Чтение онлайн

должна принять решение единогласно. Вы за проведение поединка в рамках Турнира или

против?
– Он с ожиданием смотрел на первую трибуну.

Время замерло. Судьи молчали, пока наконец руку не подняла магистр Фелисити.

– Против.

– Против, - почти сразу эхом откликнулся Таджо.

– Против, - мистрис Айрель кивнула мне с решительным видом.

– За, - мягкий низкий голос Наставника по алхимии прозвучал уверенно.
– Я одобряю

поединок, поэтому что это поддерживает истинный дух Турнира.

Трибуны загомонили, но их опять оборвали распорядители, бросив купол тишины.

– Прошу тишины, господа. Тишины. Дальнейшее голосование не требуется. Судьи не

единогласны в своем решении. Леди Фейу, проведение поединка в рамках триста

семнадцатого кернского Турнира одобрено.
– Он довольно хлопнул в ладоши, улыбаясь.

Псаков старый продажный козел.

Кончики пальцев Люка вспыхнули бледно-голубым, пахнуло морозом и лесом, и пара

гвардейцев Хэсау подвинулась ближе. Начнет конфликт или не начнет конфликт, гадала я с

искренним любопытством. Хэсау только что одобрили Арку в Совете, можно сказать

распахнули двери Предела навстречу диким мирийский прихвостням из-за хребта. Что

перевесит? Желание защитить, или интересы Клана? Сейчас вся Арена с жадным

вниманием оценивала реакцию Хэсау.

Логика и расчет перевесили. Люк отступил назад, хрустнув кольцами.

– Прошу вас, леди Блау, - один из распорядителей пригласил меня вниз, кивком отпустив

остальных участников, кроме Фейу, которые тонкой струйкой потекли куда-то за сцену.

– Защита Хэсау великолепна, - шепнула я Люку с сарказмом, проходя мимо него. Если они

не могут справится даже с этим, то как могут претендовать на большее? Я была зла на

Люка, а потому несправедлива. Даже дядя Кастус вряд ли мог что-то решить в этой

ситуации без предварительной подготовки. Штандарты Блау и Хэсау реяли вместе, и тонуть сегодня нам тоже придется рука об руку.

Я спускалась из ложи медленно, не торопясь, с каждым шагом ощущая, как увеличивается

давление чужих взглядов. Пристальное внимание было липким, большинство смотрело с

жадным лихорадочным интересом, легким презрением и злорадством, особенно мелкие

Рода. Падение Блау доставит всем много истинного наслаждения, даже если Блау просто

споткнутся.

Марша нервничала, хорошо это скрывала, но легкая дрожь в пальцах, трепет ресниц,

излишний румянец, все выдавало то, что она не так спокойна, как хотела казаться.

Я выполнила традиционный по этикету поклон, приветствуя публику, чуть ниже - поклон

судьям, и отсалютовала сжатым кулаком несколько раз по кругу Арены, приветствуя

легионеров. Распорядителей я демонстративно проигнорировала, допустив вопиющее

нарушение этикета.

– Леди Блау, вы подтверждаете право леди Фейу?
– Толстяк сморщился недовольно, но

спросил крайне благожелательным тоном.

– Подтверждаю, - я подняла вверх правую руку, и темная сила Блау вспыхнула, полыхнул

родовой перстень и малая печать, окутав меня облаком тьмы. Вспышка была в несколько

раз сильнее, чем у Фейу.

Марша сощурила глаза, изучая. Трибуны загудели.

– Вы принимаете вызов? Или готовы принести публичные извинения и отказаться от

поединка?

Идею с извинениями и отказом я рассматривала всесторонне, но это тоже проигрыш.

Чистый, всухую. И это было совершенно недопустимо.

– Извинения не приемлемы. Принимаю вызов, - ещё одна вспышка такого же уровня силы.

– Тогда прошу стороны пригласить свидетелей для утверждения условий.

Фей-Фей уже ждала внизу, видимо спустившись следом за мной, поэтому на сцене она

оказалась в считанные мгновения.

А с другой стороны трибун нарочито неторопливо, с высокомерным достоинством, одетый

по своей излюбленной привычке в роскошные белоснежные одежды, к нам на сцену

спускался Анастас Хейли.

Фей рядом презрительно фыркнула, даже не пытаясь изобразить сдержанность. Даже для Фейу выбрать Хейли в свидетели - это сильно, это значит мои догадки верны, и игра

значительно больше, чем мне видится сейчас. Хейли оторвал бы свою белоснежную

задницу от стула только ради очень крупной рыбы. Я нашла взглядом Кантора на трибунах

Тиров второго яруса, но он смотрел не на меня. Облокотившись на перила, почти

свесившись вниз, сдвинув брови, Тир с напряженным вниманием изучал Хейли.

– Свидетели на месте. Леди Фейу, прошу озвучить условия вызова.

– Три дисциплины. Три искусства. Музыка, рисование, стихосложение. Условие - публичные

извинения. Победит сильнейший.

– Леди Блау, вы подтверждаете?

– Подтверждаю.

– Свидетели, вы подтверждаете?

– Подтверждаю, - сказать хором у них не получилось, потому что Хейли опять небрежно

растягивал гласные.

– Леди Блау, прошу озвучить условия.

– Три дисциплины. Результаты леди Фейу в этих дисциплинах аннулируются. Либо

поединок, либо Турнир. И не могут быть приняты и озвучены для приема в Академию.

Победит сильнейший. В публичных извинениях леди Фейу не нуждаюсь.

Трибуны опять загомонили. Марша вспыхнула гневным румянцем, приятно смотреть. Все-

таки огненные элементальщики обычно все обладают взрывным темпераментом.

– Протестую, - хриплый мужской голос раздался с ложи Фейу, усиленный чарами.

– Протест отклонен, - магистр Фелисити несколько раз стукнула тростью об пол, привлекая

внимание трибун.
– Коллегия считает условия справедливыми, - она явным удовольствием

подняла вверх крючковатый палец.

– Я протестую...