Чтение онлайн

— Нет, мне не скучно, Леонид Григорьевич. Мне всегда была интересна международная политика. Это то, чем я хочу заниматься после окончания обязательной службы, — честно ответил он.

— Да? Ну-ну, интересно. Но вы еще многого не знаете и…

Его снисходительную речь прервал стук в дверь и появление одного из слуг.

— Прошу прощения. Ваша светлость, вас к телефону, — обратился он к Михаилу.

Меньшиков удивился. Здесь, в Мадриде, он не ждал звонков. Разве что матушка соскучилась.

— Это из дома? Узнайте кто, я перезвоню.

— Нет, ее светлость княжна Екатерина Павловна. Из таксофона.

— Простите, — пробормотал Миша и рванул из кабинета.

— Телефон в малой гостиной! — крикнул ему в спину слуга.

По пути Михаил едва не сбил «Славу», что нервно вышагивал по коридору туда-сюда.

— Катя? — выпалил княжич, схватив трубку. — Что?

— Переодевайся и лети к нубийскому посольству. Все узнаешь на месте, — услышал он торопливый голос Куракиной.

— Уже в пути, — ответил он и бросил трубку на рычаг. Вылетел в коридор, снова едва не сбил Подменыша и побежал вниз по лестнице.

Чего-то такого он и ожидал, потому сразу оделся так, чтобы в случае необходимости не тратить времени. Вот только загвоздка — второй манакар забрал Даниил. Однако в углу стоял манацикл одного из водителей. Ключ зажигания лежал в шлеме, отлично. Княжич дал знак, чтобы открывали ворота, и завел мотор.

Он выскочил в едва открывшиеся ворота, едва не порвав пиджак, и повернул в сторону посольства Нубийского Королевства. По пути Миша кусал губы от переживаний за друзей и вспоминал все, что успел узнать об этом африканском государстве.

Точно, там тоже, как и в случае с инками, Альбион имеет свой интерес. К инкам Миша не поехал не только потому, что надо присматривать за Подменышем графа, но еще и потому, что дело там сугубо торговое, а он все же больше дипломат. Но что же у них там случилось, что его так срочно вызвали? По голосу Кати судить было сложно — напряженный, твердый, как и всегда в опасных ситуациях.

Через четверть часа Миша подъехал к посольству и сразу увидел маналимузин с российским флажком на капоте. Он стоял не перед воротами, а в конце улицы. Миша припарковался рядом и заглянул внутрь.

— Не стой, залезай, — сказала Катя. — Только осторожнее, не испачкайся.

Предупреждение пришло вовремя — Миша опустил глаза и увидел кровь на бежевой коже сидений. Он залез в салон и осторожно примостился на чистом участке.

На другом диване на животе лежал Дима без сознания и без рубашки. Она окровавленной тряпкой валялась на полу. Кровь попытались стереть с его спины, но только размазали. Под левой лопаткой виднелся свежий круглый шрам. Рядом сидела Ольга с закрытыми глазами — то ли тоже без сознания, то ли просто отдыхала. На обнаженной правой руке виднелась новая розовая кожица. Пиджак валялся недалеко от рубашки Димы, блузка выглядела как после пожара. Только Катерина казалась не пострадала. И водитель — он очень тихо сидел за рулем и смотрел в одну точку.

— Что произошло? — хрипло спросил Миша.

— На нас напали. Четыре машины. Две мы нейтрализовали, но мне пришлось удерживать сразу два заклинания, так что помочь им я не могла. Один из них оказался псиоником. Убить сразу не получилось, потому держала. Дима… он спас мне жизнь. Он… подставился под ледяное копье. А потом с дырой в спине еще и разбирался с ними. А пока разбирался с одним, второй попал в Олю. Она не угадала, в кого полетит огонь, и закрыла меня. А прилетело по ней. Мы стояли по разные стороны машины и она не могла закрыть сразу нас двоих. — Голос Кати звенел от напряжения, пока она рассказывала.

Михаил слушал и кивал. Все верно, в таком виде идти на встречу нельзя. И отменить нельзя — тут же появится не-Слава и устроит международный скандал. В крайнем случае просто преподнесет Центральную Африку Альбиону на блюдечке. Как он мог понять, леди Скарлетт устроят оба варианта.

— Жить будут? — только и спросил Миша.

— Будем, — хрипло ответила Ольга. — В бардачке верительные грамоты. Сделай все красиво, Миш.

— Конечно, Оля. Вы только поправляйтесь, — мягко попросил он и повернулся к Кате. — Идем?

— Да. Матвей, езжай к воротам.

Их пропустили. Внутри Катю и Мишу встретил сам посол и удивился.

— Я ожидал великую княжну Ольгу. Что-то произошло? — с участием уточнил посол Арну Ретиф после приветствий. Среднего роста темнокожий мужчина лет пятидесяти. На княжича и княжну он смотрел с отеческой заботой.

Говорили они на испанском, так что переводчик не требовался.

— Возникли обстоятельства, из-за которых ее высочество вынуждена была передать полномочия нам, ваше превосходительство, — вежливо ответил Михаил и протянул документы, подтверждающие их полномочия.

— Искренне надеюсь, что она жива, — сказала посол и бросил красноречивый взгляд на рукав Катерины. От бумаг он отмахнулся, дав понять, что верит.

Она посмотрела и увидела кровавое пятнышко на манжете — видимо, испачкалась, пока они с Матвеем перетаскивали Диму в салон маналимузина. Она закусила губу, но прятать руку уже не имело смысла.

— Она жива, да, — выпалила Катя.

— Если нужна помощь, вы скажите. Я псионик и чувствую вашу тревогу.

И Михаил решился. Даже без псионики он неплохо чувствовал людей и посол казался ему человеком порядочным.

— На ее высочество напали по дороге сюда. Все живы, но еще не пришли в себя от ранений, — сказал он.

— Вы позволите моим шаманам ее осмотреть, пока мы занимаемся делами? — предложил Ретиф, ничуть не удивленный словами княжича.

— Конечно, ваше превосходительство, — ответила Катерина. — Помощь нужна не столько великой княжне, сколько ее телохранителю. Мы залечили рану, но он все еще не пришел в себя.

Посол жестом подозвал одного из своих людей, сказал что-то на родном языке и отпустил. Михаил проследил, как этот человек подошел к кому-то, поговорил, после чего трое вышли на улицу. Их же с Катериной провели в зал для заседаний.

— Признаться, я удивился, что встречу назначила великая княжна, а не ее брат, — продолжал допытываться посол. — У вас некий кризис?

— Цесаревич неважно себя чувствует. Скоро все пройдет и он вернется к делам, — почти не соврал Михаил.

— Очень на это надеюсь. Что же, в таком случае давайте приступим, — белозубо улыбнулся посол Ретиф. — Вы обещали рассказать, почему с вами нам сотрудничать выгоднее, чем с Альбионом.

— Потому что мы предлагаем взаимовыгодное сотрудничество, а они хотят навязать вам зависимость, — сказал Михаил. Он решил, что с этим человеком не надо плести кружева слов — посол предпочитает говорить прямо.