Harlow Hemmings
Шрифт:
– У тебя есть собственные сбережения? – спросила она с тревогой через несколько секунд.
– Нет, но у меня есть драгоценности Ханны. Я полагала, что смогу сдать их в ломбард, - робко сказала я.
– Ломбард? В каком веке ты живешь? – засмеялась она над моим потрясенным выражением лица.
– Ну, я определенно не смогу продать их на E-Bay, - возразила я, невольно улыбнувшись.
– Ладно, ломбард. Какими будут твои дальнейшие планы?
– Я собиралась устроиться куда-нибудь официанткой, - призналась я.
– Ты знаешь, что должна делать официантка?
Я смутилась.
– Конечно, приносить людям еду и напитки.
Когда я закончила, тетя с недоверием смотрела на меня.
– Что?
– Ты думаешь, что работа официантки заключается только в этом? – моя пытка продолжалась.
– Ну, да.
Я видела сомнение в ее глазах и моя уверенность внезапно испарилась.
– Знаешь, этот план совершенно неудачный и сказать, что он имеет недостатки, будет явным преуменьшением.
– Мне очень жаль, но я не могу придумать ничего лучше.
– Харлоу, позволь мне сказать, что это и вправду отстойно. Но, - она подняла вверх палец, когда я открыла рот, чтобы заговорить, - вместе мы сможем что-нибудь сделать. Во-первых, скажи мне, на самом ли деле ты хочешь покинуть мой дом?
– Не пойми меня неправильно, но да. Мне нужно разобраться, чего я хочу от своей жизни, а для этого просто необходимо провести какое-то время в одиночестве, - я заглянула ей в глаза и нежно коснулась руки.
– Хорошо. А что если я скажу, что тебе не нужно искать дешевый мотель и работу в качестве официантки?
– Что ты имеешь в виду?
– Ты же знаешь о загородном доме Андерсонов?
Андерс была девичьей фамилией моей матери и, конечно, я знала об этом домике у озера. Стефани иногда рассказывала мне о своем детстве и каникулах, проведенных там вместе с семьей.
Я нерешительно кивнула.
– К чему ты клонишь?
– Ты можешь остановиться там. Я унаследовала его от наших родителей три года назад и держу его в качестве гостевого дома, - Нора ободряюще мне улыбнулась.
– Но что я буду там делать? – спросила я, все еще смущаясь.
– Ну, завтра воскресенье, - ликующе сообщила она.
– Я не очень религиозна.
– Я тоже, - тетя уже теряла терпение и поглядывала на настенные часы. – Но завтра днем состоится вечеринка в саду Томлинсонов. Джоанна любит устраивать воскресные вечеринки и все, кто хоть что-то значит в этом городе, будут там.
– Я не понимаю.
– Ей нужен помощник для организации таких раутов. До недавнего времени это было работой Даниэль, но на прошлой неделе, когда мы были в маникюрном салоне, Джоанна жаловалась, что Даниэль уходит из-за своей беременности, и теперь никак не найти никого такого же талантливого организатора.
– Так ты хочешь сказать, что… – я повела бровью.
– Я знаю, что ты вела дела Стефани и организовывала благотворительные вечера.
Ее улыбка была такой искренней, что на секунду и я заразилась ее энтузиазмом. Но затем она заметила мое печальное выражение лица.
– Никто не захочет работать с Ханной, - вздохнула я.
– Ой…
Я кивнула.
Так мы и сидели в тишине какое-то время, но Нора нарушила молчание.
– Знаешь что? Давай решим, по крайней мере, одну проблему. Поезжай в дом у озера и позволь мне поговорить с Джоанна. Если она откажется работать с тобой, мы вместе подумаем, что делать дальше.
Моя благодарная улыбка была испорчена жужжанием телефона в кармане. Я нерешительно вытащила его, и гнев вскипел в моих венах - на дисплее красовалось имя Смита.
– Кто это? – Нора заметила, что я нахмурилась.
– Смит.
– Ты будешь отвечать?
Мой разум был просто заморожен, а в горле застрял ком. Я гипнотизировала телефон, пока звонок не прекратился.
– Думаю, что в ближайшее время он больше не позвонит, - прошептала я, но телефон снова ожил и резал вечерний воздух острым ножом раздражающего звука.
– Ты должна ответить, - прошептала Нора, но я отрицательно замотала головой, сильно сжав челюсти и кулаки, больно впившись пальцами в ладони.
Мы замерли, слушая тишину, пока телефон не зазвонил в третий раз, и тут мои нервы дрогнули. Я сердито вдавила зеленую кнопку.
– Чего ты хочешь, Смит? – нетерпеливо спросила я.
– И тебе привет, дочка, - его голос был полон сарказма. – Я хотел проверить, как у тебя дела, но, видимо, набирал неправильный номер.
– Что тебе нужно? – спросила я еще раз.
– Ничего необычного. Как все проходит?
Внутри меня поднималась новая волна гнева.
– Дорогой Смит, не бойся, все просто супер, - начала я тошнотворно сладким голосом. – Ты солгал мне, использовав меня; ты потерял все из-за своего пристрастия к азартным играм, и теперь я застряла здесь, решая последствия ваших с Ханной действий. Так что спасибо тебе за то, что врал мне и бросил одну разбираться со всем этим дерьмом.
С этими словами я удовлетворенно нажала на красную кнопку и, взглянув на Нору, рассмеялась, увидев ее самодовольное лицо.
– Мне нравится, что ты наконец-то постояла за себя, - радостно воскликнула она.
– Тебе не кажется, что уже пора было сделать это? – твердо отрезала я, зная, что это была довольно слабая попытка защитить себя, но, по крайней мере, я попыталась.
Мы дождались такси, и Нора дала мне ключи от дома; мы обнялись, и я вышла из дома со стеклянными от слез глазами.
Дом Андерсонов оказался совсем не таким, как я ожидала. Сидя в машине, я развлекала себя мыслью, что я сделаю, если он окажется похож на летний дом из «Игры Джеральда»*, с чудовищными существами, выползающими из темных вод озера.
Но то, перед чем остановилась машина, было совершенно другим – милый, деревянной постройки, с большим количеством ламп, работающих от солнечной энергии, и с яркими красными цветами в горшках. А озеро, как я узнала позже, находилось довольно далеко, в десяти минутах ходьбы и, безусловно, в округе не было никаких жутких монстров.
Я сразу же влюбилась в этот дом – с его доступом в Интернет и отлично ловившей сотовой связью, не говоря уже о камине и забитом едой холодильнике. Я позвонила Норе, и та объяснила, что дом хотела арендовать на неделю пара молодоженов, но в последний момент отказалась.