Гвианские робинзоны (= Беглецы в Гвиане, Тайна золота)
Шрифт:
Родители не стали докучать расспросами, мать была нежной, как всегда, рукопожатия отца и братьев - такими же крепкими и сердечными. Гокко ощетинили гребешки и потихоньку квохтали. Птицы-трубачи испускали воинственные кличи. Гуси, куропатки, фламинго заливались на разные голоса. Не только обитатели птичьего двора, но и полу домашние животные принимали деятельное участие в общем хоре приветствий.
Муравьед Мишо, гордо поднявший султаном пышный хвост, похрюкивал от удовольствия при виде Кэти, ручного ягуара, а обезьянка Шарля Сими, расшалившаяся, как в дни далекого детства, вскочила на хищника и начала яростно чесать свой безухий череп, а потом рыться в шерсти своего "верхового коня", выискивая насекомых-паразитов, которые могли там обосноваться.
Эта библейски идиллическая картинка*, это мирное объединение и гармония столь разных созданий, обычно вызывавшие у юноши встречную радость и доводившие до предела общий восторг, на сей раз оставили его равнодушным.
______________
* "...библейски идиллическая картинка..." - мирная и успокаивающая душу, напоминающая об описанной в Библии жизни древних пастушеских племен.
Анри казался чем-то обеспокоенным. Его необычная холодность удивила и встревожила отца.
– Не болен ли, дитя мое? - спросил каторжанин, хотя цветущий вид и гордое поведение юноши явно опровергали такое предположение.
– Нет, папа, - почтительно ответил сын, - ты ведь знаешь, что у меня уговор с моим здоровьем...
– Но ты все время молчишь... Я уже подумал о приступе лихорадки. Видишь ли, мой друг, каким бы крепким ни был европеец, как бы ни приноравливался к местному климату, его давний враг, лихорадка, никогда не дремлет, она находит слабое место, чтобы проникнуть в человеческий организм. Ты долго отсутствовал, никогда еще не проводил столько времени вне дома... Естественно, мы начали волноваться.
– Извините, дорогие мои родители, извините, - повторил Анри, не отвечая прямо на вопрос отца. - Демон охоты увлек меня...
– ...и ты, как всегда, поддался искушению...
– Ну конечно! Когда я чувствую перед собой беспредельность, когда взору открывается девственный лес с неизведанными просторами, с зарослями и огромными деревьями, что-то творится со мной, я весь преображаюсь. Как будто свежий воздух врывается в мозг, дыхание свободы наполняет грудь, мне кажется, что я мчусь в неизвестность, могу объять необъятное!
– Только, чтобы убить ягненка! - лукаво заметил проказник Эжен. - Ты настоящий охотник за Вечностью, такой тропический Немрод!*
______________
* Немрод, правильнее Нимрод - в библейской мифологии богатырь и охотник, царство которого находилось в Месопотамии. Имя его стало нарицательным для обозначения искусного охотника.
Анри обычно очень находчиво парировал реплики, но на этот раз почему-то смолчал. Никола огорчился: он любил запальчивые, но вполне мирные словесные "турниры" братьев, которые для победителей и побежденных завершались общим заливистым смехом школьников на переменке.
– Ягненок! Он подстрелил только одного ягненка! За два дня! - подпустил шпильку и парижанин. - Да ты, наверное, встретил русалку, Maman-di-l'Eau, как говорит Казимир!
– Нет, нет, компе, - живо возразил добрый старик, и голос его звучал боязливо, - не шутите с Maman-di-l'Eau! Она своенравней, чем индианка. Она бывает или хорошей, как белый человек, или плохой, как оякуле!
Пока Никола потешался над страхами старого негра, Анри незаметно подал знак отцу, и мужчины уединились.
Старший из братьев-робинзонов снова прихватил свой лук со стрелами и свистнул ягуару, который тут же ринулся за хозяином. Робен первым нарушил молчание.
