Чтение онлайн

– На любовь я бы с вашей стороны не рассчитывала, но это может стать началом прекрасной дружбы. – Шахновская лукаво улыбнулась. Надо же, кокетничает!

– У меня нет привычки дружить с женщинами, – парировал Глеб.

– Значит, не будем дружить, а просто посотрудничаем, – опять улыбнулась Марьяна. Ее трудно было сбить с толку. – Ну все, ребята, мне пора. У меня дома семеро по лавкам и старушка-соседка, которая иногда мимо унитаза промахивается.

– Тебя подвезти? – предложила Таня.

– Нет. Я хочу зайти в канцелярский. И в обувной. Я вам через пару дней позвоню, Глеб. Или пошлю сообщение, и вы мне сами перезвоните. Хорошо?

– Хорошо.

– Ну тогда пока.

– Пока. Привет Коле и мальчикам.

И Марьяна ушла, впечатывая шаги в мостовые города маленькими ногами в удобных ботинках. Таня и Глеб стояли в молчании. Глеб явно размышлял, куда ехать – к себе или к ней. Наконец решился.

– Поехали к тебе.

– Нет, Глебушка, не сегодня. Я очень устала. Давай по домам.

Сегодня это означало: «Нет, дорогой, я тебе не щит, я не дам тебе развеять это странное ощущение предчувствия любви, что сейчас кружит тебе голову». Но вслух, как обычно, ничего не сказала.

– Ну ладно, – легко согласился Глеб.

Таня поцеловала его в холодную от ветра щеку и направилась в сторону маминого дома, где во дворе-колодце поджидала машина.

Дорога домой показалась короткой, быстрой. Уже поднимаясь по лестнице, Таня почувствовала, что в квартире кто-то есть. Гошка привел девушку! Мешать не стоит. Она открыла дверь своим ключом и свистнула собаку. Берта выскочила на лестницу и заколотила хвостом о входную дверь.

– Тихо, тихо, не шуми. Пошли гулять, дурочка моя.

Собака понеслась по ступенькам. Таня долго кружила по окрестным пустырям. Гошка заметит отсутствие Берты и Танин джип под окнами и сообразит, что к чему. Они с подружкой успеют привести себя в порядок. Гошка – мальчик влюбчивый. Таня привыкла. Тем более его последняя девушка, Маша, ей нравилась. Тане вообще все девушки сына нравились. Умеет выбирать. И отношения строить тоже умеет, так, чтобы оставаться друзьями, несмотря ни на что. Это у него от папы Валеры. Хороший мальчик.

Запиликал телефон.

– Мам! Хватит болтаться. Иди домой, ужин ждет. Машка поесть приготовила.

– Я не голодная, но если вкусно – поем.

Таня поднялась домой. Оказалось вкусно. Китайская еда уже усвоилась и провалилась куда-то, и простая жареная картошка с мясом пришлась как нельзя кстати. Еще Гоша купил пирожных со взбитыми сливками.

Таня пошла к себе в комнату. За окном густела осенняя тьма. Быстро. Как чай из пакетика в железнодорожном стакане. Таня легла на диван и закрыла глаза. Хорошо, что Глеба нет, никто не мешает.

…Она в первый раз пошла одна в лес в Купальскую ночь. Ровно через год после того, как ей встретилась незнакомка. Целую неделю ее неудержимо тянуло в лес по вечерам. Хотелось раздеться донага и бегать по лесу. Наконец в ночь на Ивана Купалу желание стало совершенно невыносимым. Таня решила: будь что будет. Даже если она сумасшедшая, то пусть! Она же никому не причинит вреда. Ну кому она, голая, в лесу помешает? А если что… бегает она быстро. Деревенским не догнать. А комары… Комары почему-то не кусали Таню, или она просто их не замечала, так волнующе прекрасна была ночь на Ивана Купалу. Таня до сих пор помнит, как это в первый раз – ее Купальская ночь.

Маленького Гошку она оставила на тетушку. Валера, который обещал приехать, остался в городе, что-то у него разладилось в машине, как потом рассказал, совершенно внезапно. Пришлось вернуться чуть не с полдороги. Тетке Таня наврала, что деревенские ребята звали ее посидеть у костра. Они вправду звали, только Татьяна ни с кем не хотела делить безумие летней ночи.

