Чтение онлайн

– Мне слышно их, когда они занимаются этим в спальне, - глаза Кэролин блестели от этой непристойной информации.

– Ты когда-нибудь делала это, Кэролин?
– спросила я, мне и вправду было интересно.

– Нет, я ни с кем не пойду в постель, пока не выйду замуж.

– Черт!
– Конни фыркнула, брызнув изо рта водкой.
– Нельзя быть такой правильной.

Кэролин была одновременно задета и заинтригована. Раньше ее не подбивали на секс.

– Ну, я делала кое-какие глупости, но делать все до конца, прежде чем выйдешь замуж - это грех.

– Да-да, а я – крысий хвост, - парировала Конни.

– Кэролин, ты маленькая викторианка. Знаешь ли, в этом нет никакой особой важности.

После этой маленькой нотации она поглядела на меня и выпалила:

– И что, кто-то из вас это раньше делал?

Конни и я посмотрели друг на друга, набрали воздуха в грудь, потом замешкались. Конни начала первой:

– Однажды в жизни приходит время, когда, милая Кэролин, да, я это сделала.
– Она закончила предложение широким жестом, схватившись за убывающую бутылку водки.

– Конни, нет, - выдохнула Кэролин, ошарашенная и восхищенная.

– Конни, да, - передразнила Конни.

– Факты, мэм, - сказала я, подражая Джеку Уэббу {17} .

– Никогда не поверите. Сэм Брим, вы готовы это вынести? Сэм Брим. Да, это он когда-то удостоился. Мы болтались битых полночи, пытаясь найти мотель, где можно трахнуться без женитьбы. Это я-то, которая никогда толком не пользовалась своей диафрагмой, и мне приходилось посещать трех докторов, потому что мне шестнадцать лет. Супер, люди, просто супер-пупер. Так что мы отправились в мотель, в шикарную комнату с коралловыми стенами. Этого было бы достаточно, чтобы с ходу испортить всю ночь. Так вот, мы вошли туда, и Сэм пытался быть со мной нежным. Он налил мне выпить, и мы еще немножко поболтали. Поболтали! Я была вся на нервах, первый раз, знаете ли, и все такое, а ему надо немножко поболтать... ногу на ногу закинул, как Хэтауэй в рекламе журнала «Эсквайр» {18} . Вот мы разделались с выпивкой, ром с кока-колой, тьфу, гадость, и он решил, что пришло время меня поцеловать. Так что мы поцеловались, потом полчаса покатались по всей кровати, и тут он пытается снять с меня одежду. Слушайте, милые мои, никогда не позволяйте им снимать с вас одежду, потому что они выдирают пуговицы, портят молнии, и вид потом такой, будто идешь с распродажи уцененного барахла. После этой борьбы мы приступили к делу, и в середине процесса Большой Мужчина Сэм кое о чем вспоминает и спрашивает, защищена ли я. Защищена! Он что, думает, у меня там сигнализация от воров, как в магазине «все по пятнадцать центов»? Ну, я говорю, что да, и он продолжает делать свое дело. Все это было ничего себе, но не могу поверить, что о первом разе пишут песни и убивают из-за него. Правда, не могу.

У Кэролин чуть глаза не выскочили из орбит, а язык заплетался.

– Но ведь это, предполагается, чудесное переживание. Самое интимное переживание, какое может быть у человека. Предполагается, что вы разделяете этот великий момент, и вы физически едины, и...

– Кэролин, заткнись, - сказала я.

Конни еще раз хлебнула из бутылки.

– Выпейте, милые мои, еще осталось по капле для каждой. Да, а еще было адски больно, - заключила она.

– Смешное дело, мне совсем не было больно, - сказала я.
– Я, видно, расплющила свою целку об сиденье велосипеда во втором классе или около того.

– Ты тоже, - пробормотала Кэролин.

– Кэролин, я с восьмого класса играюсь с одним и тем же потрепанным членом.

Конни хлопнула меня по плечу, и мы покатились в песке, хохоча, как гиены, а Кэролин все это время сидела в священном ужасе.

