейка,Потом охотник сам.Наутро все три трупаНа кладбище везли...Погибли эти людиИ все из–за любви.
Ехали солдатыСо службы домой,Ой, на плечах погоны,На грудях кресты.Ой, ехали по дорожке –Родитель стоял.«Эх, здорово, папаша!» –«Здорово, сын родной!» –«Расскажи, папаша,Про семью свою».–«Ой, семья, слава богу,Прибавилася,–Ой, женка молодаяСыночка родила».Ой, сын с отцом ни слова,Садился на коня,Ой, на коня гнедого,Ехал со двора.Ой, подъезжает к дому –Мать с женой стоят.Мать стоит с улыбкой,Жена–то во слезах.«Эх, тебя, мать, прощаю,Жену–то никогда!»Эх, закипело сердцеВ солдатской груди,Ой, заблистала шашкаВо правой руке,Эх, сняла буйну головуС неверной жены.«Что я наделал,Что я натворил!Жену я зарезал,Сам себя сгубил,Маленьку малюткуНавек осиротил!»
Паша, ангел непорочный,Не ропщи на жребий свой,–По грехам своим достойноМоей наказана рукой.Жизнью честной, непорочной,Прожил я с тобой шесть лет.Знать уж час пробил урочный,Я нарушил свой обет.Не в далеком расстояньеМы прошли рука с рукойДочь, малютку дорогую,Навек оставим сиротой.Дочь, оставь свое жилище,Недалече от людей,Сходи на общее кладбище,К могиле матери своей.Стань пред нею на колениТы с чистой, пламенной душой,Заплачь горькими слезами,Молитву тихую пропой.В этой пламенной молитвеТы не забудь просить творца,Чтоб простил за прегрешеньяТвово несчастного отца.Раньше гнался за чинами,Искал славы, орденов,А теперь гремлю цепями,В Сибирь на каторгу готов;И в Сибири жить я буду,Золотую руду рыть,Доставать там буду злато,Да поневоле буду житьИ достану хотя крошкуНе руками, а киркой,Дочь, носи мои сережки,На ручке перстень золотой.Дочка вырастет большая,Про нее пройдет молва,–Сердце кровью обольется,Когда услышу те слова.
Отец старый был, дети малые,Но смерть скоро к нему подошла:И оставил он их сиротами,А мать раньше в могилу легла.И, не знав нужды, жили весело.За годами проходят года...А братишка был еще маленький,Средь сестер подрастал сирота.А когда подрос брат любимый их,Благодарность сестер позабыл –И хозяйством он завладеть хотел,Преступленье он тут свершил.Раз приехал к ним поздно вечеромПогостить, как бывало всегда;Сестры ласково брата встретили,На душе у них радость была.Их родимый брат с нетерпеньем ждал,Чтоб ложилися спать поскорей;«Я убью сестер, домик будет мой!» –Наточил он кинжал повострей.Улеглися спать сестры весело,Только брат все ходил и не спал...Подошел к сестре, тихо крадучись,А в руке у него был кинжал.И решил злодей, тихо поднял нож,В грудь преступно вонзила рука,А кровь алая облила кровать,Простонала чуть слышно она.Быстро бросился брат к другой сестре,Пробудилась бедняга от сна.«Пощади меня, дорогой мой брат»,На коленях просила она.Их родимый брат, он жестокий был,Слез мольбы он сестры не слыхал,–В ранах вся была, чуть не мертвая,Наконец, еще горло зажал.И покинул их, стал придумывать,Как бы трупы от власти укрыть:Изрубил в куски, завернул в коверИ решил у навозе зарыть.Рано утречком, как было всегда,Две подруги пришли навестить.«А где сестры, брат?» – стали спрашивать,Он в испуге не мог говорить.А потом сказал: «Их в ночь не было.Я не знаю, где были они...»Заглянув в кровать, из подруг однаВдруг увидела простынь в крови.Догадалася, почему здесь кровь,Показала подруге другой.Сообщили всё, власти прибыли,К делу взяли ищейку с собой.Скоро трупы их были найдены,Их собака–ищейка нашлаИ преступника за рукав взяла,Брата–убивца признала она.И сознался он, что убил сестер,Чтобы домом ему завладеть;И лишен он прав, осужденный былС изоляцией на десять лет
Жила девушка с родной матерью,Накрывала стол белой скатертью,В доме чистенько убиралася,Скоро с матерью она рассталася.Похворала мать одну неделюшкуИ покинула родную девушку.Над гробом матери долго рыдала дочь,А отец родной ей обещал помочь.Он уговаривал чернобровую:«Я приведу тебе маму новую».Ой, вы, граждане, я вам хочу сказать,Через неделюшку привел другую мать.Привел другую мать, благородную,Обижать стала дочь неродную.Она над девушкой издеваласяИ прогнать ее она старалася.Но скоро девушка догадаласяИ спокинуть дом она решилася.Но в эту темну ночь ей не спалося,Она с сонным отцом расставалася.Соловьюшко с канареечкой,Пробиралася темной аллеечкой.Соловьюшко продолжал свистать,Она шла туда, где зарыта мать.Она просила мать, мать родимую:«Ты прими меня, дочь любимую».Долго плакала, настрадалася,Ответа матери не дождалася.Соловьюшко создал молчание,И прикончилось ее рыдание.Соловьюшко с канареечкой –Только нож блеснул в руке у девушки.Упала девушка без сознаньица,И прикончилось ее страданьице.Отцу в голову такая мысль пришла,Он не знал того, куда дочь ушла.Отцу в голову мысль представила,На могилочку сходить заставила.Собирался он потихоньку тут,Чтоб жена его не слыхала стук.Поравнялся он тут с могилочкойИ видит: дочь лежит в груди с финочкой,Лежит девушка – глаза закрытые,И лицо ее, кровью залитое,Он вынул острый нож, вонзил в грудь себе,Чтоб лежать им всем во сырой земле.Ой, вы, граждане, я вам хочу сказать,Не приводите вы детям другую мать.
