Чтение онлайн

Но, верилось с трудом, что он способен и бояться. В воображении Вити страх как-то тоже не ложился на это лицо.

Единственная эмоция, которая на нём могла возникнуть – ярость. И неважно – от боли или угрозы смерти – офицера «Чёрного солнца» это всё лишь только взбесит.

Офицер прошёл мимо своих солдат, не удостоив никого взглядом. Теперь во все стороны от него шарахались полицаи.

Один из них заискивающе пролебезил:

– Взяли тёплым. Как велели, герр капитан.

И подобострастно указал на беглеца, согнувшись в подобие поклона.

Офицер остановился и посмотрел в упор на полицая – всего один миг – затем перевёл холодный взгляд на Бородача.

Того, как будто бы перехлестнуло.

Свирепо исказившись, Бородач метнулся к полицаю, и буквально сдёрнул с места за плечо. Оттащив его подальше, он прошипел, страшно выкатив глаза:

– Не называть ни герр, ни капитан! Обращаться только «господин Фарбаутр»!

Полицай испуганно закивал мелко-мелко. Бородач же с силой оттолкнул его от себя и суетливо кинулся к офицеру.

Фарбаутр так и стоял на месте, глядя вперёд. Бородачу пришлось быстро обогнуть офицера, чтоб оказаться перед его очами. Фарбаутр не шевельнулся, не повёл головой. Лишь чуть сместил зрачки, чтоб взять Бородача в поле зрения.

– Кто дал себя обнаружить? – произнёс он, вдруг, на чистом русском языке, спокойно, ясно и ровно. – Из-за кого сорвалась слежка?

У Бородача нервно дёрнулся кадык. Прерывисто дыша, командир полицаев метнул взгляд по сторонам, и кивнул на тело Репки, которое так и лежало, свернувшись в зародыш.

– Захар перестарался, господин Фарбаутр… – Бородач жалко и нелепо улыбнулся. – Наказать сильнее уж не выйдет…

Фарбаутр молча вытянул раскрытую ладонь, ожидая, как Бородач туда что-то положит.

Бородач судорожно сглотнул, глядя на ладонь в чёрной перчатке и неловко отступил назад.

– Он пустой, господин Фарбаутр – раздался его лепет. – Обыскали… Ничего при нём нету…

Фарбаутр опустил ладонь и подошёл к беглецу, встав напротив. Пленник по-прежнему был на коленях, и Фарбаутру это нравилось более чем. В глазах его мелькнуло даже нечто, мимолётно похожее на удовлетворение.

Бородач, оставшийся сзади, облегчённо вытер лоб.

Фарбаутр и беглец смотрели друг на друга. Первый – без малейшего выражения на лице. Второй – всё так же, со светлым, наивным любопытством, хотя и едва держался прямо.

– Где оно? – металлически чётко произнёс Фарбаутр.

Беглец в притворном удивлении вскинул брови.

– Э… Простите? Я мысли читать не умею.

У офицера, будто сами по себе, перекатились желваки по скулам.

– Твоё оружие – без эмоций сказал он.

– Аааа, бомбы – широко заулыбался беглец, и небрежно кивнул на воронки и разгром повсюду. – Так кончились. Я думал, понятно. Иначе б не дался.

Фарбаутр чуть повернул голову. Бородач за его спиной тут же кинулся вперёд и – услужливо замер, увидев, как капитан шевельнул опущенным стеком.

– Показать мне осколки! – велел ему Фарбаутр.

Бородач оглянулся назад – на полицая возле ближайшей воронки. Тот живо обшарил глазами дымящуюся яму, затем – метнул взгляд на еловый ствол возле неё.

– А осколков нету… – выдохнул он.

– Осмотрите вокруг там, дальше! – крикнул Бородач вглубь леса.

Десятки разрозненных фигурок принялись изучать кору сосен, лип, берёз и елей.

– Чисто! – откликнулся через пару секунд первый голос.

– Ни одной посечки на стволах! – подтвердил другой.

Солдаты тоже гортанно лопотали меж собой, кивая на древесину. Бородач повернулся к Фарбаутру, и кивнул ему на беглеца.

– Может, динамитом шарахал?

Беглец усмехнулся, как над слабоумным, и помассировал раненное бедро. Фарбаутр вновь смотрел на него сверху.

– Что это было? – прозвучал его холодный голос.

– Господин военный! – дурашливо воскликнул беглец.

Фарбаутр молча ждал ответа. Беглец столь же потешно, с нарочитой важностью переменился в лице, убрав ухмылку.

– Да ну, серьёзно? – с деланным изумлением понизив голос, спросил он. – Даже полицай ваш знает про безоболочную взрывчатку. А вы что, в училище не проходили?

Фарбаутр смерил его взглядом и скомандовал в пустоту:

– Ищите.

Полицаи, разом вздрогнув, поспешно кинулись во все стороны, растерянно озираясь на Бородача. Один из них сдавленно просипел ему:

– Чего искать-то…? На что оно, хоть, похоже?

И Витя машинально посмотрел на палочку. От её рукояти мышиным хвостиком тянулся обрывок джутовой нити. В мозгу пульсировало с отчаянием и болью: беглеца не спасти! Одно движение, лёгкий шорох – и папоротниковые листья изрешетят десятком пуль.

Ещё хуже, если найдут его грибные корзины! И уж тогда обыщут каждый куст, и не поверят, что Витя тут оказался случайно.

«Пусть уж хотя бы палочку не получат!» – Витя сунул её под пласт земли. Глянул на полицаев.

Те усердно топтались меж деревьев, где шуршали опавшей листвой. Судя по негромким репликам, расчёт весь делался на то, что искомый предмет будет сразу заметен среди веток, шишек и травы.

Из глубины леса к Бородачу примчался ещё один полицай. У Вити всё внутри всколыхнулось – это был Шнурок, с потрёпанной телогрейкой в руках.

– У ручья её сбросил! – ухмыльнулся он на беглеца – В ней тоже, правда, пусто.

Бородач вырвал у Шнурка телогрейку и мотнул головой, указывая обратно в лесную чащу.

– Давай, веди сюда телеги. Вон, покалеченных сколько! – обвёл широким взором лежащие тут и там, неподвижные, тёмные тела.

Шнурок раздражённо скрипнул зубами, но тем не менее, со всех ног снова бросился в лес. Бородач же пошёл к капитану, выворачивая карманы телогрейки на ходу.

– Документов нету, господин Фарбаутр – доложил он.

Фарбаутр стоял неподвижно и буравил беглеца ястребиным взглядом.

– Последний шанс избежать боли – голос его лишён был всяких чувств и интонаций. – Что это такое?