Чтение онлайн

Геронтов, т,е. членов совета старейшин (герусии). Это был верховный совет, разделявший с царями их государственную власть; он состоял из 28 членов, выбиравшихся пожизненно из «равноправных» граждан не моложе 50 лет.

Младших призывных возрастов. В Греции молодые люди по выходе из эфебии, во время прохождения которой они получали военное образование, двадцати лет от роду, зачислялись в войска. Возрасты от 20 до 40 лет назывались «младшими призывными возрастами» (нечто вроде «запаса»), а от 40 до 60 лет — «старшими» (нечто вроде «ополчения»).

Скитала. Когда какой-либо спартанский военачальник или вообще магистрат отправлялся на службу заграницу, ему давался с собой деревянный жезл с винтовой нарезкой, называвшийся «скиталой». Как раз такой же экземпляр скиталы оставался на родине. Если заграничному представителю нужно было передать важное секретное поручение, на оставшуюся на родине скиталу по нарезке навертывалась полоса кожи и затем на ней писали вдоль скиталы. Затем ремень снимали, написанное на нем мог прочесть только адресат, снова навернув ремень тем же способом на свою скиталу (Плутарх, Лисандр, 19).

Гиппагреты — три лица, назначаемые эфорами; они стояли во главе царской гвардии, состоявшей из трехсот отборных юношей. Ср. Фукидид (V. 72), Геродот (VIII, 124).

По поводу заговора Кинадона Эд. Мейер (Gesch. d. Alt., V, 52) справедливо замечает: «Рассказ Ксенофонта о заговоре Кинадона представляет собой во всех деталях официозную версию, мы не можем даже приблизительно представить себе, какую роль играли в этом заговоре те или иные партии из среды полноправных граждан».

Сообщил лакедемонянам. Известие Ксенофонта, будто лакедемоняне из этого источника впервые узнали о снаряжении персами флота, не совсем верно. Фарнабаз после заключенного перемирия (выше, гл. 2, §20) отправился к царю и убедил его снарядить флот под руководством афинянина Конона. Главной базой этого флота должен был быть Саламин на Кипре, где царствовал союзник персов Евагор. Царь принял предложение Фарнабаза и дал ему с собой 500 талантов серебра (Диодор, XIV, 39, Павсаний I, 3, 2). При этом велись оживленные переговоры между царем, Фарнабазом, Евагором и Каноном (Фотий, эксцерпт из Ктесия §63, Плутарх, Артаксеркс, 23). Из тех же источников мы узнаем, что по совету Конона (переданному через Ктесия) спартанское посольство при царском дворе было арестовано; впоследствии эти же послы арестовали Ктесия на Родосе. Таким образом ясно, что известие нашего автора о том, что спартанцы ничего не знали о снаряжениях персов, может относиться только к последним, решительным мероприятиям; все эти переговоры не могли не быть известны спартанцам. Далее, как я уже указывал выше (в коммент. к §7, гл. 1), неоднократные предписания главнокомандующим сухопутной армии идти на Карию объяснялись именно желанием воспрепятствовать начавшемуся усилению Персии на море.

Триста — по Диодору (XIV, 39, 2), на выданные царем 500 талантов было построено только 100 триэр.

Царем и Тиссаферном — фактически руководящую роль играл Фарнабаз, но, как мы видели выше (гл. 2, §13), он был подчинен Тиссаферну, назначенному главноначальствующим всех боевых сил; вот почему Ксенофонт выражается таким образом.

Греки и флотом будут превосходить персов — отсюда нетрудно понять, что и спартанцы снарядили сильный флот. Ксенофонт ограничивается этим брошенным мимоходом замечанием, так как он умышленно умалчивает обо всем, что происходило на море до битвы при Книде, включая и эту битву, так как эти события не вплетали новых лавров в победный венок спартанцев.

Тридцать спартиатов — это не были рядовые воины (в заграничных экспедициях спартиаты в качестве рядовых воинов не участвовали), а верховный военный совет, прикомандированный государством к войску для надзора за действиями царя. Плутарх называет их «руководителями и советниками» (Агесилай, 6, Лисандр, 23), Диодор — «верховным советом» (XIV, 79, 1). В число их входил и Лисандр; он был как бы первым лицом в этой коллегии (ниже § 20, Плутарх, Лисандр, 23). Этот совет был учрежден в 418 г. первоначально в числе 10 человек, причем без их санкции царь не мог принимать важных решений (Фукидид, V, 6, 3, 4, Диодор, XII, 78, 6).

