Чтение онлайн

– Жора, да ты сядь, как вспомнишь - скажешь.

И, кажется, это был Иванов, и Жора сразу всё вспомнил, но не так.

Потом он предательски заснул за столом. Отодвинул в сторону тарелку и положил голову на руки, а руки на стол. И настолько его развезло, что даже услышав слова Иванова («Зря мы Смирнова позвали»),не нашёл в себе сил ответить, а хотел.

– Знал бы, что вести себя не умеет, первым был бы против.

– Да ладно, всякое бывает. Как он, кстати?

– А чёрт его знает. Скрытный он какой-то. Вроде неженат, детей тоже нет. Где-то работает.

Человек с “болгаркой.

С некоторых пор Андрей стал чувствовать неприязнь к автомобилям «Лада» жёлтого цвета. На таком автомобиле ездил по объектам мастер Ярченко - молодой ушлый лгун, недавно закончивший ВУЗ. Он никогда не приезжал вовремя, всё время кормил «завтраками», ходил с сумкой-папкой под мышкой и, когда разговаривал, время от времени совершал руками движения, как будто хотел подтянуть спадавшие штаны через куртку.

Вот и теперь они сидели с Васей Аммалайненом возле недостроенного двухэтажного дома, курили, и Андрей, всё больше злясь, смотрел на дорогу своими грустными, похожими на глаза бассета хаунда глазами. А на ней уже два раза показывались «Лады» жёлтого цвета, проезжали мимо, но это был не Ярченко, обещавший приехать с авансом ещё два часа назад.

Продолжать вязать арматуру для будущего бассейна совсем не хотелось. Вася сосредоточенно и неторопливо грыз семечки, вынимая по одной из кармана брюк, лузга висела на краешке губ, но он этого не замечал.

– Хули, сидеть?
– Вася Аммалайнен подчёркнуто решительно сплюнул лузгу от семечек вперёд и встал.
– Сиди-не сиди, а работать надо.

Большой пузатый среднего роста - Вася обладал недюжинной силой. Уж насколько силён был Андрей, познавший спортивную всепобеждающую злость не только в секции по греко-римской борьбе, но и в Афгане, на голову выше, плечистый, с длинными огромными ручищами, в которых, кажется, мог уместиться средний арбуз, но и он не всегда справлялся с Васей. Но более всего удручало, что он не мог ничего поделать с Ярченко. Этот худосочный дрыщ всё время умудрялся выскальзывать, избегая крайне опасных для себя ситуаций, заговаривал зубы, юлил и дальше разговора на повышенных тонах дело не заходило. Лишь однажды, в самом начале, Андрей схватил его за воротник, приподнял так, что Ярченко встал на цыпочки, и, дыша на него только что выпитой водкой и сушёным кальмаром, процедил:

– Саша! Где деньги?

А следующим утром, протрезвевший, вышел на работу и считал, что его уволят. Ярченко, опоздавший, как обычно, отозвал Андрея в сторону и провёл профилактическую беседу. Андрей безропотно его выслушал. Извинился. Пообещал.

– Сука!
– горячился он вечером в «разливушке» перед Васей Аммалайненом.- Деньги нужны! А так бы - хуй! я здесь работал! за копейки! Ярченко!
– пидор желторотый!

Андрей распиливал «болгаркой» длинные стержни арматуры, размеченные мелом, и время от времени поглядывал на дорогу, на поворот с трассы к коттеджному посёлку.

Потом они снова сидели с Васей на больших, перевёрнутых кверху дном, жестяных банках из-под антисептика. Молчали. Андрей курил и, злясь и на себя тоже, смотрел на поворот с трассы.

В той жизни, которую вёл Андрей, всё время приходилось ждать - с самого детства. Все сейчас вспоминают советскую жизнь - так заебись тогда жилось, говорят, а у матери всё время не было денег. Как-то после школе Андрей зашёл с друзьями в «Детский мир», а там игрушечные автомобили завезли. Они стояли под стеклом витрины, красивые, разных цветов, с открывающимися дверцами. Ну, сколько они стоили? А мать сказала: «Вот на день рождения и купишь себе в подарок». А до дня рождения месяцы жизни. Один раз только было иначе, когда появился кубик Рубика. Андрей и не слышал о таком, а тут одноклассник принёс это чудо в школу - венгерский, фирменный. Это было очень круто, иметь кубик Рубика. Все тогда с ума посходили от него в один день. И вот где-то через несколько недель Андрей пришёл из школы, разделся, зашёл в большую комнату, а там мать сидит в кресле. Мать спрашивает: «Ничего не замечаешь». Андрей посмотрел вокруг, но ничего не увидел. А потом увидел на чёрно-белом телевизоре «Садко» ярко-синею коробочку, на которой был изображён кубик Рубика. Да не какой-нибудь советский, которые стали появляться в школе, а венгерский. Вот это была неожиданность. Никогда такое не забыть.

