Чтение онлайн

— Будем вызывать демона, — пояснил я в ответ на его заинтересованный взгляд.

— Что он сделал?! Куда? Понятно. Продолжайте наблюдение, — приказал Сергей и раздраженно бросил трубку.

— Что случилось? — лениво спросил Диего.

Они сидели в гостиной и ждали новостей о дуэли Татищева-младшего с римским послом.

— Лучано, кажется, слетел с катушек, — сообщил Сергей и упал в кресло, потер лицо ладонями, успокаиваясь и приводя мысли в порядок. — Это наружка звонила. Он вылетел из ворот так, словно за ним гончие Ада гнались. Ну и друзья рванули за ним. Как раз подъехал манакар с братишкой.

— Кажется, не надо было на него так давить, — озадаченно заметил Диего.

— Я говорил, что заклятие долго держать нельзя.

— Так и не надо было бы, если бы он быстро все сделал. Ладно, что теперь?

— Теперь надо узнать, что случилось внутри, — сказал Сергей и снял трубку с телефонного аппарата. Покрутил диск и услышал гудки.

Звонил он Подменышу графа Толстого по специальной линии. Разговор занял не больше двух минут. Сергей выслушал рассказ, задал уточняющие вопросы и положил трубку.

— Идем общаться с оригиналом. Надо понять, что у Лучано на уме.

Диего поднялся и первым пошел на выход.

Они спустились в подвал. Диего потянулся, чтобы включить свет, но тут же отдернул руку — Подменышей создавали на основе тьмы, оригиналы должны оставаться в темноте, иначе магия может дать сбой. Сергей зажег слабый фонарик, снял магический затвор, повернул ключ в замке и открыл дверь.

Цесаревич Святослав и граф Леонид Григорьевич Толстой вздрогнули — даже такой слабый свет после абсолютной темноты резал глаза. Граф сидел на спальнике, Слава мерил шагами комнату. Цепи на их кандалах мелодично зазвенели, когда они подняли руки в железных варежках, защищая глаза от света. Варежки не позволяли двигать пальцами и чертить руны, в них можно было только сжимать и разжимать кулаки, иначе пленников пришлось бы кормить с ложечки, чего никто не собирался делать.

— Надо поговорить, — без предисловий заявил Сергей.

— Тебе надо, ты и говори, — усмехнулся цесаревич и прислонился к стене.

Сергея эти слова ничуть не смутили. Он подошел к нему и заглянул в слезящиеся от света глаза. Не хорошо, понял он. Нужен хотя бы небольшой свет. Если эти двое ослепнут, ослепнут и Подменыши. Но сейчас главное.

— Твоему двойнику дважды помешали выполнить задание. Мой друг выразил недовольство по этому поводу. Теперь Подменыш полистал книгу по истории, увидел портрет Колумба и куда-то помчался. Буквально сбежал из резиденции, — описал он ситуацию цесаревичу. — Что он задумал?

Святослав сложил руки на груди и иронично приподнял бровь.

— Откуда мне знать? Я его видел только во время ритуала.

— Хорошо. Что бы ты сделал в такой ситуации? — терпеливо спросил Сергей. — Если бы ты несколько раз подряд не смог бы выполнить поручение отца.

— Ни разу такого не бывало, — рассмеялся Слава. — Потому ваш человек и делает странные вещи.

— Что бы ты сделал? — с нажимом повторил Сергей.

— Нашел бы способ выполнить поручение.

— Применительно к данной ситуации.

— А ты чего нервничаешь, Сережа? — снисходительно спросил Святослав. — Боишься, что он испугается и сбежит? Если он подключен ко мне, то не сбежит. Если сам собой стал, то я его не знаю. Почему я должен объяснять тебе работу заклятия, которое ты же на меня наложил, м?

— Ты такой наглый, потому что у меня нет на тебя рычага давления, — усмехнулся Сергей. — А что если я притащу сюда твою… девушку?

И он тут же отругал себя за эту паузу. Увидел, что цесаревич заметил ее.

— Ты словно выбирал, Сережа. Ольга здесь? Как интересно. Одна?

— Не будешь отвечать? — сквозь зубы уточнил Сергей.

— Ваш человечек поехал на площадь Колумба рассказывать народу о том, какой он неудачник, что континент открыл, а его именем его не назвали. Или что что-то в том же духе, — с насмешкой ответил Слава. В его тоне звучало «ну что, наныл?»

Сергей кивнул, резко развернулся на каблуках и вышел. Фонарик оставил в камере. Диего попятился, пропуская шефа.

— Зачем ты ответил? — услышали они голос графа Толстого, когда сделали вид, что закрыли дверь, но оставили едва заметную щелку.

— У этого предателя нет ни чести, ни совести. С него станется привести сюда хоть Катю, хоть Олю, — ответил цесаревич уже серьезно и устало. — И это ему подарок за хорошую весть. Если сестра здесь, она поймет, что рядом с ней не я. Если Катя еще не поняла. А если Оля приехала не одна, то наши шансы снова увидеть солнце возрастают многократно, Леонид Григорьевич.

— Если так, им бы поспешить. Наше время тает. Мое так точно.

— Уверен, они делают все, что могут.

Когда кандалы звякнули еще раз, Сергей закрыл дверь, чтобы пленники не заметили, что их подслушали.

— Умный, гаденыш, — скрипнул он зубами, закрывая замок и восстанавливая магические печати.

— Что делаем? — спросил Диего.

— Иди в резиденцию. Надо обновить установки Лучано, пока ему окончательно не сорвало крышу.

— … приди, Кельвус! — повысил голос Даниил в конце ритуала и взмахнул рукой, зажигая пентаграмму призыва.

Круг с перевернутой звездой загорелся, но огонь алого цвета не тронул паркет. Запахло серой и мы порадовались, что открыли окно. В центре пламя вспыхнуло ярче, взметнулось к самому потолку и опало. Я и Даня не шелохнулись, остальные, Ольга, Миша и Катерина, инстинктивно отпрянули. Через мгновение на месте столба огня стоял раздраженный демон и оглядывался. Потом его взгляд сфокусировался на мне.

— Ты! Снова. Что надо? — требовательно спросил он.

— Спокойно. Мы тут не одни, — сказал я и с намеком развел руками, указывая на друзей. Увы, отговорить их от участия у меня не получилось.

Демон замер, переварил информацию. Посмотрел на меня, на благородное собрание. Прищурился — видимо размышлял, не подставить ли меня. Но вздохнул и повернулся к Дане.

— Что надо? Зачем ты меня вызвал? — спросил он, как того требовал протокол призыва, хотя мое присутствие его перечеркивало.

— Я призвал тебя для того, чтобы ты ответил на вопросы Дмитрия Татищева, Кельвус, — повелительно заявил Даня, приосанившись.

— Если то будет в моих силах. Спрашивай, — повернул демон ко мне лицо с выступающими скулами и небольшими острыми шипами на них и подбородке.

— Ты проводник? — спросил я для начала, хотя почти не сомневался в этом.

— Да.

— Что за русские, с которыми ты заключил контракт?

— Не знаю. Они живут в Мадриде уже не сколько лет, но все еще принадлежат Нави, — ответил Кельвус, немного успокоившись, но тон его оставался недовольным.