Таня долго шла вдоль кромки леса, пока под ногами не заструился холодный ручей. У ручья Таня приметила две сросшиеся березы. Она сняла платье и повесила его туда, где ствол раздваивался. Белая с коричневой пестринкой ткань слилась с корой и казалась частью ствола. Таня вошла в воду, ступни мгновенно занемели от холода. Потом пошла вверх по течению, в глубь леса. Ручей становился все глубже и глубже. У большого мшистого камня образовалась небольшая запруда, вода доходила Тане до бедер. Она окунулась. Просто села в воду, как в ванну. И мгновенно выскочила, обожженная холодом. Ручей леденили ключи, они били по берегам и со дна. Не зря его в деревне звали Студеный. Телу стало жарко, как после парной. Таня кошкой взлетела на камень. От камня куда-то в лес струилась тропинка. После ледяной воды тропинка, казалось, грела ноги.

Таня постояла минуту и побежала. Ноги понесли. Что, как, куда – она понять не могла, да и не пыталась. Всю ночь бегала по лесу по неведомым ранее тропам, отдыхала на траве, купалась в лесном ручье и росе, валялась на мягких мхах болота… Проснулась она с рассветом все у того же камня, где выскочила из ручья. Никогда и ни с кем, ни раньше, ни потом она не испытывала такого пьянящего счастья и такой умиротворенности, как в это утро. Лес и Купальская ночь бродили в крови, как вирус. Хотелось повторить, но понимала – нельзя. Купальская ночь в году одна. Таня спустилась в ручей. Почему-то он больше не казался ей холодным. Она окунулась с головой, легла на песчаное дно ручья, задержала дыхание. Вода была, как кровь, – часть Тани, и Таня – как часть ручья, леса, всего… Кажется, можно лежать на дне и не дышать целую вечность. Но неожиданно воздух кончился, и молодая женщина вынырнула, отфыркиваясь, как морж, тряся волосами, как мокрая собака. Потом встала во весь рост и медленно пошла по ручью вниз. У двух берез нашла спрятанное платье. Надела. Тело уже высохло, только капли воды еще падали с волос на шею.

Она шла по росистой траве в деревню. Деревня нагулялась, нашалилась, потушила Купальские костры, спала. Таня открыла калитку и вошла во двор бабы Зины. Скрипнула дверь, юркнула пестрая кошка. Таня обернулась. Хозяйка дома стояла у нее за спиной.

– Что, Танечка, хороша нынче Купальская ночь? – спросила она и сама себе ответила: – Купальская ночь всегда хороша!

Таня заметила, что на Зинаиде Никифоровне простое платье без пояса и волосы мокрые, как у Тани, не покрыты платком. А ноги босы. В руках женщина держала охапку различных трав.

– А цветок папоротника есть? – спросила Таня.

– А тебе зачем? Воровать, что ли, надумала?

– Нет, интересно просто. Есть ли такой?

– Все есть. Только мне он не больно нужен. Ну как, набегалась?

– Набегалась. А выходит, я и вправду ведьма.

– А то нет! Ведьмина кровь в Купалу ох как бурлит! Сама небось поняла?

– Поняла. Расскажите мне, как дальше-то.

– Расскажу. Но не сегодня, Танечка. Сегодня я тебе травки заветные покажу. Пойдем. А дальше все само узнается. Торопиться не надо, деточка.

Таня послушно пошла за бабой Зиной в дом. Скрипнули под ногами чистые крашеные доски пола. Таня присела на лежанку в углу. Хозяйка вышла в сени, где у нее висели копченые круги сыра из козьего молока. Было слышно, как она чем-то шуршит. Тане показалось, что на нее кто-то смотрит. Взгляд скользил по ногам откуда-то снизу. Таня нагнулась. Из-под печи мигали чьи-то круглые светящиеся глазки. Скрипнула дверь, зашла баба Зина с кругом сыра.

– А! Дедушко тебе показался! Домовой, – пояснила она, – иди, Танечка. Налей ему свежего молочка. Он тебя уважил, и ты его уважь.