Чтение онлайн

Угрюмый бросился на него, но гансграф мгновенно схватил его за волосы и отшвырнул назад.

— Посмей только шевельнуться или слово сказать — и я тебя заколю собственной рукой!

Он вытащил меч и обернулся к толстяку.

— Ну, ты что-то говорил о потайном входе?

Существовал, оказывается, потайной выход, потерна, требующая ремонта, — калитка не закрывалась как следует, и выход этот находился на теневой стороне замка, у самого леса. Толстяк говорил охотно, впрочем, и второй тоже. Когда они окончили рассказ, стражники каравана ясно представляли себе, что их может ожидать.

— Сколько в замке тех, кто громил поместье Абд-Алишера? — спросил Шимас.

На мгновение стало тихо, и глаза всех трех пленников обратились к юноше. Они и прежде были крепко напуганы, но теперь их страх усилился вдвое против прежнего.

— Абд-Алишер мертв, — произнес толстяк.

— Он жив, — ответил юноша, — и вскоре вернется. Теперь отвечай на вопрос.

— Это было давно… Несколько лет прошло… Я тогда еще не служил барону…

Угрюмый уставился на Шимаса, и впервые в его глазах мелькнула тревога. Второй пленник трясущимся пальцем стал тыкать в него:

— Вот он там был. Спроси его.

— А ты там не был?

— Я оставался в замке…

Теперь угрюмый смотрел в землю, но на шее и на лбу у него обильно выступил пот.

— Абд-Алишер мертв, — пробормотал он.

— Он жив, — сказал Шимас. — Он здесь.

— А-а! Волчонок! Я узнал тебя! Щенок старого волка!

— Он был там, когда убивали твою мать, — проговорил гансграф. — Лукка, Иоганнес! Повесить его!

Через час стража выступила. Гансграф оставил двадцать человек для охраны товаров и женщин. Остальные — сильные и решительные мужчины — сели в седла. Они мчались через ночь более короткой дорогой, чем та, которую выбрал для нападения Фулкхерст. Под копытами лошадей лежал путь через хорошо знакомый Шимасу темный лес Гюэльгот. Двое пленников скакали рядом с гансграфом. Иоганнес держался сзади, но на рассвете догнал всадников.

— За нами погоня, — предупредил он. — Конные, десятка три, думаю.

— Фулкхерст?

— По-моему, нет. Похоже, что Петер. Всадники свернули с дороги и ждали, изготовив оружие к бою. Вдруг гансграф резко вскрикнул и выехал из-за деревьев.

Невысокий широкоплечий крепыш, ехавший впереди отряда, вскинул руку:

— Мартин! Клянусь всеми святыми, это Мартин! Они пожали друг другу руки, и Петер сказал:

— Мы встретили одного из твоих людей, и он привел нас к каравану. Мы оставили там половину наших и поскакали вам вдогонку. Раз мой брат желает взять замок, значит, и я желаю взять замок!

Шимас изумился и спросил у Иоганнеса:

— Неужели они братья?

— Ага, из Мартина, правда, можно сделать троих таких, как его братишка…

Всадники вновь двинулись вперед — теперь их было около семидесяти, — и когда спустился вечер, остановились на вершине холма, глядя через буро-зеленую долину на замок Фулкхерста. Местность была уютной — невысокий холмик посреди долины, защищенный от морских ветров и холода высоких плоскогорий. Старинное место, занятое и заново отстроенное предками барона. Спешившись на опушке леса, всадники ждали, пока зайдет солнце. Вокруг замка не видно было никакого движения, никаких признаков, что кавалькаду заметили.

— Если эту потайную калитку можно открыть, — тихонько сказал Иоганнес, — то мы скоро будем внутри.

— Не важно, можно ее открыть или нельзя, — ответил Шимас. — Я знаю, как туда войти. Мы попадем в крепость этой ночью.

Замок Фулкхерста сейчас более всего походил на слегка благоустроенный военный лагерь, обнесенный каменными стенами. Такие замки чаще всего располагались на естественных или насыпных холмах, окруженных глубоким рвом, и обычно строились из толстых бревен. Этот же вырос на месте старого римского поста, часть кладки осталась с тех давних времен. Дед Фулкхерста пришел сюда с бандой таких же, как он, безземельных авантюристов, поднял стену на полсотни локтей вокруг овальной площадки и возвел внутри ограды высокую круглую башню.

