Чтение онлайн

Айтон улыбался, нахально подглядывая за мной из-под опущенных ресниц.

Нет, он, конечно, делал вид, что совсем-совсем не смотрит, как я и просила. Но его выдавала улыбка — довольная, сияющая, чуть лукавая

И под этим его искушающим взглядом я спешно натягивала на себя платье. Путаясь в завязках, петлях и невольно краснея от откровенных, жарких мыслей, что сейчас приходили в голову.

Да, хоть это и звучит совершенно невероятно, я до сих пор не разучилась краснеть в присутствии мужа.

А ведь он прекрасно знал, чем обычно заканчиваются подобные сцены: мое платье летит в одну, его одежда — в другую, а мы снова оказываемся в кровати. Или на диване. На столе. На подоконнике. В его любимом душе, вдвоем. Где угодно, только не на заседании совета.

Совет…

Хыг побери, сегодняшнего отсутствия нам точно не простят. А ведь еще в башню надо успеть заскочить. Со всеми пообщаться. Всех выслушать. Помирить. Еще раз помирить. Расцеловать.

— Айт! Ты же обещал не шпионить.

Сердито отвернулась.

— Ну, прости, найтири... Прости.

Веселый смех, в котором не было ни капли раскаяния, стремительные шаги, и твердые ладони уверенно легли мне на талию, а шеи коснулись жадные губы. Выгнулась в сильных руках, запрокидывая голову, мягко потерлась бедрами. Дыхание мужа тут же потяжелело. Он шумно втянул воздух сквозь стиснутые зубы, и это немного отрезвило.

— Айт… Совет… Забыл?

— Забудешь тут.

На мгновение меня теснее прижали к горячему телу, недвусмысленно демонстрируя всю силу желания, а потом развернули лицом к открытому окну. К солнцу. Свету. Улыбке Айтона.

— Давай помогу.

Его пальцы нарочито медленно начали застегивать пуговички на лифе, успевая нежно поглаживать обнаженную кожу, затем, словно ненароком, коснулись груди, и я не сдержала стона.

Нет, это Сахтар знает, что такое.

Муж тут же остановился.

— Давай никуда не пойдем, лисенок? Как-нибудь обойдутся и без нас. Закроемся на сто тысяч магических замков, снимем все эти тряпки и прикажем не тревожить нас, как минимум… часов десять. В душ вместе сходим для начала, м-м-м? — хрипло шепнул он.

А я…

Я замерла.

«…никуда не пойдем… сто тысяч замков… прикажем не тревожить» — эхом отдавалось в голове, пробуждая почти забытые горькие воспоминания.

— Что случилось, Лис? — напрягся Айтон, как всегда моментально считывая мои эмоции и настроение.

— Я уже видела эту сцену. Давным-давно, во сне. Эта же спальня… Утро… Ты подглядывал, а я ворчала, а потом мы решили никуда не ходить, спрятаться ото всех и попросить Хвича кормить нас, а он…

— Р-р-р, — раздалось снаружи негодующее.

— А он вот так же на нас рычал и мял цветы... Хвич, — я вывернулась из рук мужа и шагнула к окну. — Оставь, наконец, многострадальную клумбу в покое. Бедный Юир вчера чуть не плакал.

В ответ горгул гневно засопел, но все же отступил на песчаную дорожку.

— Поторопитесь! — мстительно громыхнул он оттуда. На окнах тоненько звякнули стекла, а недотоптанные цветы испуганно поникли.

Все, точно отдам этого проныру садовнику в добровольные помощники. Пусть перевоспитывается.

Погрозила фамильяру пальцем и развернулась к мужу, торопливо застегивая оставшиеся пуговицы.

— Закончилась наша увольнительная.

— Да, пора...

Хуспур встретил нас тишиной, что казалось почти невероятным. Прежде тихая и пустая башня в последние годы стала какой-то уж очень густонаселенной. Люди, маги, фамильяры… Не родовая твердыня, а проходной двор.

— А где все?

Айтон так же удивленно озирался по сторонам.

— В Лафуре? — предположила я, пожав плечами.

В свое время Эвераши и Нетгарды так и не сумели договориться о том, где мы с Айтоном поселимся, и объединили башни постоянным стационарным переходом, так что теперь обе семьи жили на два дома.

— Или в главной оранжерее, — выдвинул свою версию муж. — Пойдем, посмотрим.

Айтон оказался прав. Оранжерея встретила нас топотом, возбужденными воплями и воинственным возгласом:

— Сдавайтесь, презренные… — говоривший на миг замялся, подбирая слова, а потом уверенно закончил: — В общем, сдавайтесь все.

Мы с Айтом переглянулись, расплылись в улыбках и дружно нырнули в заросли сирени, окружавшей небольшую полянку. Осторожно раздвинули ветки…

— Лант, Дар, Тор, Ния, — тихо перечислил муж. — Все здесь.

Я только кивнула.

Наши близнецы, Эртор и Элвиния, появились на свет шесть лет назад, через год после рождения моего младшего брата Каланта. А еще через два месяца Илмаста, жена Рика Харта — очаровательная добродушная хохотушка, подарила супругу сына Надара.

Эти четверо всегда и везде были вместе, особенно, когда Дар с родителями приезжали нас навестить. Сообща безобразничали, сообща терпеливо и честно расплачивались за свои проделки. Причем, верховодила в команде единственная девочка, моя непоседливая рыжеволосая Ния. Будущая Хозяйка.

Я втайне надеялась, что тьма изменит свой выбор и сделает брата носителем родовой магии. Увы, Калант родился сильным высшим, но не наследником, чему отец с мамой, кстати, только обрадовались. А когда у Элвинии в два года проявился семейный дар Эверашей, я поняла: в Лагоре наступила эра Хозяек. На нас с Айтоном сразу же посыпались «выгодные» предложения о помолвке, но мы оказались единодушны. Подрастет, станет алхором — выберет сама, хватит с нас обоих обязательных обручений в детстве. Невесту Эртору тоже пока не спешили подыскивать.

Зная характер дочери, могу сказать, страну ждут серьезные изменения, даже катаклизмы. Недаром, Ларуит так нежно любит малышку и общается с ней чаще, чем со мной. Мне уже заранее жалко совет и привыкших к относительно спокойной жизни архов.

Вот и сейчас Ния и не подумала подчиняться властному требованию брата.

— Сам сдавайся, — вздернула она подбородок. Шагнула вперед, и под ноги Тору бросился отчаянно шипящий клубок шерсти.

— Так не честно, — возмущенно запыхтел сын. — Я ведь не могу вызвать своего фамильяра, его из питомника не выпускают.