Чтение онлайн

Но он должен вести честную жизнь, в противном случае его расписка будет предъявлена полиции. Я обезопасил себя, объяснив ему, что моя смерть его не спасет. Вы - мой самый старинный друг. Я знаю, что моя просьба для вас тяжкое бремя, но я прошу вас выполнить ее ради моей покойной жены, которая тоже была вашим другом! Найдите Найджела. Если он ведет добропорядочный образ жизни, уничтожьте письмо и его признание. Если же нет - то пусть свершится правосудие!

Искренне любящий Вас

Артур Стэнли".

– Ох-хо-хо!
– глубоко вздохнул Пуаро. Он развернул второй листок.

"Я, нижеподписавшийся, признаюсь в том, что 18 ноября 1952 года убил свою мать, дав ей большую дозу мединала. Найджел Стэнли".

Глава 22

– Надеюсь, вы трезво оцениваете свое положение, мисс Хобхауз. Я вас уже предупреждал, что. Вэлери Хобхауз не дала ему договорить.

– Да-да, я знаю, что мои показания могут быть использованы против меня. Я к этому готова. Вы предъявили мне обвинение в контрабанде драгоценностей и наркотиков. Я не надеюсь, что суд меня оправдает, мне грозит длительное тюремное заключение. Я знаю и то, что вы обвиняете меня в соучастии в убийстве.

– Чистосердечное признание может облегчить вашу участь. Хотя никаких гарантий я вам дать не могу.

– И не надо. Может, лучше уж сразу свести счеты с жизнью, чем томиться столько лет в тюрьме. Я хочу сделать заявление. Может, я и соучастница убийцы, но сама я никого не убивала, у меня и в мыслях ничего такого не было. Я нормальный человек. А Найджел.., это он убивал. И я не собираюсь расплачиваться за его преступления.

Силия знала слишком много, но я могла бы все утрясти. Найджел не дал мне времени. Он встретился с ней, обещал признаться в том, что разрезал рюкзак и залил конспекты, а затем подсыпал ей в кофе морфий. Еще раньше он выкрал у нее письмо и вырезал из него кусок с фразой, намекающей на самоубийство. Эту бумажку и пустой флакон из-под морфия, который на самом деле он не выкинул, а припрятал, Найджел положил у ее кровати. Теперь мне понятно, что он давно замышлял убить Силию. Потом он признался мне во всем. И я поняла, что должна держаться с ним заодно, иначе я тоже пропала.

Примерно то же случилось и с миссис Ник, которой тоже было кое-что про него известно, но она молчала... Когда он узнал, что она злоупотребляет спиртным, он испугался - ведь спьяну она могла проболтаться.., в общем, он решил избавиться от нее, подсыпав ей в рюмку какого-то яда. Потом он божился, что якобы тут ни при чем, но я знаю, что это он ее убил. Затем была Пат. Он пришел ко мне и рассказал о случившемся. Сказал, что я должна сделать, чтобы у нас обоих было безупречное алиби. Я тогда уже совершенно запуталась.., выхода не было...

Наверное, если бы вы меня не задержали, я уехала бы за границу и начала новую жизнь. Но мне не повезло. И теперь я хочу лишь одного: чтобы жестокий, вечно издевающийся над всеми мерзавец отправился на виселицу.

Инспектор Шарп глубоко вздохнул. Все складывалось удачно, на редкость удачно, но он был удивлен.

Констебль лизнул карандаш.

– И все-таки мне непонятно...
– начал Шарп. Она оборвала его:

– Вам и не нужно ничего понимать. У меня к нему свои счеты.

Раздался мягкий голос Эркюля Пуаро:

– Из-за миссис Николетис? Вэлери судорожно вздохнула.

– Ведь она была вашей матерью, да?

– Да, - сказала Вэлери Хобхауз, - она была моей матерью...

Глава 23

– Я не понимаю, - умоляюще произнес мистер Акибомбо и тревожно поглядел на своих рыжеволосых собеседников.

Салли Финч настолько увлеченно беседовала с Леном Бейтсоном, что Акибомбо с трудом улавливал нить разговора.

– Так кого же, по-твоему, - спросила Салли, - Найджел хотел подставить: тебя или меня?

– Скорее всего, обоих, - ответил Лен.
– А волосы он, наверно, снял с моей расчески.

– Не понимаю, пожалуйста, - сказал мистер Акибомбо.
– Значит, это Найджел прыгал по балконам?

– Найджел прыгуч, как кошка. Я бы ни за что так не смог - вес не тот.

– Тогда примите мой искренний извинения за то, что я зря подозревал вас.

– Ладно, не переживай, - утешил его Лен.

– Но ты правда здорово помог, - сказала Салли.
– Как ты здорово сообразил про борную кислоту! Мистер Акибомбо расцвел.

– Да вообще давно стоило понять, что Найджел страдал разными комплексами и...

– Ой, ради Бога, Лен, не уподобляйся Колину! Найджел мне всегда был глубоко омерзителен, и теперь я наконец понимаю почему. Но ведь правда же, если бы сэр Артур Стэнли поменьше сентиментальничал и уже тогда отправил бы его куда следовало, жизнь троих людей была бы сейчас спасена? Не могу избавиться от этой мысли.

– С другой стороны, его чувства тоже можно понять...

– Пожалуйста, мисс Салли...

– Да, Акибомбо?

– Может быть, если вы видите завтра на вечер в университете мой преподаватель, вы скажете ему, что я пришел к очень верный умозаключение? Потому что мой преподаватель часто говорит, что у меня в голове неразбериха.

– Конечно! Обязательно скажу. Лен Бейтсон был мрачнее тучи.

– Через неделю ты уже будешь в Америке, - вздохнул он.

На мгновение воцарилось молчание.

– Я приеду, - сказала Салли.
– Или ты приезжай к нам.

– Зачем?

– Акибомбо!
– сказала Салли.
– Тебе хотелось бы в один прекрасный день стать шафером на свадьбе?

– А что такое "шафер"?

– Ну, это когда жених.., скажем, Лен, дает тебе на сохранение венчальное кольцо, и вы едете в церковь, очень нарядные, а потом он берет у тебя кольцо и надевает его мне на палец, и орган играет свадебный марш, и все плачут.

– Значит, вы с мистером Леном хотите пожениться?

– Ну да.

– Салли!

– Если, конечно. Лен не возражает.

– Салли, но ведь ты не знаешь... У меня отец...

– Ну и что? Тем более что я знаю. Твой отец немного того...
– Она покрутила пальцем возле виска.
– Ничего страшного, у многих отцы немного того...

– Но это не передастся по наследству. Честное слово! Как же я переживал все это время!

– Я догадывалась.

– В Африке, - сказал мистер Акибомбо, - давно, когда еще не приходил атомный век и научная мысль, свадебные обряды были очень интересный и забавный. Хотите я расскажу?