Чтение онлайн

Растрепанный, бледный, он остановился посреди комнаты, обвел нас взглядом и хрипло выдохнул:

— Тина пропала.

Глава 23

Я видела отца всяким — внимательным, заботливым, любящим, ироничным, строгим. Но сейчас он как никогда напоминал того лорда Эвераша, что встретился мне на деревенском постоялом дворе. Сурового, жесткого, уверенного в своих действиях высшего.

Прошел лишь миг — и острое отчаяние сменилось сосредоточенностью и решимостью, за которыми скрывалась холодная, звенящая ярость.

Еще несколько мгновений понадобилось, чтобы коротко и четко сообщить нам, что случилось.

Они уже собирались возвращаться в Хуспур, и мама поднялась в свою комнату переодеться. Через полчаса удивленный ее долгим отсутствием Кронерд отправился следом.

— Служанка лежала на полу без сознания. Тины не было. Я поймал остаточный след теневой тропы, но куда она ведет и кто ее открыл, проследить не удалось. Поисковое заклинание не пробилось сквозь сильные защитные чары. Когда Уна пришла в себя, ничего к тому, что я уже понял или почувствовал, добавить не смогла. Все произошло очень быстро, и нападавшего она не заметила. Ясно одно, это высший, и, когда я узнаю, кто он, убью, — скрипнул зубами отец, заканчивая рассказ.

А потом он начал действовать. Вернее, не только он — все Эвераши.

Дивен отправил уведомление в совет о похищении матери наследницы рода.

Ранглот, властью и правом арха, инициировал официальное расследование, затребовал в имение группу лучших магов-дознавателей и вызвал туда же лорда Воддора. Именно его семья специализировался на защитных и поисковых чарах.

Отец тем временем связывался со своими личными помощниками и со всеми фамильярами, выясняя, где находятся сейчас их алхоры.

А я... Я послала вестника Айтону. Это все, что я могла пока сделать.

Он пришел почти сразу же. Обнял, прижал к себе крепко-крепко, поглаживая мою подрагивающую спину, потом отстранился, заглянул в глаза, молча обещая сделать все возможное, и отошел к мужчинам. И мне, пусть немного, но стало легче.

Все вместе мы перешли в имение. Правда, поначалу меня попробовали оставить в башне, но я категорически воспротивилась.

— Запереть меня у вас не получится. Остановить тоже. Не возьмете с собой, сама пойду.

Я упрямо сжала губы.

Высшие тоскливо переглянулись, а Дивен поморщился и поднял глаза к потолку.

— Женщина-алхор... Наказание сахтарово, — пробормотал он вполголоса.

Больше отговаривать не пытались. Лишь Айтон приказал требовательно:

— От меня ни на шаг.

Дознаватели, которым отец дал допуск в имение, были уже на месте. Лорд Воддор в сопровождении нескольких членов совета, пришел практически одновременно с нами. Хмурый, немногословный алхор мастерски владел своим даром. Он довольно быстро снял чары, распутал теневой след и определил, кто его оставил.

— Серкус Тэйн, — повернулся Воддор к Эверашам, и стоящий рядом со мной Айтон резко выдохнул.

Серкус. Опять. Будь он проклят.

— Куда ведет тропа? — сжал кулаки отец.

Было заметно, что он еле сдерживается. На виске бешено пульсировала жилка, губы побелели, а его тьма выплескивалась наружу все новыми и новыми угрожающе мрачными тенями.

— В родовую башню. Дальше отследить не удалось. Сам знаешь, без разрешения хозяина попасть туда невозможно.

— Знаю, — процедил Кронерд. — Считай, разрешение уже есть. Если Тэйн откажет, значит, его дадут архи. Верно, лорд Калнан?

Отец обернулся к главе совета, который пришел вместе с Воддором.

— Санкционировать взлом защиты одной из родовых башен? — побледнел глава. — Для этого нужны очень убедительные основания.

— Похищение моей невесты — более, чем веская причина.

— Безусловно, — не решился спорить Калнан. Слишком уж гневно сверкали глаза Кронерда. — Но вдруг это какая-то ошибка. Недоразумение. Давайте прежде все-таки поговорим с самим лордом Тэйном. Сейчас я с ним свяжусь...

Вызов за вызовом уходил в пустоту и тут же возвращался ни с чем. Понадобилось совсем немного времени, чтобы понять, Серкус нам не ответит. Но это оказались еще не все новости — фамильяр Тэйна-старшего тоже исчез. Из питомника примчался встревоженный Хвич с известием, что Лус не просто пропал — они перестали чувствовать собрата. А еще через пару мгновений Мишь притащил Ройстана.

Тот уже был в курсе происшедшего и немедленно дал доступ в башню. Мы попытались пройти и... не смогли. Все, включая самого Ройса.

— Отец закрыл вход личной печатью, — произнес он ошарашенно.

— Взламывайте, — отец требовательно взглянул на Калнана.

— Но.... — все еще пытался увильнуть лорд.

— Если совет будет препятствовать поискам, я отзову фамильяров, — отчеканил отец. — Всех до единого. Вы знаете, я могу это сделать.

Да, он мог.

Хозяин, при необходимости, имел право забрать фамильяра у любого высшего и даже разорвать их связь, но происходило это только в самом крайнем случае. После долгих и тщательных разбирательств. Хозяева веками верой и правдой служили Лагору и понимали, в чем состоит их долг перед страной и остальными алхорами. Усиливать, а не ослаблять. Соединять, а не разделять. Так что угроза отца была беспрецедентной. И не факт, что фамильяры ему простят. Подчинятся, да. Но не забудут. Как подчинились в свое время Дивену, который запретил говорить Неду о его Иль. Повиновались, а потом отлучили его самого от силы, передав звание Хозяина Кронерду.

Отец понимал, на что идет, и все-таки не колебался ни мгновения. Я видела это по его лицу.

— Ты не посмеешь... — потрясенно отшатнулся глава.

— Посмею. Чтобы спасти свою пару, я пойду на любые меры. Не сомневайтесь.

На миг в комнате повисла оглушительная тишина. А потом лорд Калнан склонил голову. Больше он не возражал.

Защиту родовой башни Тэйнов взламывали архи, на заключительном этапе к ним присоединился Ройстан. Через час все было закончено. Но мы рано радовались — в башне ни Серкуса, ни мамы не оказалось. А встревоженный Ройстан сообщил, что его сестра тоже не отвечает на зов.

Все попытки обнаружить хоть какой-то след Тэйна-старшего, мамы или Верены провалились. Портал тоже обнаружить не удалось. Если его и открывали, остаточный шлейф уже успел развеяться.

Отец, Хвич и Мишь вновь попробовали связаться с Лусом, но фамильяр не откликался.

А время шло, утекало сквозь пальцы, и каждый миг мог стоить маме жизни.

И когда мое отчаяние почти достигло предела, я вспомнила о зеркале Ларуит.

Бывшая Хозяйка обещала, что артефакт проснется, когда мои близкие попадут в беду. А то, что маме сейчас угрожает опасность, я не сомневалась.

Переход в питомник.

Быстрый бег по пещерам.

Коридор. Поворот. Узкий длинный лаз.

А вот и комната Ларуит.

Мгновения, что я провела напротив безжизненного темного артефакта — просила, уговаривала, заклинала, срываясь на хрип, глотая слезы, — показались мне вечностью.

Наконец зеркальная гладь заволновалась, покрылась рябью, а потом прояснилась, показав широкую подъездную аллею, лестницу, белоснежные колонны у входа, дубовую дверь, маленькое круглое окно с цветными витражами.