Чтение онлайн

– Спасибо, - буркнула я, - какая изысканность.

– Поговори мне тут. Хех! Ты меня поражаешь, ребенок!

Я заткнулась на всякий случай. За последние дни мне уже не раз указали на мою дерзость, и я поняла, что мои современные манеры и смелые высказывания стали выходить за рамки приличия. Стоит держать язык за зубами, но как это бывает сложно современному человеку, привыкшему к свободе слова.

Баян подошел ко мне, взял за рукав, потряс, заглянул в глаза, а потом крутанул так, что я повернулась к нему спиной.

– Смотри-ка, кровь уже выступила. Тал Тал, что сидим?

Я вырвала свою руку и повернулась.

– Господин Баян, а вас тоже изгнали?

– Э-э-э, да я смотрю у тебя и вправду язык неправильно подвешен, тебе бы его отрезать…

На одну секунду перед глазами все стало красное. И я увидела ЕГО улыбку, и ЕГО глаза. Лицо Демона. Я испуганно отшатнулась и дернула головой.

– Нет, все хорошо… - промолвила я невпопад.

– Эй, да что с тобой? – растерянно спросил Баян.

– Друзья, сделаем так, вы выйдете на пять минут, а я перевяжу свою рану. А может вам удастся выбить себе еще одну комнату? – предложила я, чувствуя как кровь отлила от лица.

– Друзья? – ошарашено переспросил Баян.

Тал Тал покачал головой.

– Я имела в виду господа, простите.

– Пошли, дружок, - неожиданно согласился Баян, поманив за собой Тал Тала.

Они вышли. Я бросилась к двери и для надежности заперла ее на задвижку, хотя и не предполагала, чтобы они стали врываться ко мне. Все-таки они аристократы как никак.

Чтобы не занимать много времени, я скинула свои халаты, намочила тряпку вином с пряными травами и обильно смазала рану, затем туго перебинтовала ее и вновь оделась.

Потом пошла открыла дверь, но в коридоре никого не было. Я не знала стоит ли мне расхаживать по трактиру, поэтому просто решила вернуться в комнату. На всякий случай я выглянула в окно. Оно вело на задний двор. Внизу жарко горел костер, на котором готовилось ароматное мясо. А рядом на бревне сидели Тал Тал и Баян. Повернув головы друг к другу, они о чем-то беседовали. Какие они были разные. Взрывной и непосредственный Баян, сдержанный и задумчивый Тал Тал. А тем не менее их связывала крепкая нить, которая была сильнее всех различий.

Я решила их не беспокоить, выпила еще вина, потом воды, потом посмотрела на кровать. Она была всего одна, и непонятно было, кто же будет на ней спать, если нас трое. Неужто мне придется спать на полу, как и сказал трактирщик? А Баян тогда где? Или Баян уляжется на кровать, а Тал Тал тоже на пол, ведь он ниже по званию, чем его дядя, да и младше. А может они вдвоем будут ютится на постели, а мне, так и быть, предоставят пол в полное распоряжение?

Эти мысли так встревожили меня, что я решилась спросить у них. Конечно, был соблазн, пока никого нет взять и улечься спать самой, но после моего дерзкого поведения я не решалась на это. К тому же как бы там не было, а я находилась в компании двух взрослых мужиков в четырнадцатом веке в положении рабыни, кто знает, что придет им в голову. Да, они выглядят благородно, особенно Тал Тал. Но ведь порядки тогда были совсем другие. Да о чем я говорю, даже в наше время такое непозволительно. Скорее у средневековых мужчин из Монголии больше благородства, чем у современных.

Но лучше перебдить, как говорит Бобби Сингер из Сверхъестественного.

Я спустилась вниз и отправилась на задний двор, который эти два бравых воина не спешили покидать.

Они не заметили как я подошла. Поэтому я села рядом с Тал Талом, а потом, опомнившись, вскочила. Надо же разрешения спрашивать. Они тут же удивленно оглянулись на меня. Я запоздало поклонилась.

– Я тут хотел узнать, как мы размещаться будем, - опасаясь, что нас кто-то услышит, я решила говорить о себе в мужском роде. Хотя во дворе никого и не было.

– Ты лучше скажи, это правда, что ты спас этих мерзавцев Тан Ке Ши и Талахая от смерти? – протянул Баян.

Я вздохнула, бросив взгляд на Тал Тала.

– Нет, неправда, господин Баян, было бы от чего спасать, или родной отец и правда бы их убил?

– Мог бы и убить, - серьезно ответил Баян, - я с Эль-Тимуром всю степь прошел. Он был мои командиром с пятнадцати лет. И ему приходилось убивать и не в таких ситуациях, в гневе он никого не щадит.

– Сейчас же мир, - ответила я.

– Мира сейчас нет, - вмешался Тал Тал, - идет война за власть.

– Тогда надо это войну прекратить, - сказала я.

– Войну, говоришь, прекратить. Война - это единственное, что я знаю! – Баян ударил себя кулаком в грудь.

– Это и плохо, господин Баян, война – это путь обмана! Война – это искусство предательства, так говорят ученые мужи, разве нет? И разве это не сказано в предисловии к стратагемам войны, будь они неладны! – выпалила я, смотря прямо на Баяна.

– Тьфу! Про этих предисловий и ученых мужей вот с ним толкуй! – Баян указал на Тал Тала, встал и принялся нервно ходит вокруг костра.

Я взглянула на Тал Тала, переминаясь с ноги на ногу.

– Садись, - разрешил он.

Я уселась на некотором расстоянии.

– Господин Тал Тал, а почему господин Баян не женат?

Тал Тал повернул ко мне голову. Его лицо наполовину тонуло в темноте, и наполовину высвечивалось рыжим пламенем, отчего его точеный загнутый как у орла нос хищно высвечивался на фоне снега, в глазах блистали загадочные огоньки, на губах играла полуулыбка.

– Господин Баян говорит, что слишком разборчив в женщинах. На самом деле он фанатично предан своему делу. И не хочет, чтобы что-то отвлекало его, даже семья. Вся его жизнь - это поле боя, и слабостям там нет места. А семья это слабость.

– Но ведь у него есть вы.

– И что же? Это для него ничего не значит.

– Это неправда! Я же вижу, как он к вам относится. Нет человека преданнее, чем он. Только такие сердца и умеют любить. Только такие сильные сердца как у него. Он и правда любит вас.

– Те, кто холодны душой, не смогут познать радость, даже если их осенит милость Небес. Только те, у кого горячее сердце, способны изведать беспредельное счастье и вечную любовь, - как всегда Тал Тал знал, что ответить, - если это так, то господин Баян имеет горячее сердце.

– В точку, господин Тал Тал. Именно такое сердце у господина Баяна. Горячее и честное. Однако же я понимаю его как никто другой. Я тоже чураюсь людских отношений. Братская любовь – это то, что я понимаю под истинной любовью. Любовь мужчины и женщины так непостоянна и опорочена, что я перестала верить в это. По крайней мере мое сердце столь требовательно, что наверно никого не способно полюбить.

– Тогда значит, вы не из любви спасли Тан Ке Ши?

– Что из любви? – рассмеялась я, - хотите сказать, что я влюблена в него что ли? И это после того, как он пару раз пытался меня убить?