Чтение онлайн

– А он – мой. Разве не может оказаться, что они знакомы?

– Возможно! Возможно! И пока мы все здесь, что же, задавайте ваши вопросы, но любая попытка отстранить Совет не пройдет. Мой пленник находится здесь только по личному приказу лорда Аксвита…

– Он здесь для того, чтобы мы могли узнать от него то, чего вы не смогли.

– Если вы их сведете вместе, они будут только лгать, и вам придется…

– Принять меры?

– Именно. И это будет не мое дело.

– Тем не менее этот джентльмен был вашим делом. – Фойзон вздохнул, указав на человека, привязанного к стулу. – И вы действовали довольно грубо.

– Он не джентльмен! – Взгляд Харкорта был суровым. Чань понял, что к пленнику применили дикие пытки именно из-за нерешительности Харкорта: жестокость была следствием разочарования от своей неспособности добиться результата.

Фойзон пожал плечами.

– Кровь у него такая же, как у джентльменов, но я не знаток этих различий. Я знаю, что кардинал Чань…

– Закоренелый преступник.

– Если вы под этим подразумеваете, что его будет труднее убедить, я согласен.

– Не говорите здесь, где он может вас услышать! – выпалил Харкорт. – Вы придали ему решимости, теперь он еще дольше станет держаться!

– Я не сказал ничего такого, чего бы кардинал не знал. Он также знает, что, как бы он ни сопротивлялся, я сломаю его. Единственный вопрос в том, насколько сильно он при этом пострадает.

– Если вы думаете, что мы пощадим вас, – обратился Харкорт к Чаню, решив все-таки поддержать Фойзона, – вы глубоко ошибаетесь. Государство в опасности. Интересы Короны. И, выступая против нас, вы действуете как обычный изменник.

Чань кивнул на пленника, привязанного к стулу.

– А он?

Фойзон стянул с головы пленника мешок. Мистер Фелпс поморщился от света, как будто тот мог ударить его. Побои, перенесенные Каншером в тюрьме Марцеллина, были пустяком по сравнению с тем, что выпало на долю Фелпса. Запекшаяся кровь покрывала его лицо. Один заплывший глаз был закрыт, из другого, хотя он и был открыт, сочился гной. Нос был сломан, а губы разбиты и рассечены.

Чань почувствовал тяжесть в желудке. Фелпс был одним из них, и вот что с ним сделали. Фойзон осторожно повернул лицо Фелпса к Чаню.

– Вы знаете этого человека?

Фелпс утвердительно кивнул и сказал слабым каркающим голосом:

– Преступник… его следует повесить.

– Вы только что слышали, как мистер Харкорт высказал такое же мнение. Возможно, вы объясните, почему его следует повесить?

– Он объявлен вне закона… Герцог подписал указ о его казни.

– Я не верю, что подписал.

– Потерян… не был доставлен по назначению…

– Продолжайте, мистер Фелпс. Когда вы в последний раз видели этого человека?

Фелпс покачал головой, услышав этот вопрос, как будто такие вещи были неподвластны его смятенному разуму, но Фойзон сохранял терпение.

– В Парчфелдте? В Харшморте? В тот вечер во дворце?

С болью Чань увидел, как в ответ на последний вопрос Фелпс слишком демонстративно затряс головой. Харкорт, торжествуя, указал на него пальцем.

– Он лжет.

Фелпс издал жалобный сдавленный стон.

– Чань – убийца… вы сами знаете…

– Кого он убил?

– Я не знаю…

– Полковника Аспича?

– Не знаю…

– А как насчет Альфреда Леврета? Или Шарлотты Траппинг? – Фойзон оставался спокоен. – Кронпринца Макленбургского? Графа д’Орканца? – Фелпс глотал воздух, неспособный ответить. Слюна текла по его разбитым губам. Фойзон положил руку на плечо Фелпса. – Так много смертей…

– Я ничего так сильно не хочу, как увидеть кардинала на эшафоте, – сказал Харкорт.

– Какого черта вы здесь? – Тон Чаня был угрожающим и мрачным. Харкорт струсил.

– Я… лорд Аксвит… я назначен, мне делегировали полномочия, в ситуации острого кризиса…

– Не говорите с пленником, мистер Харкорт, он лишь пытается вывести вас из равновесия. – Фойзон отошел от Фелпса, держа руки на поясе рядом с ножами. – На самом деле, возможно, будет лучше, если вы уйдете.

– Фелпс мой пленник, – запротестовал Харкорт.

– Но Чань – совсем другое дело. Я требую, чтобы вы оставили нас наедине.

Харкорт фыркнул и достал из жилета карманные часы.

– Отлично. У вас пять минут, но потом мы продолжим. – Фойзон ничего не сказал. Харкорт кивнул, как будто они договорились, и повернулся к своим подручным. Они поспешно вышли из комнаты. Два солдата остались охранять дверь.

Чань сказал с деланым оживлением:

– Теперь моя очередь?

– Я должен доставить вас живым. Вы понимаете, сколько разнообразных возможностей я могу использовать, чтобы не нарушать это условие. Воспользуюсь ли я ими, зависит от вас.

– Значит, вы не станете выбивать мне зубы, чтобы отомстить?

– Нет.

– Почему?

– Потому что я знаю, что ожидает вас, кардинал. Этого вполне достаточно.

Он начал привязывать Чаня к стулу. Когда Фойзон закончил, то махнул двум солдатам в зеленых мундирах и отослал их.

– Я скоро вернусь. Мистер Харкорт при всех своих недостатках – человек энергичный, и его нужно сдерживать. Вы не сможете убежать и, если жизнь молодой женщины ценна для вас, не станете и пытаться.

Дверь закрылась, и комната погрузилась в тишину, слышалось только свистящее дыхание Фелпса. Чань знал, что времени мало. Он щелкнул пальцами.

– Фелпс, проснитесь!

Тот с трудом поднял голову, взгляд его незаплывшего глаза был беспомощным и виноватым. Был ли он в своем уме?

– Ваш друг жив, – сказал кардинал.

Фелпс сглотнул слюну и моргнул.

– Друг?

– Помните, его арестовали с вами. Он жив и свободен.

– Боже мой. Хвала небесам. – Фелпс скосил глаз на дверь. – Доктор?

– Вам нет нужды беспокоиться. Но времени мало…

– Нет. – Фелпс замотал головой. – Мне так жаль, так стыдно…

Чань понизил голос.

– У вас не было выбора. Никто бы не выдержал. Послушайте, я должен знать, что вы сказали…

Но Фелпс не услышал его, все еще пытаясь подобрать слова.

– Я ничего не знал, вы должны верить мне, Чань, у меня не было ни малейшего представления. Неудача с самого начала.

– Никто не знает заранее, и все покоряются. Нечего стыдиться…