Грехи семи добродетелей
Шрифт:
Я смутно помню, как дошла до резиденции Графства Рейдж. В памяти всплыли очертания замка, где, наверно, сейчас и находилась. Серое здание с высокими стеклами заостренной формы, напоминали логово чудовища из мифа. Здание украшали фигуры незнакомых мне существ, сидячих на задних конечностях, у которых было сбитое, короткое, лысое тело, а лапы напоминали когти кошки. Голова у них была запрокинута к небу, а распахнутая пасть выглядела как у лающей собаки с выпавшим изогнутым языком. Все статуи были в этом стиле, они стояли почти на каждом шагу. Издалека казалось, что я шла прямиком в ад. Люди, жившие в этом Графстве, отличались от резиденции Юджина. Пока мы шли к воротам, я ловила на нас злобные взгляды мирян, которые спешили удалиться в свои дома и запереть двери.
Что они тогда тут делают, если ненавидят своего Графа? Мне не понятно. Может они заложники и не могут уйти под страхом смерти? Нет, тогда бы взгляд отражал их страх за свои жизни. Что-то тут не так. Именно за счет чувств и эмоций этих людей Грех Гнева подпитывает свою душу Греха Гнева? Они тоже заложники и не могут уйти?
Зайдя в резиденцию Вайлда, мое зрение начинало меркнуть. Пока я путалась в своих мыслях, перед нами уже стоял парень с русыми волосами, зачесанными с одной стороны в короткий хвост, а с другой свисала небрежная выпушенная укороченная прядь. Молодой человек был примерного возраста, как и олух, стоящий рядом со мной, правда, лицо незнакомца украшал косой шрам через весь левый глаз. Глаза цвета хаки хорошо сочетались с зеленым камзолом. Хотя я старалась смотреть куда угодно, только не на присутствующих парней, от которых мне хотелось где-нибудь спрятаться. Я что-то сказала мужчине в камзоле, и после в глазах все начало плыть, а через пару секунд сознание наполнилось чернотой.
Хотя эта чернота комнаты почти не отличалась от той, где я была, пока пребывала в бессознательном состоянии. Перед глазами мелькали сцены из недавней увлекательной поездки. Как только я пыталась задремать, мне снилось бледно-мертвое лицо Оливера, который просил о помощи. Если бы он не походил на моего брата, было бы все проще. С криками я просыпалась среди ночи, а может и дня, режим временного распорядка значительно сбился, так как больше суток пролежала пластом. Во снах меня преследовали безумные красные глаза, звуки сломанных костей и вырванного сердца, которое еще отбивало ритм в руках Эйдена. Но внезапная реакция Греха Гнева, в чем я убедилась на все сто, говорила о многом. Он как будто не хотел всего этого, но противиться своей сути не мог. Я не представляла, как жить с этим проклятьем или даром, или тем и другим одновременно.
Мужчина в зеленом камзоле приходил несколько раз, спрашивал меня о моем самочувствии, на что всякий раз получал мое многословное молчание и уходил ни с чем, поджав хвост. Когда я все-таки решила попытаться встать, тяжелое тело, отвыкшее за короткий период двигаться, начинало ныть. С усилиями я все-таки доползла до черно-матовой шторы, плотно приглушающей проникновение солнечного света.
Был день? Но вот, какой по счету?
Я с шумом отодвинула занавеску и увидела закат солнца, оказывается, время было ближе к вечеру. Потом, уже более уверенной походкой я подошла к зеркалу и увидела свое отражение вблизи. Зрелище было еще то. Усталое бледное лицо, глаза потеряли былой блеск, под ними были заметны темные круги, а волосы были как сено в конюшне.
Бр-р.
От такого сравнения я ненароком вспомнила разрубленную пополам серую лошадь. Помотав головой, я бросила взгляд на тумбочку, что располагалась у зеркала. На ней лежала моя сумка с картами и… черная шляпа, что была дополнением к моему наряду из черного бархата в тот день. Я мельком смягчила выражение лица, но потом повернулась к шкафу и начала рассматривать содержимое, чтобы выйти из этой мрачной клетки в нормальной одежде.