Шимас всего раз побывал в стенах этого замка, но в самом донжоне. Он ездил туда вместе с отцом в сопровождении всего дюжины всадников. Тогда старший Абд-Алишер и водрузил исчерканную углем доску над камином.

— Если не сможем войти через потайную калитку, — сказал юноша гансграфу, — используем другой способ. Я видел, как умело Иоганнес бросает копье. Если он сможет перебросить его через стену, а к середине копья будет привязана веревка, то кто-нибудь не очень тяжелый сумеет взобраться на стену и поднять с собой надежный канат.

— Стоит попробовать, — кивнул фон Гильстерн.

Медленно надвигались тени. Тьма окружила деревья, под которыми прятались осаждающие, прижимаясь к стенам крепости. С моря пополз туман, заволакивая нижнюю часть долины. Сколько народу сейчас в замке? Похоже, немного — Фулкхерсту некого бояться в этой части Бретани. Сомнительно, чтобы он вообще кого-то боялся с тех пор, как разрушил замок Абд-Алишеров.

Земля Бретани стара и видела множество перемен. Народ ее уклонялся от битв, если удавалось, а если нет — был готов к ним. Говорят, кельты пришли сюда за шесть сотен лет до Рождества Христова и смешались с местным населением. Громадные каменные памятники — мегалиты — и дольмены тогда уже не одно столетие стояли на своих местах. Здесь были гробницы, сооруженные за тысячу лет до того, как в Черной земле Кемет возвели первую пирамиду. Когда сюда вторглись римляне, они поочередно разгромили местные племена — намнетов, редонов и венетов. Когда же через полтыщи лет римляне ушли, начались набеги пиратов. Потом вернулись кельты, несколько веков назад переселившиеся в Англию, и дали этой стране ее нынешнее имя — Бретань. Они возвратились из Великой Британии в Малую Британию, где развертывается действие многих легенд о короле Артуре.

Но, несмотря на все перемены, люди возделывали свои земные поля, добывали рыбу на широких морских полях и сражались, когда требовалось. Это была суровая страна и рождала она людей особой породы, которых просторы морские манили, а не страшили.

Когда страх еще приковывал моряков Флоренции и Генуи к их тесным морям, венеты и их отчаянные сородичи уже давно плавали по темным водам Атлантики. Ирландские монахи, встретившие викингов в Исландии, были лишь немногими из тех, кто пускался в рискованные путешествия по дальним водам. Многие бретонцы становились корсарами, потому что это давало лучший доход, чем возделывание скудной почвы или рыболовство.

Начался дождь, и Шимас надел шлем. Рядом стоял Петер со своей лошадью. Подошел Иоганнес, чтобы взять у него повод.

— Пленников ко мне сюда, — распорядился гансграф.

Когда они предстали перед ним — их лица уже едва можно было рассмотреть в темноте, — фон Гильстерн сказал:

— Вы говорили, что через потайную калитку легко пройти. Сейчас проверим. Ваша жизнь зависит от того, что произойдет через десять минут.

— Я уверен в этом! — возразил толстяк. — Мне бы только перекинуться словечком с часовым… правда, там не всегда ставят часового.

— Лукка, возьми десяток бойцов. Поскребись в калитку, и, если отзовутся, пусть этот человек назовет себя. Но если скажет или сделает что-нибудь лишнее — заколи, как свинью… Петер, а ты бери Иоганнеса и еще десятерых, что половчее, и перебирайтесь через стену. Кто первый окажется внутри, тот и распахнет главные ворота.

Отряд бесшумно, насколько это было возможно, двинулся во тьму. Наступила угрюмая, устрашающая пора ночи. Семь десятков вооруженных всадников спускались по травянистому склону и пересекали долину, доспехи их поблескивали от дождя. Во мраке неясно вырисовывались темные зловещие крепостные стены. Огней из-за них не было видно. Сколько врагов поджидает внутри? Десять? Тридцать? Сотня?