Я кончил курс своей наукиИ в дом родительский попал.Просил отца благословенья,Которого отец не дал.Друзья, пред вами сознаюся –Сестру родную полюбил.Всегда преследовал за нею,Всегда к любви ее склонял.Однажды позднею пороюК сестре во спальню я вошел.Упал пред ней я на колени,Сказал: «Сестра, люблю тебя!»Сестра от жалости сказала:«И я тебя, братец, люблю!»У ней в утробе был младенец,Он той минуты ожидал.Вдруг с шумом двери растворились,Отец во спальню к ним взошел.Глаза свирепо засверкали,Он взор свой бросил на детей.«Ах вы, дети, мои дети,Зачем пролили кровь мою?Ах ты, сын мой недостойный,Аль чужих те девок нет?Ах ты, доченька родная,Зачем ты брату предалась?Тебя я, доченька, прощаю,А сына в каторгу пошлю».
Что вы, граждане, припечалились?Начинаю я вам запевать,Как несчастные были случаи,–Брат сестру приглашает гулять.Поздно вечером со спектакиляВозвращается Нюра домой,Отпустил ее брат от публикиИ кричит: «Нюра, Нюра, постой!»Подошел он к ней аккуратненькоИ хотел только ручкой обнять,И сказал он ей: «Нюра, милая,Давай тайно со мною гулять!» –«Что ты, брат родной, не с ума ль сошел?И не стыдно тебе говорить!От народу–то будет совестноДа и люди–то будут судить!»И сказал он ей: «Нюра милая,Давай станем со мною гулять!»Что–то страшно ей показалосяИ пустилась от брата бежать.Отца с матерью дома не было:Увезли продавать они рожь.Брат узнал про то и схватил ееИ сказал: «От меня не уйдешь!»Получилося преступление –Разрыв сердца, она померла.Очумел брат тут, пишет грамоткуИ оставил ее на столе.Взял веревочку и повесилсяНа свободном своем чердаке.Возвращаются отец с матерью,Нюре платье они привезли...А зашли они – Нюра мертвая,И записка лежит на столе.А в записке–то было сказано:«Прости сильно меня, мать–отец;Ни в чем Нюрочка не виновная,А виновен во всем я, подлец!Слезы брызнули по щекам отца,Без сознания сделалась мать.«Помогите–ка, люди добрые,Хулигана из петли вымать!»
МАРИАННОЧКАНочкой лунною, тою летнеюМы пошли по аллеям гулять.Целовалися, миловалися,Потом стал он ко мне приставать.Обласкал меня красотой своейИ прижал меня к пылкой груди,Он прижал меня и взглянул в глазаЯ ждала будто смертной грозы...И проснулась я в том саду одна,Его не было уж у меня.И тогда–то я догадалася,Что измена мне тут и была.И пошла тогда в рестораны я,Чтоб запить свое горе, забыть;И искала я там изменщикаИ хотела за все отомстить.Долго, долго я там шаталася,Но его не могла я найти...И тогда–то я догадалася,Куда нужно мне было пойти.Я пошла в приют и легла в постельИ обдумала ночку одну,Ночкой лунною тою летнеюСын и дочь мне сыграли судьбу.Назвала я дочь Марианночкой,Сыну имя Володя дала;Дочь отправила в детский дом растиА я сына с собою взяла.Долго с девочкой не видаласяИ хотела ее повидать...Пока к ней–то я собиралася,Кто–то тихо стал в двери стучать.Я открыла дверь, что ж увидела:Раскрасавицу перед собой...Я ввела ее в свою комнатуИ спросила: «Вам нужно кого?»Прежде чем начать разговаривать,Нужно было друг друга узнать.Назвала себя Марианночка,И что ищет она свою мать.Марианночка стала спрашивать:«Мама, выйти я замуж хочу –Мой жених стоит тут за дверкою,Если хочешь, то я покажу.Разрешила мать жениха показать,Она быстро вбежала в крыльцо,Привела ко мне МарианночкаМне знакомое с детства лицо.Не стерпела я, громко вскрикнула,Как увидела мужа свово:«Марианночка, что ты сделала –Полюбила отца своего?»И безумная, и несчастная,Револьвер со стола я взяла,И в изменщика в сердце вольноеМоя пуля спокойно легла...В тот момент зашел сын Володенька –Я уж яду стакан налила...Под окном лежит Марианночка;Вот отец, вот и здесь буду я.Снес Володенька Марианночку,Чтобы рядом с отцом положить,Но и сам упал к ногам матери –Сиротою на свете не жить.Он зажег свечу и упал на стол,От которой и вспыхнул весь дом...И погибло там дело тайное,И погибла семья вчетвером.
