Чтение онлайн

Де Рохан попытался поднять пятку копья…

Яблоко клинка Зеленого Рыцаря врезалось ему в забрало. Оно не принесло никакого вреда, разве что высекло искру, но потом яблоко скользнуло в сторону щита по шее де Рохана, а Ателий развернулся на передних ногах, и два рыцаря на мгновение навалились друг на друга.

Зеленый Рыцарь ударил де Рохана по голове, и тот свалился на землю – Зеленый Рыцарь помог ему ударом меча, сметя противника с седла с таким звуком, как будто захлопнулись железные ворота. Де Рохан перелетел через луку седла, а его конь сделал еще несколько шагов и тоже рухнул.

Ателий, послушный хозяину, завершил поворот.

Зеленый Рыцарь остановил Ателия. В двадцати футах от него де Рохан стащил с головы турнирный шлем и вынул меч из ножен. Левая рука у него была ранена, из латной перчатки текла кровь.

Де Рохан поднял меч и сплюнул.

– Ну и хрен с ним, – сказал он.

Том Лаклан, сэр Майкл и еще десять рыцарей поехали вдоль северного края поля. Никто на них не смотрел. Только сэр Гэвин остался рядом с братом. Он наблюдал за Зеленым Рыцарем, как кошка за мышью.

– Давай, – шептал он.

Король в своей ложе поднялся на ноги. Разогнал придворных, оперся о перила и наклонился, как будто готовясь прыгнуть.

Габриэль увидел, что его рыцари движутся к королеве, и принял решение. Ателий отступил на дюжину шагов.

– Габриэль, нет! – сказал Гэвин в пятидесяти шагах от него.

Зеленый Рыцарь расстегнул пряжку грандхельма, потянул ремень и скинул шлем в песок. Спешился.

– Просто прикончи его! – завопил Гэвин.

Зеленый Рыцарь – теперь на нем остались только бармица и стальной колпак – пошел по песку к своему противнику, который держал меч над головой.

В ста шагах от короля Нэт Тайлер натянул тетиву тисового лука до самого уха. Направил стрелу на четыре пальца выше головы своей цели. Его видела дюжина людей.

Никто не остановил его.

Он выстрелил.

Зеленый Рыцарь шел по песку, переставляя ноги, как танцор, и развернув плечи.

Он сразу бросился вперед, не став кружить около противника.

И снова, кинувшись на де Рохана, он ощутил что-то неправильное.

Он почти вздрогнул – и на долю мгновения опоздал блокировать удар де Рохана. Удар мог бы безвредно соскользнуть по его клинку, как дождь стекает по крыше амбара, но вместо этого два клинка столкнулись – Зеленый Рыцарь был слабее.

Де Рохан надавил.

Зеленый Рыцарь ударил его рукоятью клинка по открывшейся шее, защищенной только кольчугой. Галлейский рыцарь успел нанести режущий удар по корпусу, уничтожив чудесное шелковое сюрко и оставив синяк.

Де Рохан отшатнулся.

Том Лаклан держался на корпус впереди. Лошадь слушалась его идеально, и к тому же он, в отличие от Гэвина, доверял своему капитану и верил, что тот убьет галлейца. А значит, нужно было действовать по плану.

Плохиш Том не собирался ждать, пока галлейцы и их крысы придут в чувство. И его совершенно не смущала необходимость убивать альбанцев. Горцы убивали альбанцев уже пятьдесят поколений.

Оказавшись на расстоянии длины копья от первого епископского стражника, он пришпорил лошадь. Огромный черный зверь скорее прыгнул, чем поднялся в галоп, и Том копьем смел одного стражника, проломив его нагрудник, и разворотил бедро второму еще до того, как лошадь, оказавшись среди людей, замолотила всеми четырьмя копытами.

Если бы за Томом Лакланом, орущим: «Лакланы за Э!» – не шло еще девять рыцарей, двадцать стражников могли бы собраться и дать отпор. Или нет.

Пятеро из них погибли еще до того, как Майкл сокрушил первый шлем.

Он направил коня на барьер, окружавший королеву, и конь взял этот барьер, несмотря на закованного в броню всадника. Опустившись на землю, он тут же выбросил вперед руку с молотом и убил сержанта, который – никто не ожидал от него такой верности приказу – попытался ткнуть королеву копьем. Бланш схватилась за другой конец копья. Ее забрызгало кровью.

Лошадь Криса Фольяка тоже прыгнула, и изящный рыцарь протянул руку к королеве.

– Спасение прибыло, ваша милость. – Не дожидаясь ответа, он перебросил королеву через седло.

Сэр Алкей, человек куда более прозаичный, мечом открыл ворота в барьере.

– Заберите Бланш! – закричала королева, но рыцари уже разворачивали коней, а Бланш успела проскользнуть под барьером – она прекрасно умела спасаться сама. Хотя дюжина мертвых стражников потом являлась к ней в кошмарах, прямо сейчас она была на свободе и могла убежать. Она понеслась к краю поля. На поле что-то происходило – когда пришло спасение, она перестала следить за битвой.

Шип находился в глухом лесу, на расстоянии броска требушета от стен Тикондаги, и следил за замком и событиями в нем посредством линзы, состоявшей из пятидесяти насекомых, которых он подчинил своей воле.

Мотыльки остались в прошлом. Гауз была слишком занята попытками уничтожить его, чтобы замечать такие простые вторжения.

Хотя она укрепила герметическую защиту своего замка и отразила его заклинания, внимание ее было приковано к чему-то другому, и Шип следовал за ней, как мотыльки следуют за свечой, ожидая, что она сплетет какое-то грандиозное заклинание. Он уже давно ждал этого. Сэр Хартмут и Орли каждый день надоедали ему, напоминая, что он обещал снять защиту с замка. По тайным проходам из замка отправлялись гонцы.

Шипу было плевать на любые подкрепления. Гауз, его цель, сосредоточилась на королеве, на далеком Харндоне. Он хотел бы знать, в чем дело, – это помогло бы предвидеть ее действия. Она шесть месяцев потратила на заклинание такой мощи и сложности, что Шип вынужден был признать, что недооценивал ее.

Она была очень могущественна. Но она совершила ошибку. И усугубила эту ошибку. И теперь, когда она наблюдала за спасением королевы в своем кристалле, Шип следил за ней.

Сэр Хартмут и Кевин Орли штурмовали гору Надежды к югу от замка – они утверждали, что им нужна точка выше замковых стен.

Шип заранее почувствовал приближение Эша.

Он появился в виде двух людей, двух шутов, одетых в выцветшие рваные наряды. Шуты жонглировали стрелами.

И смеялись – жутким, презрительным смехом, каким хулиганы смеются над своими жертвами в темных углах всего мира.

Стрела Тайлера попала в короля.

Король упал.

Эш – оба шута – заскакали:

– Бей, давай! Думаешь, шелковый пояс на платье Альбы разорван?

Два тела засмеялись, смех звучал одновременно согласно и не в лад.