До двух тысяч неодамодов — по Диодору (XIV, 79, 1), все войско насчитывало только 6000 чел. Уже в Эфесе к нему присоединились еще 4000.

Участвовать в этом походе. В последние годы царствования Агиса Лисандр потерял большую часть своего прежнего влияния. Главной его опорой были олигархические партии в малоазиатских городах, которым он отдал всю власть в них, учредив здесь декархии (правление спартанского гармоста и десяти местных олигархов). Эти декархии были уничтожены царем Павсанием и эфорами отчасти из желания ослабить Лисандра, отчасти под давлением местных жителей. Желая вернуть себе потерянное могущество, Лисандр содействовал воцарению Агесилая, думая, что ему удастся сделать последнего послушным исполнителем своих желаний (Плутарх, Лисандр, 23). Далее, когда зашла речь о походе в Азию, он содействовал тому, чтобы военачальником был избран Агесилай, рассчитывая, что, благодаря своему опыту и связям в малоазиатском мире, ему удастся взять в свои руки фактическую власть, а Агесилай будет только подставным лицом (как прежде Арак). Он устроил даже, что преданные ему олигархи (большей частью изгнанные из родных городов) послали в Спарту депутации от имени малоазиатских греков, с просьбой назначить военачальником Агесилая (Плутарх, Агесилай, 6; Лисандр, 23). Однако, как мы увидим, Агесилай оказался слишком самостоятельным и слишком честолюбивым человеком для того, чтобы чаяния Лисандра могли осуществиться.

Прежнее правление — т.е. умеренные олигархии, которые здесь существовали ранее владычества афинян.

Диабатерии — т.е. жертвоприношения о благополучном переходе через границу. Как указывает наш автор («Трактат о государственном устройстве Лакедемонян», XIII, 2), они состояли в следующем: «... Как выступает царь с войском. Сперва он совершает в своем дворце жертвоприношение Зевсу-Водителю и соприсущим богам. Если эта жертва дает хорошие знамения, жрец-огненосец берет с алтаря пылающую головню и идет впереди войска к границе страны. Здесь царь приносит жертву Зевсу и Афине. Если жертвоприношения обоим божествам дают хорошие предзнаменования, — войско переходит границы страны».

Каждое государство — эти посольства были отправлены во все государства, кроме Аргоса (Павсаний, III, 9, 1). Однако, коринфяне и беотийцы отказались прислать свои контингенты (см. ниже гл. 5, §5).

По Плутарху (Лисандр, 6, Пелопид, 21), он решил совершить это жертвоприношение вследствие якобы виденного им сновидения. Я не вижу основания сомневаться в этом. Неудивительно и то, что наш автор ничего не упоминает об этом сновидении: неудача жертвоприношения, предписанного богами, могла бы привести читателя к самым печальным заключениям, к которым и приходит Плутарх в указанном месте. Рассказ Павсания (III, 9, 3—4) вполне совпадает с рассказом Ксенофонта.

Беотархи — см. в приложении «Отрывок из греческой истории» 11,3, стр. 204.

С запрещением продолжать жертвоприношения — Ксенофонт не сообщает, что этот отказ имел законный предлог: жертвоприношения предполагалось совершить не по установленному в Беотии ритуалу, устранив беотийского жреца (Плутарх, Агесилай, 6).

Как только он прибыл туда — весной 396 г. Действительно, в §16 мы читаем: «с наступлением весны», а в 20: «в это время, как раз окончился год с тех пор, как Агесилай отплыл из Лакедемона».

И Агесилай не нарушил клятв — как сообщает наш автор в «Агесилае» (1, 10), Агесилай прибавил к этому, что перемирие заключается только на три месяца. Это очень важно для суждения о дальнейших событиях.

Настоящий хаос — здесь Ксенофонт становится на точку зрения устраненных от власти олигархов, обивавших пороги Лисандра. Как мы видели в §20 гл. 2 и др. местах, спартанские гармосты остались; политический строй представлял собой большей частью умеренную олигархию (см. коммент. к §2), но эта олигархия была вполне независимой, что не могло нравиться ни Лисандру, ни любимцу Ксенофонта Агесилаю. Как можно заключить из «Агесилая» (1, 37), последний поставил у власти преданных ему людей [565] . Плутарх (Агесилай, 8, Лисандр, 23) прибавляет к этому еще совершенно невероятную подробность — будто Агесилай, чтобы окончательно унизить Лисандра, назначил его своим креодетом (собств. «прислужник, разделявший мясо гостям»; придворная должность; ср. виночерпий). Просителям он будто бы говорил: «Ступайте и унижайтесь перед моим креодетом».