Чтение онлайн

Блаженство.

Горькая, терпкая жидкость обожгла язык, прокатилась по горлу, согревая изнутри лучше любой шубы. Мой внутренний кризис-менеджер, который держался на силе воли два месяца, наконец-то получил допинг.

— Это лучше, чем ваша трава, — признал Виктор, допивая залпом, как водку. — Сердце начинает биться ровнее. Голова ясная.

Он посмотрел на пустую чашку с сожалением.

— Ицхак привез мешок, — успокоила я его. — Хватит на зиму. Но это — только для командного состава. Для тебя и меня. Солдатам это давать нельзя — они станут слишком умными и нервными.

Я поставила чашку и подошла к сундуку у входа.

— У меня есть для тебя кое-что еще.

Я достала сверток, который оставила Марта.

— Примерь.

Виктор развернул ткань. Он молча оглядел плащ. Провел пальцем по вощеной шерсти. Щелкнул когтем по застежке. Как я и ожидала, он не стал восхищаться цветом или кроем. Он оценил инженерию.

— Сброс, — утвердительно сказал он, дернув за шнурок. Застежка щелкнула и раскрылась. — Умно. Меня дважды чуть не удушили собственным плащом в свалке.

Он накинул плащ. Волчий мех лег на его широкие плечи как влитой. Темно-серая ткань скрыла помятую рубаху. Виктор мгновенно преобразился. Из заспанного мужчины он снова превратился в Лорда Сторма. Но теперь этот Лорд выглядел... дороже. Опаснее. Он сунул руку во внутренний карман.

— Глубокий. Под карту.

— И под флягу с кофе, — добавила я. — Чтобы не мерзнуть на стене.

Он шагнул ко мне.

Теперь он возвышался надо мной, закованный в новую броню из шерсти и меха. От него пахло кофе, мужским потом и теперь — новой, дорогой тканью.

— Зачем? — спросил он тихо. — Зачем ты это делаешь, Матильда? Кормишь. Одеваешь. Греешь.

Он смотрел мне прямо в глаза, и в его взгляде больше не было подозрения. Был вопрос человека, который отвык от бескорыстия.

— Потому что ты — мой актив, Виктор, — я улыбнулась уголками губ, поправляя воротник его нового плаща. Мои пальцы коснулись жесткого меха. — А я привыкла заботиться о своих активах. К тому же... мне нравится, когда мужчина рядом со мной хорошо одет. Это повышает мой статус.

Он хмыкнул. Коротко, отрывисто. Почти смешок.

— Актив, значит.

Он вдруг накрыл мою руку своей ладонью. Прижал её к своей груди, там, где под мехом и льном билось сердце — гулко, сильно.

— Спасибо. За... инвестиции.

Он сжал мою руку на секунду, потом резко отпустил, развернулся по-военному четко и направился к двери.

— Я на стену. Проверю посты. Прикажу Доре... налить мне этой черной смолы с собой.

— Есть, сэр, — ответила я его спине.

Дверь за ним закрылась. Тихо. Он не хлопнул ей, как вчера. Я осталась стоять посреди комнаты, чувствуя, как на ладони все еще горит след от его прикосновения.

Я подошла к столу, достала свой ежедневник (сшитый вручную из обрезков пергамента) и макнула перо в чернильницу. На чистой странице я вывела:

«Задачи на сегодня: 1. Проверить обжарку кофейных зерен. 2. Проверить запасы угля для котельной. 3. Объяснить Виктору, что такое "выходной", пока он не загнал себя окончательно. 4. Платье. Мне срочно нужно синее платье».

Я посмотрела на строчки. Подумала. И дописала пятый пункт:

«5. Заказать Марте еще одну подушку. Пожестче. На случай повторных ночных визитов». Отложив перо, я встала в центре комнаты. Виктор ушел, унеся с собой запах кофе и тяжелую ауру воина, но день только начинался. И начинался он с ритуала, который я не пропускала ни разу за эти шестьдесят дней. Даже когда за стенами выли химеры.

Я сбросила сорочку, оставшись абсолютно нагой перед высоким, в пол, зеркалом в бронзовой раме (найденным в старой кладовой и отмытым до блеска). Холодный воздух комнаты коснулся кожи, но я не поежилась.Я смотрела на отражение..На меня смотрела женщина лет тридцати пяти. Высокая, статная. Кожа, когда-то серая и пергаментная, теперь светилась той здоровой бледностью, какая бывает у аристократок, пьющих молоко и спящих на шелке. Грудь была высокой, бедра — округлыми, без намека на дряблость. Это было тело мечты. Тело, которое я получила авансом от магии этого мира. Но я знала цену кредитам.

Я закрыла глаза и медленно подняла руки вверх, делая глубокий вдох. Поза Дерева. Моя правая ступня уперлась во внутреннюю часть левого бедра. Баланс. Я стояла неподвижно, чувствуя, как напрягаются и расслабляются мышцы.

Внутри меня жил липкий, холодный страх. Страх проснуться и обнаружить, что магия ушла. Что суставы снова скрипят, спина не гнется, а кожа висит сухими складками. Я боялась «магического дефолта».

— Ты не вернешься туда, — прошептала я, меняя ногу. — Мы заморозили этот актив. Мы проводим ежедневную амортизацию.

Йога была моей молитвой. Двадцать минут растяжки, планки и дыхания. Я чувствовала каждый позвонок, каждую связку, утверждая свою власть над этой новой материей. Закончив комплекс, я позвонила в колокольчик. Дверь приоткрылась почти мгновенно.

— Доброе утро, миледи, — голос был тихим, с заискивающими нотками.

Лиза. Горничная с пухлыми губами и бегающими глазками. Та, что в первый же день попыталась стянуть мой перстень.

Я не выгнала её на мороз. В бизнесе кадры — это ресурс. Даже дефектные кадры можно использовать, если найти правильное применение. Лиза была ленивой, завистливой и падкой на блестящее. Но у неё были ловкие, чувствительные пальцы и страх перед улицей.

— Ванну, Лиза. С хвойным экстрактом и морской солью. И принеси мою банку номер четыре.

— Скраб из кофейной гущи и меда, миледи? — уточнила она, жадно разглядывая мою шелковую шаль.

— Именно. И не вздумай пробовать его на вкус. Он для бедер, а не для желудка.

— Ну что вы, миледи... — она опустила ресницы, пряча обиду.

Пока набиралась вода (горячая вода, бегущая по трубам, которые мы прочищали магией и уксусом неделю — моя личная победа над средневековой антисанитарией!), я подошла к своему туалетному столику. Здесь царил лабораторный порядок. Стеклодув Ян превзошел сам себя. Вместо грубых глиняных горшков мои кремы теперь жили в изящных баночках из темно-синего стекла. Каждая крышка была притерта так идеально, что издавала характерный чпок при открывании.

Я взяла баночку с надписью «Лицо. Утро». Состав: масло шиповника, вытяжка из алоэ (которое Дора нашла в оранжерее) и капля эфирного масла чайного дерева для тонуса. Я нанесла крем похлопывающими движениями. Запахло свежестью и аптекой.

— Мы сделаем из этого бренд, — промурлыкала я, глядя, как кожа впитывает драгоценную влагу. — «Storm Cosmetics». Или нет... «Secrets of the Keep». Алхимики с их ртутными мазями разорятся, когда женщины поймут, что от моей косметики у них не выпадают зубы.