Грехи семи добродетелей
Шрифт:
По крайней мере, я хотела увидеть там внутри человека.
– Думаю все уже в порядке. – Закрыв глаза, нарушил мое оцепенение заказчик.
– Извини, Юджин … я задумалась. – Отшатнулась я и поспешила отойти к мольберту, чтобы хоть как-то скрыть смущение и красноту лица.
– Я знаю, что у меня красивое имя, хватит его повторять. – Бросил собеседник, пока усаживался уже в более комфортную позу, на что я закатила глаза.
Прошло, по меньшей мере, часа два, как примерный набросок был почти готов. Оставалось подчеркнуть прическу, и на сегодня все. Я выглянула из-за холста и посмотрела недовольно на макушку Дарвуда. Бросила от усталости: «Тьфу, ты!».
– Ты мне так картину заплюешь, своим недовольством. Знаешь, будет не очень приятно, когда я буду вспоминать этот момент, что если не в реальности, так хоть в иллюстрации я получаю твой плевок. – Забавно остроумничал тот.
– Ты растрепал себе всю шевелюру! – Я снова вылезла из-за мольберта и пошла в сторону сидящего парня.
– Ягнёнок, не смей стоять выше меня и так высокомерно смотреть, даже когда пишешь мой портрет. Это моя роль. – Выдал тот без намека на шутку.
Мое лицо сморщилось от нарциссизма оппонента. Слишком много самолюбия было в его речах, даже чересчур. Даже уши вяли постоянно слышать поток подобных фраз.
– О чем ты? Я не понимаю. – Я запустила руку в волосы, держа в зубах карандаш, который потом закрепила за ушной раковиной.
– Меньше слов больше дела. Принеси лучше мне стул повыше, можно из столовой. Барный. – Со скучающим видом уточнил тот.
Вот наглый и самовлюбленный эгоист!
– Я не твоя прислуга, Юджин, а художница. – Без капли сомнения сказал твердый голос, когда уже моя персона стояла перед позирующим вплотную, поправляя волосы.
– Пока я этого не вижу. – Буркнул он.
– Прекрати себя так вести! – Резко убрала свои руки по швам.
– Как? – Искреннее удивление заполнило все его лицо.
– Отвратительно. Вот так! – Развела я руками в обе стороны, полностью описывая его силуэт.
– Ты показала на всего меня. – Зыркнул тот из-под насупленных бровей.
– Делай выводы, Дарвуд. – Я нагнулась, чтобы сбоку убрать выбившуюся непослушную прядь у парня.
Резким движением Дарвуд схватил меня за затылок и притянул к себе так, чтобы его губы находились рядом с моим ухом. Я чуть ли не упала на него, если бы вовремя инстинктивно не ухватилась за подлокотник кресла. Мой подбородок почти касался плеча парня, пока глаза широко распахнулись.
– Послушай. Ты не в том положении, что бы так говорить. Аккуратней, ягнёнок. Точка невозврата… помни об этом. – Лишь прошептал парень и таким же внезапным движением оттолкнул меня.
Затем он встал с кресла, напоминающий трон великих королей, и широкими шагами направился в сторону мольберта. Секундой позже я последовала за ним. Юджин наклонил голову набок, на мгновение его брови приподнялись, а позже они вернулись на место и так же обыденно сидели беспристрастном лице.
– Так дело не пойдет. Портрет не идеален. – Выдал он и взял в руки эскиз.
– Если какой-то момент не нравится, то скажи, я подправлю. Это займет немного времени. – Спокойным тоном ответила я, так как привыкла к капризным заказчикам.
Я знаю, как общаться с такими клиентами. Одни просто не понимали, чего хотели, другие просто меняли свои предпочтения в мгновение ока, как перчатки. Так что реакция этого холодного принца меня ни капли не удивила. Уверена, что половину работы он точно скажет переделывать, что касается подбора цветовой гаммы, то там он поменяет все местами, чтоб только самому. Я была уже готова к издевкам, ругательствам, собственно, к ним у меня давно иммунитет. Даже если вспомнить Хенка, то и плевки стерпела.
– Исключено. – Властно ответил Юджин.
Он одним движением разорвал холст на моих глазах, бросил обрывки на пол и похлопал в ладоши, как будто те запачкались. В ступоре я вглядывалась в напольный кафель, собственно на котором и лежала совсем недавно изготовленная работа, не подлежавшая восстановлению. Руки начали дергаться, а глаза увлажнились. Я села на пол еще не веря, что мои несколько часовые старания, куда вложила душу и силы, просто небрежно превратились в мусор и пыль, лежавших у ног Дарвуда. Ожидала всего, только не такого исхода событий. Я думала, что начала понимать Юджина, хоть немного, но видимо ошибалась.
Яростными движениями я начала собирать обрывки своей бывшей работы, в то время как Дарвуд шел к выходу у черной двери. Шелест, пыль, мои всхлипывания заполняли пространство кабинета, чем Юджин наверняка наслаждался. Когда я закончила собирать все обрывки, мои зеленые глаза, окутанные злостью, скакали по комнате в поисках жестокого тирана. Юджин уже стоял у выхода и высокомерно сложил руки на груди, опершись спиной на дверь.
– Оставь мусор на полу. Я хочу шедевр моего портрета, и любая нестыковка с этими словами приравнивается к ничтожности. Запомни это, Рейчел Хэйзи. – Начал он разворачиваться и открывать дверь. – И кстати.
Я, молча, смотрела прикованным взглядом к этому высокомерному засранцу, зная, что если открою рот, то он унизит меня еще сильнее, тем самым получит желаемое наслаждение.
– Сделай свое каменное лицо попроще, а то оно способно напугать всю мою прислугу. – Бросил Юджин через плечо, выходя из кабинета, давая понять, что на сегодня сеанс закончен.
И только после его ухода я позволила слезам скатиться по щекам. Вскрикнула пронзительным криком, бросая с силой остатки эскиза на пол. Всхлипы усилились, мои руки обхватили голову. Со стороны я походила на себя пятилетнюю из своего воспоминания. Как же мне хотелось найти Габриэля именно в тот момент.
Все будет не так просто, как я думала.
Глава 7
Грешный хищник в клетке бьется,
Не различая друга и врага,
Без разбора убивает
Того, кто попадётся на глаза.
В его венах хлыщет злобой,
Заставляя всех дрожать.
В сердце безумия волна
Заставляет гнев наружу вымещать.
Эйден
Дженнифер не разговаривала со мной третьи сутки. После события в горной местности по пути в Графство, она игнорировала меня и даже не смотрела в мою сторону, а общалась лишь с Эрролом и Финисом. Что эти двое забыли у меня в Графстве Рейдж, понятия не имел. Готов поспорить один приехал устроить подпольный бордель, а другой уничтожить все мои запасы продовольствия. Хотя, скорее всего в целях наблюдения из-за паранойи Дарвуда. Я не думал, что эта девушка действительно умела молчать, а это значит, она действительно была в шоке и боялась меня.