Чтение онлайн

Мы говорили о томъ, что въ соціалъ-демократическомъ государств правителями будутъ въ лучшемъ случа интеллигенты, хотя бы и вышедшіе изъ рядовъ рабочихъ. Мы знаемъ, какъ усердно служитъ интеллигенція современному государству. Съ какими ужасами встртимся мы, когда она будетъ служить "своему" государству, да еще какому государству — занятому, наряду съ общественными длами, производствомъ и распредленіемъ продуктовъ. При этомъ условіи государство получило бы невроятную силу. Передъ гражданами во весь ростъ всталъ бы мощнйшій изъ мыслимыхъ трестовъ.

Въ этомъ государств властные люди будутъ руководиться своимъ обычнымъ девизомъ "раздляй и властвуй", что очень не трудно, разъ только дохода будутъ не равными. Они укрпятъ свою власть и послдняя, какъ всегда и везд, дастъ людямъ только униженіе, только страданія. Неудивительно, что Л. Н. Толстой, смшивая соціализмъ съ соціалъ-демократизмомъ, говорилъ о "неосуществимомъ, ужасающемъ по своему деспотизму и удивительномъ по своему легкомыслію ученіи соціализма". Какъ антигосударственникъ, онъ съ ужасомъ смотрлъ на стремленіе расширить власть такого вреднаго учрежденія, какъ государство. А власть въ соціалъ-демократическомъ государств не можетъ не усилиться. "Соціализмъ, — говорилъ Р. Штамлеръ, — долженъ не только сохранить юридическое принужденіе, но, по всмъ вроятіямъ, будетъ вынужденъ значительно усилить его въ нкоторые переходные моменты, а во многихъ отношеніяхъ и укрпить".

Въ соціалъ-демократическомъ государств производство пищевыхъ продуктовъ, одежды, жилищъ и пр. и пр. сосредоточится въ рукахъ хотя бы и выбираемыхъ правителей. И понятно, что государство можетъ организовать свою государственно-принудительную систему хозяйства и благотворительности только вреднымъ и при томъ унизительнымъ для подвластныхъ способомъ.

Для того, чтобы отказаться отъ государства, достаточно вспомнить, что оно явилось какъ слдствіе насилія надъ людьми, что оно представляетъ изъ себя цлый рядъ институтовъ постоянно длящагося, постоянно тяготющаго надъ людьми насилія, что оно немыслимо безъ принужденія.

Анархисты-коммунисты не знаютъ значимыхъ доводовъ въ пользу того положенія, что государство необходимо для существованія человчества.

Они утверждаютъ дале, что такихъ доводовъ нтъ и не можетъ быть…

Борясь съ современнымъ общественнымъ строемъ, они борятся не только за уничтоженіе института собственности на средства производства и потребленія, но и за уничтоженіе государства. Ихъ задача можетъ быть выражена словами П. Л. Лаврова — "боевой крикъ рабочаго соціализма заключается, какъ извстно, въ двухъ формулахъ: прекращеніе эксплуатаціи человка человкомъ, прекращеніе управленія человка человкомъ".

Государство отнюдь не явилось слдствіемъ саморазвитія общества. Государство явилось слдствіемъ насилія людей надъ людьми и проявленіемъ такого насилія. Поэтому-то анархисты считаютъ его вреднымъ учрежденіемъ и стремятся къ его уничтоженію.

Въ анархическомъ обществ не можетъ быть и тни принудительной власти. Во истину правъ былъ Тэкеръ, когда писалъ, что "анархія можетъ быть опредлена, какъ принципъ, гласящій, что одно правительство столько же дурно, сколько и другое или даже хуже".

Противъ анархическаго строя имется только одно возраженіе, а именно — анархія не выгодна для эксплуататоровъ и угнетателей. Но вдь только для этихъ господъ и иметъ какую либо цнность такое возраженіе по адресу анархистовъ. А дале, "что, въ самомъ дл, спрашиваетъ Ж. Гравъ, — возразить людямъ, которые доказываютъ, что, если вы хотите, чтобы наши дла шли хорошо, вы должны длать ихъ сами и не давать на это полномочій другимъ? Въ чемъ можно упрекнуть людей, которые говорятъ, что, если вы хотите быть свободными, то вы ііе должны никому поручать управлять собою?"

Государство начало переживать періодъ упадка. Государственный періодъ въ жизни народовъ, это — дтское платье, изъ котораго выростаетъ уже человчество ХХ-го вка.

Соціалъ-демократы хотятъ обновить этотъ отживающій институтъ, но они не въ силахъ уничтожить того тлнія, которое "хватило его и той заразы, которая отъ него исходитъ.

Государство, это — цпи. Добрая воля объединяетъ людей, объединяетъ ихъ біологическая, экономическая и моральная потребность въ общеніи. Цпи же длаютъ изъ скованныхъ людей враговъ. Он обезличиваютъ людей, такъ какъ лишаютъ ихъ свободы. Приведемъ здсь слова Ибсена — "государство — проклятье для индивидуума (личности). Какой цной пріобртена сила прусскаго государства? Цною растворенія отдльной личности въ политическомъ и географическомъ понятіи. Кельнеръ (лакей) — лучшій солдатъ. Долой государство! Въ такой революціи я приму участіе. Пусть будетъ похоронено самое понятіе государства, пусть только добрая воля и духовное сродство будетъ ршающими моментами въ объединеніи людей. Такъ будетъ положено начало свободы, имющей какую нибудь цнность".

Мсто государства должны занять союзы и большія объединенія вольныхъ селеній, вольныхъ городовъ, вольныхъ областей и вольныхъ странъ земного шара.

Мсто принудительнаго государственнаго права должно замять право текущаго, въ процесс жизни творимаго обычая, право народное, вольное, договорное, право совсти, право, считающееся съ даннымъ временемъ и съ данной средой и, прежде всего, право взаимопомощи и солидарности.

Изъ того, что государство существуетъ, (не смотря на то, что оно не выгодно для трудящагося населенія), нердко длается не логическій выводъ, что оно не можетъ быть уничтожено и не мене странный выводъ, что не надо стремиться къ его уничтоженію.

Какъ будто учрежденія людей не могутъ быть уничтожены людьми же!

И, конечно, государство — эта разновидность рабовладльческаго общества — будетъ уничтожено людьми же, ихъ сознательной волей.