Первый факт расскажу я вам,А не слышали, так могу и пропеть.Этот случай был в одном городе,Как отец мог детей своих жечь.В одном городе близ Саратова,А звать этот город Петров,Жила семья одна одинокая,Мать больна и бледна, словно воск,Долго мучилась та страдалицаИ спокинула весь белый свет,И оставила двух детей своих,И оставила свой последний завет:«Спокидаю вас, родны детушки,Трудно будет без мамы вам жить,Не умоют вас, не утешат вас,И придется раздетым ходить».Долго мучилась та страдалицаИ вздохнула она тяжело:«Спокидаю вас, родны деточки»,–И тем кончилось слово ее.Схоронил ее, одинокую,И отец для детей стал не свой.Он нашел себе жену новуюС лютым сердцем, коварной душой.Как не раз, не два говорила она:«Давай уничтожим детей –Печку вытопим и сожжем мы их,И будет нам жить веселей».Так и сделали, по словам ее,Мигом печку отец затопил.Завязал в мешок сына младшего,Мигом в печку его посадил.«Милый папочка,–сказала девочка,–Завяжи мне от страха глаза,Чтоб не видеть мне смерть ужасную.И проститься с тобой навсегда»,Завязал глаза милой девочкеИ хотел ее в печку бросать...Тут увидела родна бабушкаИ начала в окошко стучать.Ворвался народ, спасли девочку,А мальчишка уж мертвый лежал;И лицо его обгорелоеКо кошмарным людям призывал.Сестра родная над ним склониласяИ руками его обняла;Долго плакала над мальчишкоюИ отца проклинала она.Арестовали их обоих с красавицейИ в исправдом отвезли...Дали комнату им «уютную»,Вот и ждут там судебной поры.
КЛАДБИЩЕ МИТРОФАНЬЕВСКОЕВот сейчас, друзья, расскажу я вам,Этот случай был в прошлом году.Только, граждане, не мешайте мне,Я сейчас этот случай спою.Отец, мать и дочь жили весело,Но изменчива злая судьба:Надсмеялася над сироткою,Мать в сырую могилу легла.Отец дочь любил после матери.Но недолго была благодать,Он нашел себе жену новую:«Надя, Надя, вот новая мать».Неродная мать ненавиделаВосьмилетнюю крошку сперва,Но ничем ее не обидела,А задачу отцу задала:«Всей душой люблю тебя, миленький,Только жить мне с тобою не в мочь.Говорить тебе это совестно –Жить с тобою мешает мне дочь.Иль убей ее, иль в приют отдай,Только сделай все это скорей;А не сделаешь – я уйду тогда,И одна буду жить веселей».Мысль звериная пришла в голову,И не стал отец дочку любить.Но в приют отдать было совестноИ решил зверь–отец дочь убить.Пахло зеленью, холодок в тени,На могилку малютку стал звать.Не хотелося идти с папою,Но хотелось проведать ей мать.Пахло зеленью, духота кругом.Стала рвать цветы, венок плесть,Ей хотелось могилку убрать.Пахло зеленью, духота кругом.Вдруг отец: «Надя, Надя!» –стал звать.–«Ты иди, иди ко мне, милая,Я хочу тебе что–то сказать».Подошла к отцу бедна девочкаИ упала на грудь головой:«Папа, папочка, это мать моя,На могилку пришли мы с тобой».–«Ты, родная дочь, иди к матери,Ты мешаешь на свете мне жить;Пусть душа твоя горемычнаяВместе с мамой в могиле лежит».Лицо белое – испугалася...Он схватил и начал ее жать,Чтобы крик ее не услышали,И на помощь людей не дал звать.Засверкал тут нож у отца в руке,И послышался слабенький стон;И кровь алая по земле текла,И над трупом отец–зверь стоял.Зверь–отец такой ради женщиныСовершил он такую комедь.Поднялась рука свою дочь убить,Чужой женщине жертву отдать.