– Плохой же из тебя дипломат, мой милый Анри.
– Почему же, отец?
– Да стоит понаблюдать тебя одну минуту и, если не глух и не слеп, сразу определишь, что ты принес дурную весть.
– О! Кто тебе сказал?
– Да мои собственные глаза. Как, такой неутомимый ходок, такой ловкий и непогрешимый стрелок из лука, ты возвращаешься через два дня с этой жалкой добычей! Как, человек с железными мускулами, такой храбрый и самый сильный из нас, ты берешь с собой оружие; ты зовешь с собой верного стража, хотя мы отходим на двадцать шагов. И ты удивляешься моим словам? Я вижу, дитя мое, что нам угрожает серьезная опасность.
– Увы, правда. Мне только не хотелось вызывать тревогу у матери.
– Вот это верно. Узнаю моего сына, мою "правую руку", мое "alter ego"*. Опасность, должно быть, неминуема и очень серьезна, если требует таких предосторожностей...
______________
* "Второе я", в данном случае - "человек, который во всем подобен и равен мне".
– Посуди сам, отец. Я нашел следы белых на индейской тропе.
Робен сохранил невозмутимость, только глаза его вспыхнули.
– Это серьезно!.. - сказал он врастяжку. - Очень серьезно. Нисколько не сомневаюсь в твоих способностях "лесного следопыта"... Ты сам видел, сам убедился...
– Сначала у меня еще оставались кое-какие сомнения. Я не впервые обнаруживаю в лесу человеческую тропу. Часто шел по следам индейцев. И научился распознавать, по выражению из псовой охоты, "присутствие" арамишо или, например, эмерийонов... У этих последних отпечатки вывернутых ног никак не спутаешь с изящными и тонкими следами первых, а вот тяжелые вмятины индейцев галибы очень отличаются от легких следов оямпи. Но какое значение имели для нас эти безобидные люди?..
Инженер слушал, не прерывая, сыновнюю исповедь о таких простых и вместе с тем сложных вещах, и то ли от взволнованного искреннего тона, то ли от грозящей близкой опасности он невольно припоминал легендарного героя Фенимора Купера, по чьим стопам его сын шел так уверенно и успешно.
Юноша продолжал:
– Я подзывал свистом дикого кролика. Кэт, сидя возле меня, выжидала удобного момента, чтобы наброситься на него, когда я вдруг увидел в поведении ягуара признаки беспокойства и даже гнева. Ты ведь знаешь отличный инстинкт и бесподобный нюх моего спутника. Очень сомневаюсь, чтобы лучшие ищейки Европы могли соперничать с этим беспощадным охотником, которого мы скорее укротили, чем приручили. Агути* приблизился, учуял нас, удивленно хрюкнул и убежал, но Кэт не обратила на него никакого внимания. Ее сморщенная в ярости морда была обращена в прямо противоположном направлении. Я навострил уши, и мне показалось, что слышен хруст веток, только очень слабый и отдаленный. Я спрятался за большим эбеновым деревом и ждал, удерживая ягуара за шею.
______________
* Агути - животное семейства агутиевых, обитающее в Центральной Америке. Внешне напоминает крупного кролика (длина тела до полуметра) с короткими ушами.
Шум приблизился, и вскоре в нескольких шагах от меня показались девять краснокожих, которые шли индейской цепочкой. Шестеро мужчин и три женщины, из которых одна, самая юная, пребывала, по-моему, в состоянии полного отчаяния. Высокий старик с суровым лицом что-то ей выговаривал резким тоном. У той вырвалось рыдание, тогда он ударил ее по лицу рукояткой мачете. Брызнула кровь, несчастная нагнула голову и умолкла. Они прошли совсем рядом со мной, и я понял, что индейцы спасались бегством, потому что несли с собой все лагерное снаряжение и буквально изгибались под тяжестью продуктов. Меня не интересовало, куда направляются эти люди, но очень хотелось знать, откуда они вышли.