Спустившись на первый этаж, я свернула по привычке направо. Планировка этого здания была похожа на резиденцию Юджина, что облегчило мне задачу найти обеденный холл. Войдя в арку отделяющую коридор от столовой, я, честно говоря, немного застопорилась. За столом сидели двое парней, один из них был одет в желтый костюм и черную рубашку с коричневым хаосом вместо прически, а другой в мужском халате в цвете синего велюра с длинными черными волосами. Последний приятно хохотал. Мои глаза расширились, когда я поняла, что второй парень не имел ничего на себе, кроме синей накидки, хоть та и была в пол. Я попыталась развернуться и уйти, но врезалась во что-то твердое, и послышался звон битого хрусталя. Двое сразу метнули взор в мою сторону и резко прервали беседу. Я врезалась в парня со шрамом на лице, который в одной руке нес уже пустой поднос, а другой придерживал меня за локоть.
Люк, кажется, так его звали.
– Прошу меня извинить, что налетел на вас, Леди Дженнифер. – Улыбнулся тот приятной улыбкой. – Вы наконец-то встали. Присаживайтесь, я принесу вам ужин.
Я перевела взгляд на осколки графина, который раньше содержал в себе красную жидкость, растекшуюся на полу обеденного холла. От этого цвета мне стало тошно.
– Ничего страшного, другие слуги сейчас все приберут. – Проследил Люк за моим виноватым взглядом.
Я лишь кивнула и посмотрела вслед скрывающемуся мужчине в просторах кухни. Чувствуя пытливые взгляды на себе, я развернулась в сторону незнакомцев.
– Чего уставились? – Проронила я, хотя получилось грубее, чем хотелось.
– А дамочка-то со стрежнем. – Сообщил парень ближе к восточной внешности, который сидел в халате, как у себя дома. – Думаю, мы подружимся. Меня зовут Эррол и я Грех Сладострастия. – Сказал парень с кошачьей улыбкой, подперев свою щеку кулаком.
Я смотрела на него как на очередного больного психа, у которого в шкафу свои скелеты и причуды.
– Дженнифер и я человек. – Бросила я, садясь за стол, напротив второго парня с гнездом на голове, который все это время ел без остановки.
– Мое имя Финис, Грех Чревоугодия. – Сказал тот, подняв голову, когда Эррол пихнул его локтем, а потом снова, принялся уничтожать пищу.
Ближе к сумеркам…
Вечером этого же дня я сидела в своей черной комнате и осмысливала случившееся. Мы неплохо побеседовали втроем. Но когда в холл зашел Эйден, повисла напряженная пауза. Единственному кому было до одного места, так это Финису. Завидую его пофигизму и безразличию ко всему, если речь шла не о еде. Финис все время молчал и поглощал пищу, хотя сам был мальчишеской внешности и худой как щепка.
Эйден окинул взглядом столовую и остановил взор на сидящей мне.
– Ты встала уже? – Он явно удивился моему присутствию.
На что получил томное молчание. Я все так же спокойно и ловко орудовала кухонными приборами, не удостоив его даже взглядом.
– Я с тобой говорю, маленькая ведьма. – Повторно обратился Эйден, слегка напрягаясь.
Моя рука демонстративно потянулась к бокалу с водой. Я делала вид, что он разговаривает сам с собой.
Именно. Он не существовал для меня. Пустое место.
– Ты оглохла что ли? С каких пор твоя ротовая мельница перестала работать? – Не успокаивался тот, уже больше раздражаясь.
А ты догадайся, придурок.
– Видимо бедняжка по твоей вине сильно повредила голову, теперь тебе придется с ней мучиться до конца ее дней, возможно даже взять в жены и обеспечивать ей будущее за свои косяки. – Встрял Эррол в перепалку, прикрыв один фиолетовый глаз с все той же лисьей усмешкой.
Вода, что была у меня во рту, с шумом вылилась обратно в стакан, так как я случайно подавилась. Гармоничный смех Эррола заполнил зал, а сам он схватился за живот.
– Видишь малыш Ден, проблема не в слухе, а в тебе. – Подмигнул Грех Сладострастия.
– Еще одно слово, Эр, и ты вылетишь из моей резиденции пинком под зад. – Выплюнул со злостью слова Эйден и вылетел стрелой из помещения, хлопнув дверью так, что с потолка посылалась труха.
Возникла мимолетная пауза, но Эррол заполнил ее своими дальнейшими речами.
– Как грубо. В итоге ушел сам. – Поджал по-детски грубы Эррол. – Но насилие его конек. – Закусил нижнюю губу парень с черными волосами.