Андрей улыбнулся, посмотрел на поворачивающую в посёлок иномарку.

Две стороны кубика Рубика он собрал быстро, но в классе некоторые уже собирали четыре. Потом с невероятным трудом Андрей собрал три стороны. И всего один раз у него получилось собрать четыре. А в это время другие, живущие рядом, собирали все шесть. В журнале «Наука и жизнь» даже описывали, как собрать все шесть сторон, но Андрей, как не силился, не мог понять секрета. Он лишь с уважением смотрел на чемпионов, собирающих кубик Рубика за секунды.

– Чё-то не едет Ярченко,- сказал Вася и тяжело вздохнул.

– Заебал он,- бесцветно и спокойно выдохнул с табачным дымом Андрей.

Снова пошли работать. А потом опять на перекуре молчали, смотрели на поворот с трассы, думали - каждый о своём.

Андрей много лет занимался в секции греко-римской борьбы. Тренер в самом начале, посмотрев на него, сказал, что у него есть данные. Но Андрей никогда не блистал на ковре. Были, конечно, и победы. У кого их не было? Всё, чем бы не занимался Андрей в жизни, он не делал на «пятёрку» - не получалось. Были в классе отличники, были и двоечники: отличники получали свои «пятёрки», а двоечники отлично дрались, например, или играли в футбол на эту самую «пятёрку».

Тот же самый кубик Рубика собирал быстрее всех в классе молчаливый троечник по прозвищу Отец. Кто-то разбирался в мотоциклах, кто-то вкусно готовил, кто-то сладко целовался, кто-то красиво врал, кто-то был непотопляемым карьеристом, кто-то плодил детей, как кошки,- Андрей не знал, что он делает в жизни на «пять».

Перед армией Андрей прочитал в газете статью о парне из школы, на несколько лет старше, который воевал в Афгане. Парень говорил, что больше всего мечтал «за речкой» снова поудить с отцом рыбу на озере. А Андрей без двух «косяков» не мог пойти на задание, и не думал ни о чём таком там, хотя ему и хотелось думать о чём-то подобном. Однажды, когда ещё оба учились в школе, они с этим парнем оказались вместе на спортивной площадке, и тот на одних руках залез по длинной лестнице, высотой метров десять, на самый верх. А ещё он крутил «солнце» на турнике. И Андрей, вспоминая его интервью в газете, понимал, что, даже пройдя Афган, он не стал ему равным. Что-то в жизни нужно обязательно делать на «отлично», иначе всё бессмысленно.

– Вась, никогда не спрашивал, ты в 90-е, что делал?

– Работал на заводе. Женился, дочек родил.

– Вот в моём классе все такие. Ни одного олигарха, бандита или героя. Почему так?

– Ты в Афгане воевал, разве ты не герой?

Андрей покачал головой, он себя героем не чувствовал.

– Был у нас в школе парень - Олег Блинов. Бегал, прыгал, играл в футбол лучше всех, всё у него в спорте получалось. А теперь работает, семьи, правда, нет, выпивает.

– Не всем быть великими.

– Думаю всё, что время изменилось тогда, а мы, как наши родители, остались работать на заводах, типа, кому-то надо и это делать, одними акциями сыт не будешь. Вместо того, чтобы послать всё это. Мне иногда настолько никого не жаль, что ….

Андрей не договорил, бросил окурок под ноги. Вася тоже молчал, не забывая залезть в карман за очередной семечкой подсолнечника.

Ярченко так и не приехал.

– Саша! Что за пиздец! Ты же обещал! Где деньги?
– орал в трубку Вася, стоя на платформе в ожидании электрички.- У меня «бабок» завтра ехать нет!