Чтение онлайн

–  Отлично, - сказал он наконец, уселся в одно из кресел, стоявших у камина, и устремил мрачный взгляд на мужчин.
– Лучше объясните мне, что происходит, в противном случае я отправлюсь к графине Крествудской и расскажу ей об этом разговоре.

–  Знаете, Грейсон, думаю, что вы и Долли ошибались в оценке интеллекта Сент-Клера, - с издевкой сказал граф.

–  Себ - отличный парень, - жизнерадостно откликнулся Грей.

–  Себ приходит в ярость!
– рявкнул Себастьян.

–  Хорошо, - сказал граф и посмотрел ему прямо в глаза.
– Я всегда за откровенный разговор, но прежде вынужден просить вас дать слово джентльмена, что никто не узнает то, о чем я вам сейчас расскажу.

Себастьян прекрасно понимал, что в данном случае граф имел в виду Джулиет. До сего дня он считал мужа Долли вежливым и приятным человеком, но не более того. Видимо, он его недооценивал. И Себастьян уже не знал, хочет ли он услышать рассказ графа.

–  …Боюсь, дорогая Джулиет, вы составили неверное суждение о Сент-Клере, - мягко говорила Долли, сидя рядом с Джулиет в своем будуаре. Джулиет совсем не хотелось принимать приглашение Долли, ведь она тоже считала ее виновной в смерти мужа, но Долли была настойчива. И теперь оказывается, что Себастьян вовсе не обвинял ее, а, напротив, считал совершенно непричастной к смерти Эдварда. Джулиет чувствовала себя крайне неловко. Кажется, теперь она должна извиниться перед Себастьяном не один раз, а дважды.

–  Полтора года меня окружали слухи и сплетни, и я поневоле стала излишне чувствительной, - холодно сказала она.

–  Разумеется, моя дорогая.
– Долли сочувственно прикоснулась к ее плечу.
– Если вы захотите поговорить, я всегда готова вас выслушать…

Бог знает, как страстно Джулиет желала рассказать кому-нибудь о своей жизни с Эдвардом. О том, как он по ночам приходил к ней в постель и брал ее с холодным равнодушием, не обращая внимания на испытываемую ею боль.

О его жестокости в первые месяцы их брака, когда Джулиет еще надеялась на то, что в Эдварде вдруг проснется сострадание. Скоро она поняла, что ее мольбы напрасны, Эдвард не выносил, когда ему перечили, и становился еще более жестоким. О да, Джулиет хотела бы поделиться этим с кем-нибудь, но знала, что никогда не решится…

–  Благодарю вас, Долли, - Джулиет улыбнулась, стараясь смягчить отказ, - но сейчас я бы предпочла поговорить о том, как мне извиниться перед лордом Сент-Клером за возникшее недоразумение.

Если Долли и обидело нежелание Джулиет раскрыть перед ней душу, она не выказала обиды, лишь рассмеялась.

–  О, моя дорогая, не спешите уступать и признавать свою ошибку. Мужчины так любят во всем оказываться правыми, что небольшой урок им не повредит.

Джулиет рассмеялась:

–  Но в данном случае лорд Сент-Клер действительно не виноват…

–  Я ведь не говорю, что вы должны терзать его вечно, - Долли заговорщически улыбнулась, - но он должен почувствовать вашу холодность. Завтра вечером, на балу у вас будет возможность простить его.

Джулиет, подняла темные брови:

–  Так, значит, это я должна простить его?

–  Разумеется! Я на собственном опыте поняла, что это единственно возможная линия поведения. К тому времени, как я перестаю дуться на Бэнкрофта, он уже настолько сбит с толку, что совершенно забывает о том, что виновата я, и радуется, что мы опять… друзья!

Джулиет покраснела, поняв, на какую дружбу намекает Долли.

–  Уверяю вас, мои отношения с лордом Сент-Клером…

–  Еще рано, Джулиет.

Та покачала головой:

–  Заверяю вас, у меня нет ни малейшего намерения быть такого рода другом для Себастьяна Сент-Клера.

И для любого другого мужчины, впрочем, тоже…

Бэнкрофт излагал свою историю, а Себастьян изо всех сил пытался сохранить бесстрастное выражение на лице. Он не хотел показывать свои истинные чувства. Как выяснилось, Бэнкрофт уже в течение нескольких лет входил в сеть правительственных агентов, как и Грей, которого Себастьян знал с детства! Если Себастьян правильно понял графа, то Долли тоже была шпионкой. Заводя близкие отношения с тем или иным аристократом, она собирала информацию и передавала ее Бэнкрофту!

–  Судя по всему, Крествуд либо сам разболтал секретную информацию, либо это сделал кто-то, кому он доверился, - мрачно заключил Бэнкрофт.

Себастьян был растерян.

–  Позвольте мне уточнить. Вы говорите, что Крествуд или кто-то, кто был близок к нему, в течение многих лет передавал секретную информацию французам? Что из-за этой информации некоторые наши военные операции против Бонапарта провалились, что во многом благодаря ей корсиканец смог бежать с Эльбы два года назад?

–  Вот именно, - подтвердил граф.

Брат Себастьяна Люциан вышел в отставку, когда Бонапарт был побежден, но вскоре вынужден был вернуться в строй, чтобы принять участие в сражении под Ватерлоо, последовавшем за бегством императора с Эльбы. С войны Люциан вернулся другим - суровым и ожесточенным, а многие его друзья не вернулись вовсе…

–  Так вы думаете, что этим близким к Крествуду человеком была его жена? Что наш героический Крествуд ни при чем, и предателем была Джулиет?

Грей нахмурился:

–  Крествуд был героем и настоящим джентльменом, Себ. Но у него, в отличие от нас с тобой, не было близких друзей. Графиня была единственным близким ему человеком. Потом Крествуд очень кстати погибает и теперь не в состоянии ни признать, ни опровергнуть эту теорию.

–  Вы хотите сказать, что леди Бойд намеренно столкнула мужа с лестницы, чтобы скрыть свое предательство?

Грей кивнул:

–  Видимо, в конце концов Крествуд все понял, и, когда он открыто обвинил жену в предательстве, она убила его, чтобы замести следы.

–  Не проще ли предположить, что он напился и оступился на лестнице?

–  Он не употреблял крепких напитков.

–  Тогда просто оступился.

–  Он почти двадцать лет провел на палубе своего корабля. Ты серьезно думаешь, что он мог оступиться на собственной лестнице? Кроме того, за минуту до его падения слуги слышали, как он кричал на кого-то.

Себастьян хмыкнул:

–  Слуги могут сказать все, что угодно, если есть шанс получить одну-две гинеи.

–  Их никто не подкупал, - заверил граф.

Однако Себастьян никак не мог примириться с мыслью, что Джулиет намеренно убила своего мужа, не говоря уже о предательстве. Крествуд был таким занудой, что у него не было по-настоящему близких друзей, и таким добродетельным, что не пил ничего крепче воды.

Следовательно, предателем может быть только его жена… Себастьян покачал головой:

–  У вас слишком мало доказательств, джентльмены.

–  У нас есть кое-что еще, Сент-Клер, - сказал граф.
– Тетка леди Бойд была замужем за французом, Пьером Джурденом. В детстве Джулиет Чаттертон часто проводила лето во Франции с теткой, дядей и своей кузиной.

–  Означает ли это, что под подозрением находится каждый англичанин или англичанка, имеющие какие-либо связи с Францией? Мой камердинер - француз. Я тоже предатель?

–  Вы воспринимаете все это совсем не так, как я надеялся, Сент-Клер.