Чтение онлайн

– Нет… Я всё понимаю, Рэйвен. Для художника быть частью секретной организации – почти тенденция. Я должен всё тщательно взвесить, прежде чем принять решение, как ты и говоришь.

Огромными организациями могли быть масоны* и розенкрейцеры*. В них состояли некоторые дворяне и образованные учёные. Люди извне считали их загадочными и по-настоящему жуткими, и шептались в тени, что они плетут невообразимые заговоры, но на самом деле антисоциальная направленность их целей была незначительной.

Если «Алая Луна» была бандой Робин Гуда, тогда они были героями в нижних слоях общества. Но они крали только грязные деньги, предназначенные Принцу. А это значило, что те, кто состоял в этой организации, рассматривали себя не как состоявшихся преступников, а, скорее, как борцов за справедливость.

*Масоны – движение, появившееся в 1717 году в виде тайного общества. Этика и философия масонства опираются на монотеистические религии, на древние конституции вольных каменщиков, их регламенты, статуты и уложения.

*Розенкрейцеры – тайное мистическое общество, предположительно основанное в период позднего средневековья в Германии Христианом Розенкрейцем.

Было бы странно, что кто-то настолько невинный, как Поль, мог заинтересоваться подобным.

– Мы имеем на него информацию с тех пор, как он родился в Канате*, его родители развелись, когда он был маленьким, и, хотя он жил с матерью, когда она скончалась, он

вернулся в Англию, и его взял к себе его отец, художник Андреа Ферман. Пока Поль обучался в школе искусств, его отец ушёл из художников и сейчас живёт в Дувре. С тех пор Поль жил один в Лондоне. Он известен как порядочный человек, и ничего плохого о нём не могут сказать ни в школе, куда он ходил, ни среди его соседей. Нет и посвящённых в его художественную работу.

Слушая доклад, Эдгар сильно нахмурился. Рэйвен, увидев это, остановился и молча ждал, пока его хозяин заговорит.

– Андреа Ферман? Не О’Нилл?.. …Ну, это может просто значить, что отец Поля как художник работал под другим именем.

– Такой информации не было выявлено в расследовании. Многие художники подписывались как «Мистер Ферман», но нет ни одного, чьей подписью бы было «О’Нилл».

Когда Поль появился, Эдгар не стал особо задумываться над тем, что его фамилия отличалась от той, которую он носил в прошлом. Довольно часто артисты или художники меняли свои имена на те, которые им нравились. Но согласно воспоминаниям Эдгара, его отец был известен как художник по имени О’Нилл.

– Тогда, Рэйвен, разузнай о художнике О’Нилле.

Если художник О’Нилл существовал и, если он действительно был тем художником, которого его отец нанял, чтобы зарисовать их дом, тогда Поль, который должен был быть сыном О’Нилла, просто взял себя псевдоним.

Может быть, из этого могла возникнуть возможность того, что Поль как-то связан с «Алой Луной».

– Есть.

– Так, что насчёт банды Робин Гуда?

– Как и сказал лорд Эдгар, пройдясь по ряду мелких магазинчиков, я узнал, что был человек, который приходил, чтобы продать скрипку.

Полиция утверждала, что они обыскали всех докторов в Лондоне, но среди их пациентов не было ни одного, кто подходил бы под описание человека с отрубленными пальцами. Но, вполне можно было догадаться, что о его ране позаботится держащий свою личность в тайне врач андеграунда, состоящий в «Алой луне» или он обошелся без врачебной

*Каната – город в провинции Онтарио в Канаде.

помощи, что тоже вполне вероятно.

Но Эдгар считал, что, если он потерял четыре пальца, он не сможет больше играть на скрипке.

– Ты удостоверился, что это та скрипка?

– Да. Я поцарапал её, когда сражался с ним. Только вот, продавать её пришёл толстый мужчина с чёрной бородой, так что он, должно быть, попросил кого-то быть посредником при продаже, или что-то в этом роде.

– Ты не смог узнать, кто это?

– Да. Я узнал только, что он был хорошо одет и носил кольцо с красным камнем. Это всё, что владелец магазина смог вспомнить.

– …Кольцо с красным камнем.

– Так как это был магазин, торгующий подержанными вещами, владелец был хорошо знаком с драгоценными камнями. Что примечательно, это был красный лунный камень.

Лунный камень; алая «луна».

– Лорд Эдгар, бывают красные лунные камни?

– Да. И красные, и белые, и голубые…

Когда Эдгар говорил это, у него было ощущение, что в последнее время он где-то видел красный лунный камень.

Но он не мог вспомнить где. Он проводил свои дни, вертясь в высшем обществе и встречаясь с огромным количеством людей. И все эти люди носили броские драгоценности.

И некоторые из них, безусловно, были полноваты и черноволосы.

Пока он думал, кто-то постучался. Вот только не в дверь, а в окно. Рэйвен открыл его, и серый кот скользнул в комнату.

И что же это за кот, который умеет стучаться?

– Здравствуй, Нико, тебе что-то нужно?

– Ты можешь ему сказать, что уже достаточно, и освободить Лидию? Ей давно пора домой, но мистер художник с головой ушёл в свою работу.

Кот, промяукав свою жалобу, вскочил на софу, и изящно облокотился на неё. Из-за того что он вёл себя так, казалось, что он и не кот вовсе.

«Но если Нико по-прежнему был здесь, это значит…», – подумал Эдгар…

– Рэйвен, Лидия всё ещё позирует для Поля?

– Если подумать, кажется, да.

– Время уже позднее. Скажи ему, чтобы он отпустил её домой.

Когда Рэйвен вышел из комнаты, Нико мяукнул, как будто подзывая Эдгара. А затем посмотрел на него так, словно упрекал в чём-то.

– Мне тут довелось услышать, что мистер художник может быть шпионом? Да к тому же, может быть связан с тем учителем танцев?

– Ты, похоже, подслушивал? Нико.

– Неопасно давать такому человеку приближаться к Лидии?

– Аа, так ты волнуешься за Лидию. Мы пока не уверены, что он шпион, и за ним круглосуточно наблюдают глаза слуг этого дома, так что одни они не остаются.

Нико размял шею, словно ему говорили что-то скучное.

Эдгар поднял голову, озадаченный кое-чем.

– Нико, ты, быть может, говоришь, как человек?

– Мя-я-у-у.

Его похожее на кошачье мяуканье прозвучало так, словно он сделал это целенаправленно.

Он подошел к Нико, сидевшему на софе.

– Слушай, как думаешь, Лидия доверяет Полю больше, чем мне?

– По сравнению с тобой, любой человек попал бы в список заслуживающих доверия, а?

– Мог ли он понравиться ей больше, чем я?