Чтение онлайн

Ко всем людям, которые живут, жили, и будут жить в этом Мире, увы, далеком от совершенства, но, к счастью, далеко не так безнадежном, как это иногда нам кажется.

Ко всем живым существам, которые обитают, обитали, и будут обитать в этом Мире.

Ко всему тому, что в Нем есть, было и будет.

И не только на Земле.

И Вы продолжаете настаивать на том, что человек – это микрокосм?

Что-то наподобие микроба?

Или – бактерии?

Или – фага?

В таком случае сходите на рыбалку с ночевкой под открытым небом.

Чем раньше, тем лучше.

Пока еще не стало совсем поздно.

И – поделитесь своими впечатлениями.

С тем, с кем Вы считаете уместным.

Ведь место уму и подлинно человеческим чувствам – Везде.

А время ума и подлинно человеческих чувств – Всегда.

Екатерина Александровна так и сделала – по уму.

И – по совести.

В тот день, когда Гену К. привели в ее класс, – а было это в самом начале сентября, – она провела классное сочинение.

На тему: «Какие мои мечты не успели сбыться за прошедшее лето?».

И – вс"e!

И человек, искренне, честно и откровенно написавший такое сочинение, предстает перед своим читателем, как на ладони: со всеми своими жизненными приоритетами и ценностными ориентирами.

И не надо быть ни дипломированным психотерапевтом, ни лицензированным психоаналитиком, чтобы узнать и понять, какие проблемы мучают человека, написавшего такое классное сочинение, к чему он стремится в жизни, и что ему мешает в осуществлении его устремлений.

А, узнав и поняв, – помочь.

Ему.

Или – ей.

Разобраться.

С его или ее проблемами.

Иначе зачем тогда взрослые невзрослым?

У ответственного же работника, являющегося – по совместительству – отцом Гены К., было несколько иное представление обо всех этих «вещах»: обеспечить солидное материальное благосостояние семьи – в общем, и каждому из ее членов в частности – вот главная его задача.

Как ему кажется.

Что сверх того, то, как говорится, «от лукавого».

Поэтому и ездил он на рыбалку только с нужными людьми.

К числу которых, естественно, его сын не относился.

И – не только на рыбалку.

А еще – и на охоту, как правило, на два дня.

И – в сауну, обычно – до утра.

Исключительно убедительно объясняя своей жене, что именно там решаются самые животрепещущие деловые вопросы.

То есть, там, где «без галстуков».

Как минимум.

А там, где «при галстуках», там принятые решения только оформляются официально.

Якобы так.

Насколько этому можно верить – кто его знает?

В любом случае жены высокопоставленных рыбаков-охотников-парильщиков, как правило, получают солидную материальную компенсацию.

За понесенный ими «моральный ущерб».

А дети?

А дети остаются, как правило, «при своих».

При тех обещаниях, которые им когда-то были дадены.

Дадены да недодадены.

Ведь родитель, обещая что-либо своему ребенку, не обещает, что он выполнит свое обещание, не так ли?

Так какие, спрашивается, к нему могут быть претензии?

Оказывается, могут-таки быть.

И обязательно будут.

У кого?

У его сына.

Того самого, которому он постоянно внушал, что врать и обманывать – это нехорошо.

А сам постоянно ему врал и его обманывал.

Если только вообще с ним общался.

И если от своей жены высокопоставленному мужу еще как-то удается откупиться деньгами, особенно, при условии не особо вмешиваться в ее личную жизнь, достигая тем самым некоего молчаливого взаимного согласия – паритета на некие шалости, то с сыном такие проделки не проходят.

Никакими покупками никаких игрушек – будь то электронные или не-электронные – не компенсируется дефицит настоящей мужской дружбы отца с сыном.

Даже котенок или кутенок, взятый в семью, хочет, чтобы с ним играли.

Пусть даже в самые простые и незамысловатые игры.

А тут – человек, пусть и маленький, но вполне настоящий!

Да, конечно, как только он обретает способность самостоятельно передвигаться в окружающем его пространстве, он может какое-то время уединенно проводить в мире своих собственных фантазий, строя себе пещеры в платяном шкафу или комоде.

Вытаскивая оттуда и разбрасывая по полу все лишнее – сложенное в аккуратные стопки постельное и нижнее белье, альбомы с семейными фотографиями и папки с документами.

Вам это не нравится?

Вас это раздражает?

Вас это возмущает?

Сердитесь на себя: это не Ваш ребенок, а Вы сами не сочли нужным, или – забыли, или – не успели, что никоим образом не снимает с Вас ответственности – закрыть створки шкафа или ящики комода на ключ.

Вы пребываете в совершенном отчаянии оттого, что Ваш ребенок разрисовал разноцветными фломастерами только что поклеенные дорогостоящие обои?

Ну и кто Вам в этом виноват?

Обои?

Фломастеры?

Ребенок?

Дудки-с!

По совершенно логичной логике ребенка, если есть чемрисовать, то на ч"eм всегда найдется, в ч"eм Вы можете легко сами убедиться, оставив своего ребенка нежного возраста один на один с пачкой фломастеров.

Мальчики при этом отдают предпочтение созданию настенных панно.

В стиле Давида Сикейроса и Хосе Клементе Ороско.

О чем ни первые, ни вторые даже не догадываются.

Девочки…

Девочки ближе к жизни.

Реальной.

Они пишут автопортреты.

То есть, портреты самих себя.

На самих себе.

При этом губы красятся красным фломастером, глаза обводятся синим или зеленым: все, как у мамы.

Если же у Вас – покамест – нет ребенка – не беда: во-первых, значит радость его появления в Вашей жизни еще впереди; и, во-вторых, постарайтесь вспомнить себя в самом нежном своем возрасте.