Чтение онлайн

— Она тебе не сказала… понял, — осекается он, когда я бросаю на него испепеляющий взгляд.

Мы оба наблюдаем за тем, как Элоиза идет по зданию. Она выглядит уставшей. Как будто ей плохо. В какой-то момент она прижимает руку к животу, но каждому охраннику, которого встречает, улыбается и говорит, что скоро вернется.

— Куда она, блядь, пошла?

В ужасе я наблюдаю, как она, чёрт возьми, выходит через парадную дверь.

— Каждый из этих людей умрет.

— Босс...

Я бью ладонью по столу и встаю.

— Почему с ней не было охраны из четырех человек? — спрашиваю, нависнув над Люком.

— Потому что мы не знали, что она куда-то собирается, — спокойно отвечает он. — Она должна была написать, и ребята встретили бы ее у двери. Она знает, что так надо. Что это ее порядок действий. Хотя нам еще ни разу не приходилось его применять, потому что она никуда не ходит.

— Хочу, чтобы все, кто у нас есть, собрались в пентхаусе. Я дам распоряжения. Я буду там на случай, если она вернется.

Люк кивает и начинает звонить. Не проходит и пяти минут, как я уже стою в холле своего дома и отдаю приказы.

Каждый охранник, который позволил ей выйти, стоит с позеленевшим лицом.

И правильно.

Это их последнее задание.

— Ее нет уже двадцать минут, — говорю, расхаживая взад-вперед. Я не могу думать о крови наверху, иначе сойду с ума. Господи, с ней все должно быть в порядке. — Она ранена. Я не знаю, насколько всё серьезно.

— Ей кто-то звонил? — хмурится Люк. — Зачем ей уходить, если она ранена?

Я смотрю на него, а потом бегу наверх за ее телефоном. Почему я об этом не подумал?

Разблокировав телефон, я просматриваю журнал вызовов и сообщений, но там только я и Скарлетт. В папке «Удаленные» ничего нет.

Черт.

Покачав головой, спускаюсь вниз и засовываю её телефон в карман — мне нужно хоть что-то её при себе.

Она мне нужна. Я схожу с ума. Никогда в жизни не чувствовал себя таким беспомощным и таким чертовски напуганным.

— Никаких звонков, — говорю Люку, который выглядит таким же мрачным, как и я. — Я хочу, чтобы вы все прочесали окрестности. Она не могла уйти далеко.

— Если только не села в такси, — говорит один из мужчин, и я провожу рукой по губам.

Господи.

Куда, черт возьми, она делась?

Я уже на грани срыва, когда замок на входной двери щёлкает. Дверь открывается, и Элоиза заходит внутрь.

Увидев мужчин, она замирает на месте. Ее глаза расширяются, она ищет меня взглядом, и, когда находит, с облегчением вздыхает.

— О, хорошо, ты в порядке, — говорит она.

Я стискиваю зубы.

— Вон! — кричу я, не сводя с нее глаз, пока мои люди выходят из комнаты. Последним уходит Люк. Он закрывает за собой дверь, и мы с Элоизой остаемся наедине.

— Ты что, совсем с ума сошла? — Я сжимаю кулаки. Мне хочется броситься к ней, расцеловать ее до потери пульса и прижать к себе.

А еще я хочу отшлепать ее так, чтобы задница горела.

— Мне нужно было сходить в аптеку, — говорит Элоиза, хмурясь и сглатывая. Она морщится.

— Что случилось? Если тебе больно, ты звонишь мне, и мы решаем это.

Впервые с того момента, как она вошла, я замечаю пакет у неё в руках.

— Не поднимайся наверх, — говорит она, качая головой. — Просто оставайся здесь, хорошо?

— Слишком поздно. Ты хоть представляешь, как я был напуган? Что, блядь, произошло?

— Перестань кричать на меня.

— Нет!

Я отхожу от нее и заставляю свое сердце успокоиться. Она в порядке. Она в безопасности.

Её отец не добрался до неё.

— Мне нужно переодеться, — говорит она. — Я в ужасном состоянии. Не успела.

— Не успела что, Элоиза?

Она качает головой и направляется к лестнице, я иду за ней. Мне нужно к ней прикоснуться. Нужно держать её рядом каждую секунду, чтобы больше не дать ей исчезнуть.

— Роум, мне неловко. Оставь меня одну.

— Ни за что, блядь, — я вхожу вслед за ней, и меня передергивает от вида крови на нашей кровати. — Что случилось, детка? Почему у тебя кровь?

— Потому что я женщина! — Она оборачивается и смотрит на меня так, будто я идиот. — Ты трахал меня без презерватива как кролик, но ничего не вышло, и у меня начались месячные, и это чертовски больно, Роум. У меня не было ни одного тампона, и я не собиралась просить кого-то сходить за ними для меня. Пришлось идти в аптеку!

Иисус. Христос.

— Я текла, как чертов кран, и мне нужно было поторопиться. Но не успела переодеться, и теперь мне нужно сменить белье и эти штаны, потому что они все в крови, а потом я закажу еду и перестелю постель, чтобы просто лежать весь день и мечтать о смерти. Ладно?

Я подхожу к ней и притягиваю к себе, прижимая к груди.

— Нет. Ни хрена не ладно. Ты больше никогда не выйдешь из этого здания без охраны. Никогда, Светлячок.

— Меня не было двадцать минут, и я не хочу, чтобы твои головорезы видели, как я выбираю прокладки и шоколад. Это слишком интимно.

Я целую ее в макушку и вдыхаю ее аромат.

— Тогда я пойду с тобой. Но ты больше так со мной не поступишь. Ты слышишь меня?

— Роум.

Она всхлипывает, и это почти убивает меня.

— Не плачь.

— Мне нравится, что ты меня обнимаешь и больше не кричишь, но мне очень нужно в ванную и переодеться. Душ. Пожалуйста.

— Боже, ты меня напугала. — Я целую её еще раз и отпускаю. — Иди займись собой. С кроватью я разберусь.

— Нет! — Она почти в панике качает головой. — Я сама. Пожалуйста, не надо.

— Эй, я и раньше видел кровь, знаешь ли. Хотя этот раз, честно говоря, выбил из колеи — потому что кровь твоя.

— Пожалуйста. Я сама сменю. Всё сделаю.

Я беру ее лицо в свои ладони и хмуро смотрю на нее.

— Детка. Всё в порядке. С кроватью — не с тем, что ты вышла.

Элоиза пытается покачать головой, и теперь в ее глазах читается страх.

— Чего ты боишься?

Она облизывает губы.

— Плохие вещи случаются, когда портишь постельное белье.

Он будет чертовски сильно страдать.