Чтение онлайн

Граф тоже вздохнул. Тяжко так… Мне показалось, что он хочет возразить.

И я решительно добавила, пока он ничего не успел ответить:

– Только пообещайте, что вы не будете меня домогаться!

Я старалась, чтобы голос прозвучал смело и строго. Но, судя по всему, получилось не очень.

Даже в полумраке я разглядела очередную язвительную ухмылочку на лице графа – такое чувство, что я сама ему только что подкинула нехорошую идею, о которой он и не помышлял. Ой, Машка, Машка!

– Боюсь, я не могу давать таких опрометчивых обещаний, кара Маша… – насмешливо протянул граф. – Я всегда серьёзно отношусь к тому, что говорю. А рядом с такой юной и привлекательной особой я однажды могу пожалеть о том, что пообещал…

– Да хватит уже паясничать! – я снова разозлилась и даже ногой притопнула. Вот сейчас договориться – оставлю тут одного, и пусть себе спит, свернувшись буквой зю. – Ведете себя как мальчишка! А ещё граф, называется…

– Ладно, – неожиданно мягко и спокойно произнес сир Айр и даже кивнул, – обещаю, что не буду вас домогаться… этой ночью.

Я только фыркнула – всё равно по-своему вывернул. Да и чёрт с ним. Пока и так сойдет.

– Вот и отлично, – буркнула я. – Тогда идёмте!

Я развернулась и быстренько юркнула обратно в спальню. Сир Айр пришёл следом, невозмутимо улёгся на другой половине кровати.

Я на мгновение затаила дыхание, но граф себя вёл хорошо, как и обещал.

Может, я вообще зря эту тему подняла? Может, он и не рассматривал меня в качестве…

– Доброй ночи! – раздалось в тишине.

И я судорожно втянула воздух, откликаясь эхом:

– Доброй ночи!

Наконец-то успокоившись, я закрыла глаза, собираясь уснуть.

И тут так не вовремя меня озарило. Прямо инсайт шандарахнул, и прямо по голове.

– Ой, – я аж подскочила, – а вы же сказали, не будете приставать «этой ночью»… Но ведь скоро утро… А утром-то, получается, уже можно…

Граф Айр повернулся на другой бок, ко мне лицом, и сонно проворчал:

– Кара Маша, угомонитесь вы уже! И не занимайтесь буквоедством! Не надо искать подвох там, где его нет. Я вам пообещал, значит, вы можете спать себе мирно и спокойно, – он сладко зевнул и добавил совсем уже невнятно: – Я своё слово держу. Для драконов обещания это священное и нерушимое…

Для кого? Я, может, не то услышала? Это он о чём, вообще? Что за странная фигура речи?

Я хотела переспросить, что он имел в виду.

Но граф уже засопел благостно, как младенец.

А вот меня, похоже, теперь ждала бессонная ночь. До утра буду думу думать.

И считать сегодня я буду явно не овец, а кого-то куда страшнее и зубастее.

***

Сир Айр

Эта безумная ночь показалась мне бесконечной. Бесконечной пыткой.

Я ведь ещё не знал, что мне готовит коварное утро.

Трудный день перешёл в сложный вечер, который сменился в свою очередь тяжёлой ночью… Логично было предположить, что утро будет не слаще.

Начинаю подозревать, что теперь вся моя жизнь станет вот такой… весёлой.

Видно, обнаружить в своём кабинете Нездешнюю это к значительным переменам в судьбе.

Хотя… мою жизнь и раньше нельзя было назвать спокойной, но она была как-то… предсказуема, что ли, подчинялась моим планам.

Но эта девица… эта невозможная девица…

Мало того, что она меня ошеломила своим появлением в моём кабинете, а после добила своим признанием о том, что явилась из другого мира. Так ещё и спать мне не давала полночи, то переживая о приличиях, то о моём удобстве, то о собственной чести.

Эта девица сведёт с ума кого угодно!

В самом прямом смысле, а вовсе не в том, что обычно иносказательно имеется в виду под этой фразой. Хотя… наверное, и в этом тоже.

Всё-таки она очаровательная, пусть и очень необычная, странноватая даже.

Забавная, да. На неё невозможно смотреть без улыбки. И, наверное, в этом и заключается её притягательность, женская прелесть.

Короткие, растрёпанные, цветные волосы, полное отсутствие причёски как таковой… Наши женщины такого себе не позволяют. Но это её не портит, скорее умиляет.

А ещё она такая маленькая, щуплая, как дитя, но при этом отчаянно пытается казаться значительной и грозной. А как топает ножкой! Давно я так не веселился.

Она, конечно, совершенно не в моём вкусе, но что-то в ней есть…

Может, это её дерзость так заводит?

Вообще, мне всегда нравились высокие, грациозные, с женственными формами, тёмными локонами и.. спокойным нравом. А кара Маша – полная противоположность тому романтичному образу, что мне близок.

Впрочем, у неё изящные руки, плечи и шея. И грудь красивая. Хоть и маленькая, но красивая. Бесстыдное розовое платье с глубоким вырезом позволяло оценить фигуру, приоткрывая небольшие упругие холмики, проступавшие сквозь тонкую ткань.

Я невольно подумал, что её грудь легко можно накрыть ладонью, как раз уместится точно в руке. И на её гладкую, непривычно смуглую кожу я тоже загляделся неосторожно. Захотелось дотронуться и ощутить, такая ли она шелковистая, как кажется…

Поймав себя на этом желании, поразился собственной несдержанности. Должно быть, это от усталости. Обычно я не теряю голову даже рядом с очень красивыми женщинами. Но эта смешная девчонка едва не усыпила мою бдительность.

Да, в этот вечер всё пошло кувырком.

Нет, разумеется, ей нечего было опасаться, я никогда бы не посмел воспользоваться сложным положением женщины. А теперь, узнав правду, я понимал, что кара Маша оказалась в очень непростой ситуации: одна, в чужом мире, без знаний, без средств к существованию, без крыши над головой, без родных или покровителей.

Она нуждалась в помощи, но отчего-то не спешила её попросить. Хорошо, что согласилась хотя бы разделить со мной ужин и остаться на ночь в моём доме.

Конечно, она хотела остаться не в моей постели. И, наверное, я действительно мог бы найти ей комнату...

Всего-то и нужно было позвать Джердана, чтобы тот обустроил нашу гостью со всеми удобствами. И ничего, что на улице глубокая ночь – раз уж он днём не удосужился об этом позаботиться, пусть бы побегал сейчас.

Кстати, это было бы отличное наказание для нерасторопного управляющего за то, как он поступил с бедной девочкой. Это ж надо на целый день посадить под замок и напрочь об этом забыть! Он у меня точно взбучку получит.