Чтение онлайн

Когда же за ними захлопнулась дверь, Оливия услышала крики.

На стенах висели кандалы. В углу догнивал тюк заплесневелой соломы. А царапины на двери были явным свидетельством того, что какая-то бедная душа пыталась отсюда вырваться. Летом из трещины в стене, должно быть, сочилась вода, но сейчас она была запечатана глыбой бледно-зеленого льда.

Вместе с тем в комнате стоял стол, покрытый чистой белой скатертью, на которой были расставлены изящные серебряные столовые приборы. Довольно скоро солдаты внесли закрытые крышками блюда.

– Присоединяйтесь ко мне. – Голов указал на два стула, стоящие по другую сторону стола. Он тотчас же сел, не дожидаясь женщин, и поднял крышку супницы – в ней оказался источающий восхитительный аромат суп красного цвета. – Тяжела участь заключенных, не правда ли?

– Мы в тюрьме?! – Возможно, Катя и не являлась княгиней, но она еще никогда не была так похожа на титулованную особу, как в этот момент. И было ясно: она скорее станет с гордо поднятой головой перед расстрельной командой, но не позволит Голову ее запугать.

Оливия тоже не собиралась играть роль жертвы. Но ей надо было выяснить, что министр полиции приготовил для Клейтона. Она села за стол и положила себе изрядную порцию. Никакие передряги не лишат ее аппетита!

Голов с интересом наблюдал за ней.

– Знаете, мисс Свифт, а мы с вами похожи.

Оливия сосредоточенно жевала. Правда, отлично приготовленные овощи почему-то сразу приобрели привкус тухлятины.

– В чем похожи?

– О, я вижу сходство… Вы постоянно стремитесь к своей цели и ищете способ изменить ситуацию к собственной выгоде.

«Возможно, он скорее разговорится, если я с ним соглашусь», – решила Оливия и тотчас же утвердительно кивнула:

– Пожалуй, вы правы.

Голов улыбнулся.

– Вы и сейчас этим занимаетесь.

Ну да… А как же иначе?

– Увы, это мой недостаток, который я стараюсь преодолеть.

Министр расхохотался, и хохот его казался таким зловещим, что даже стихли крики в соседних камерах.

– Вы не сможете этого преодолеть. Стремление к цели – часть вашей натуры. Например, у большинства людей есть воля к жизни, а у нас с вами имеется еще и воля к процветанию. Вы убедили себя в том, что это плохо? Считаете себя эгоистичной? Думаете, что доброе дело не зачтется, если вы получите от него выгоду?

Кусочек цыпленка показался Оливии каменным.

– У нее слишком доброе сердце, и она совсем не похожа на вас, – сказала Катя.

Оливия была благодарна княгине за защиту, но считала, что та ошибалась.

Голов отпил из своего бокала, и вино окрасило его верхнюю губу в кроваво-красный цвет.

– Думаю, вы знаете, Оливия, что я прав. Но если нет, то я помогу вам это понять. Необходимое должно быть сделано. А если при этом вы тоже выиграете – тем лучше. Например, такая ситуация: вы сидите в повозке, которая направляется к обрыву. Но разве вы усомнитесь в том, что ее следует остановить на том лишь основании, что вам от этого – прямая польза?

– Но между нами все же есть разница, Голов. – Такая же большая разница, как между ней и ее отцом. – Я не подстегну лошадь, бегущую к обрыву, чтобы потом иметь возможность ее остановить.

– Разве? Даже для того, чтобы остальные пассажиры увидели, как вы ее остановите? – Он вытер губы салфеткой. – Даже для того, чтобы спасти свою фабрику?

Оливия попробовала суп, решив, что ничего более твердого проглотить не сможет. Неужели это правда? Она не желала, чтобы в словах ужасного полицейского министра содержалась хотя бы крупица истины. Но слова его все же проникли ей в душу.

«Неужели я настолько сосредоточилась на том, чтобы творить добро с помощью фабрики, что в итоге перестала быть доброй?» – спрашивала себя Оливия. Что ж, возможно, так и произошло. Ложь, к которой она прибегала, свидетельствовала именно об этом. И то, что раньше казалось неизбежным злом, теперь превратилось в низость и нечестность – Оливия не сомневалась, Клейтон посчитает именно так, когда она ему обо всем расскажет.

А она расскажет – оставшиеся колебания исчезли.

Но зачем же она хранила свои тайны так долго? Ведь она давно уже не трусиха… Впрочем, лучше поздно, чем никогда.

Всю жизнь она старалась избегать последствий, которые ей не нравились. Но больше этого не будет. Настало время принять последствия, какими бы они ни были.

Конечно, Клейтон не простит ее. Йен был слишком благороден, предложив ей сделать выбор между любимым мужчиной и фабрикой. Не существовало исхода, при котором она могла бы сохранить Клейтона. Скорее всего она лишится и фабрики, и его.

Так что, сказав правду, она не получит никакой выгоды.

И все же она это сделает. Люди на фабрике заслуживали уверенности в завтрашнем дне, а ее, Оливии, обман мог привести только к краху.

Клейтон же… Ему нужна честная и откровенная женщина, не имеющая за плечами тайн и темных делишек.

И она сделает все от нее зависящее, чтобы не причинить ему боль снова. Пусть даже потеря Клейтона сделает ее несчастной. Да-да, теперь она знала, что делать и что говорить.

– Могу я предложить вам частицу мудрости в обмен на ту, которой вы со мной поделились?

– Я весь нетерпение. – Голов начал с явным удовольствием что-то жевать. Он наслаждался ситуацией. Ему нравилась игра.

– В вашем городе, министр, происходят события, которых вы не ожидали и которые не сможете объяснить. Вы будете выглядеть глупо, если не…

– Оливия!.. – с беспокойством воскликнула Катя, но Голов жестом заставил ее замолчать.

– Продолжайте, мисс Свифт.

– Так вот, правдинцы все же взломали шифр. Они хотят видеть империю в руинах. Она уже разваливается. Вы можете устроить состязание с бароном и впустую обмениваться с ним угрозами, но шансы России на выживание будут намного больше, если вы не станете ему мешать. Только он может остановить повозку, не дав ей свалиться с утеса. Он – единственный!

Прежде чем Голов успел ответить, дверь камеры отворилась и вошел Клейтон в сопровождении двух стражников. Руки его были связаны.

Их взгляды встретились. В глазах его она увидела облегчение и еще – сожаление, тревогу и решимость. Один его взгляд выразил больше, чем могли передать слова.

Он пришел за ней. Снова.

Но скоро он уйдет от нее. И не станет оглядываться.

– А вот и вы, барон. Хорошо, что вы решили к нам присоединиться, – с улыбкой произнес Голов.