Чтение онлайн

Тристен Хайд смотрел на меня с монитора – Бекка так и не закрыла его страницу на «МайСпейсе».

Тристен, тот самый человек, который уже спас меня, когда я в первый раз ударилась о каменное дно.

Я села на стул, внимательно всматриваясь в его лицо. И тут же мне пришла в голову мысль.

Может, он снова сможет мне помочь?

Вероятно. Если удастся его уговорить…

Но придется нарушить некоторые правила, взламывать замки… Была ли я готова к этому, даже ради того, чтобы расквитаться за несправедливость?

Я наклонилась ближе, посмотрела в его выразительные карие глаза.

Готова ли я к тому, чтобы сделать это вместе… с ним?

– Трис, тренер нам другой маршрут задал, – пожаловался кто-то из команды, когда я свернул с асфальтированных дорожек на тропу, ведущую вдоль реки. – Он сказал…

– Тренера тут нет, – напомнил им я. – Кто-нибудь еще хочет повести команду?…

Ответа я даже не ждал. Разумеется, они побегут за мной, капитаном, поскольку знают, что если кто-то и займет мое место, то ненадолго. Пусть я задохнусь, но вперед никого не выпушу.

– Терпеть не могу эту тропу, – услышал я громкую жалобу сзади.

– Я тоже, – пробормотал я. Но меня тянуло туда снова и снова. Мне необходимо было видеть это место, быть там.

Мы все больше углублялись в лес, кроны деревьев здесь становились плотнее и едва пропускали сентябрьское солнце. Я видел эту тропинку в своих кошмарах. В тех снах, где руки мои держали нож.

Прекрати, Тристен, говорил себе я. Не расслабляйся.

Я слегка увеличил скорость, стараясь уйти от преследовавших меня образов, которые уже начали вырываться из моего взбудораженного подсознания и буквально преследовали меня по пятам, грозясь настигнуть.

Вот я приближаюсь к этой девушке…

Я еще ускорился.

– Эй, Трис, – громко возмутился кто-то еще. – Это всего лишь тренировка!

Тренировка. Были ли сны своего рода «тренировкой», как предсказывал дед? Репетицией грядущих преступлений?…

Впереди тропа сворачивала к реке, расширяясь на опушке, – сюда мы и пришли с ней в тот июльский вечер. В это место, которое я видел снова и снова в своем повторяющемся кошмаре.

Я в тот день чуть не утратил контроль над собой. Она хотела… а потом что-то случилось, что-то, чего я не помню. Когда я пришел в себя, она пыталась меня оттолкнуть, и глаза ее были полны ужаса. Точно как во сне.

А что случилось в Англии? Возможно ли, что я вправду…

Бежавшая за мной команда старалась не отставать, стоял громкий топот, и казалось, что меня преследуют. Желающие линчевать Тристена Хайда.

Убийцу.

Я еще больше отдалился от ребят и сломя голову понесся через опушку, мыслями возвращаясь в Лондон.

Черт!

Кровь…

Я крепко закрыл глаза, чего на бегу лучше не делать, и тут же налетел на камень. Я подвернул лодыжку и упал, сильно ударившись. Ребята не могли так резко остановиться и, чтобы не споткнуться и не упасть, одни сворачивали с тропинки и бежали через кусты, другие перепрыгивали через меня, а я прикрывал голову руками, задыхаясь от поднятой ими пыли.

Когда все пробежали, я сел и тем, кто оглянулся, подал знак двигаться дальше. Я встал, откашлялся. Отряхнулся, прислушиваясь к шелестевшему в сухой листве ветру И стрекоту цикад, и принялся ругать себя.

Это обычная тропа. А кошмары – всего лишь сны, как уверял меня отец. Провалы в памяти тоже как-то можно объяснить. На самом делея не опасен.

Да?

Я глубоко вдохнул и побежал дальше, не обращая внимания на боль в лодыжке, и вскоре снова догнал команду. Я вышел вперед и вывел ребят из этого ненавистного леса к свету.

Но когда мы вес еще на приличной скорости подбежали к школьному стадиону, оказалось, что на трибуне меня кое-кто ждал. Одна застенчивая девочка с вполне невинной просьбой, из-за которой мне суждено погрузиться в еще больший мрак, чем тот, из которого я только что выбрался.

Я ждала на трибуне, стараясь придумать, что сказать Тристену, и в какой-то момент команда бегунов показалась на стадионе, заканчивая тренировку. Точнее, появилась не вся команда, а только Хайд. Он сильно обогнал остальных ребят, и хотя я не слышала, что он капитан, казалось, что он вообще был сам по себе.

Тристен обежал вокруг поля, на котором футболисты, кряхтя, боролись за мяч – они сегодня остались без своегокапитана. Тристен ровно, как будто бы без усилий, добежал до тренера, Паркера, и резко остановился. Затем наклонился и схватился руками за колени, сделал несколько глубоких вдохов, после чего распрямился и заговорил с тренером.

При этом они оба смотрели на остальных ребят из команды, которые только что добрались до поля и побежали последний круг – гораздо меньший, чем сделал Тристен.

Мне с трибун показалось, что Тристен и тренер на пару оценивают всю остальную команду, они общались почти на равных, а не как учитель и ученик. Руки Тристена упирались в узкие бедра, а волосы потемнели и блестели от пота. И на майке у него тоже виднелся темный мокрый треугольник, а когда он поднял руку, указывая на отставшего мальчишку, я заметила, что Тристен хоть и худенький, как почти все бегуны, но бицепсы у него вполне рельефные – они были заметны даже под футболкой. А что у него под глазом – просто тень или синяк, полученный в драке с Тоддом, в которой он сломал ему руку? Я даже с такого расстояния заметила.

Я изо всех сил цеплялась пальцами за сиденье. Может, мне не стоило… приходить сюда… да и вообще думать об этом опыте.

Я встала, решив, что пойду домой, и тут Тристен заметил меня. Подняв глаза на трибуну, он замер, словно удивившись моему приходу. Потом он прикрыл рукой глаза от солнца, улыбнулся и помахал рукой. Я тоже махнула ему в ответ, чувствуя себя полной дурой.

Что же делать?

Я робко начала спускаться вниз, а Тристен похлопал тренера по плечу, по всей видимости, извинился и… легко побежал мне навстречу.