– Так приятно найти еще одну честную недевственницу. Джуди Траут, вот кто меня убивает. Она переспала со всеми, кроме тех, кто был на «Титанике», и все время носится со своей непорочностью. Блевать охота.

Голос Конни дрожал на грани злости. Она ненавидела лицемерие, а средняя школа Форт-Лодердейла в 1961 году получила бы первое место в США по лицемерию.

– Джуди Траут - это наша сестра по «Якорю»?

– Кэролин, выпила бы ты еще, может, это прочистит тебе мозги. Ты, кажется, живешь, как в тумане, - добавила я.
– Может быть, от должности капеллана что-нибудь в голове разлаживается?

Она, видимо, обиделась, и мне это доставило какое-то злобное удовольствие. Я уже начинала злиться на Кэролин, которая сидит тут со своей правильностью и со своим шикарным длинным телом.

– Мы уже допили. Не думаю, что кто-нибудь доставит нам выпивку в этой пустыне?
– Конни скорбно смотрела на бутылку.

– На Джейд-Бич выпивки столько, что хоть флот туда запускай, только надо стянуть что-нибудь у блаженствующей парочки, когда они не будут смотреть.

– Не стоит, Молл, пойдем по домам.

Вставая, Кэролин спотыкалась. Водка ударила по ней, как кувалдой. Она обхватила мои плечи и хихикнула, что ей нужна поддержка. Она была пьяной в хлам, и на это я списала тот факт, что ее рука лежала у меня на груди. Кроме того, я и сама не была трезвой как стеклышко.

– Кто из нас поведет?
– спросила Конни.

– Кэролин отпадает, конечно. Я смогу. Со мной все в порядке, чуть пошатывает, но все в порядке.

– Ладно, - вздохнула Конни, - потому что я собираюсь смотреть из окна машины и мечтать о плечах и глазах Пола Ньюмана. Разве ты к нему равнодушна? Жаль, что не он был на месте Сэма Брима.

Я не хотела распространяться, к кому я неравнодушна.

– С чего-то надо было начинать. Никто ведь не начинает с самой верхушки, правда?

Я проскользнула за руль и попыталась выяснить, как эта чертова машина работает. Также я пыталась вычеркнуть из памяти Пола Ньюмана, женщину в черной комбинации и руку Кэролин у меня на груди.

Мы выехали на А1А {19} , и Кэролин мигом захрапела на заднем сиденье.

– Надеюсь, ее не вырвет, - проворчала Конни.

– Я тоже надеюсь. Терпеть этого не могу. Даже кровь лучше, чем блевотина.

На первом светофоре я поравнялась с голубым «шеви-белэр» шестидесятого года, который показался мне знакомым.

– Смотри, Конни, машина как у мистера Бирса.

– Это и есть мистер Бирс. А смотри, кто рядом с ним на сиденье, и как он ее обнимает! Это же миссис Сильвер.

– Что?!
– я высунулась, чтобы разглядеть получше, и увидела, что это наш уважаемый директор и достопочтенная деканша. Прежде чем Конни сгорбилась на переднем сиденье, я посигналила и помахала им.

– Болт, какого черта ты это сделала? Ты хочешь, чтобы нас исключили?

– Вот подожди. Увидишь, что у меня на уме, и еще спасибо скажешь.

– Пьяная ты, вот и все.

– Ничуточки!

Мистер Бирс и миссис Сильвер глядели на нас жалко и виновато. Загорелся зеленый свет, и он втопил педаль газа.

– Что будет в понедельник!
– Конни взглянула на меня.
– Они нас видели, это точно. Как мы им в глаза посмотрим? А все ты со своим длинным языком.

– Пошевели мозгами. Это не нам надо думать, как смотреть им в глаза, это им надо думать, как смотреть нам в глаза. Ведь это они состоят в браке и имеют детишек, а не мы. Мы всего лишь пара учениц, которые напились.

Она приложила руку к губам и подумала как следует.

– Ты права. Ого! Мы сорвали джекпот. Сказать Кэролин?