Чтение онлайн

– Паршиво, а у тебя?

– Великолепно! У меня сегодня ужин с Клэр, потому опоздаю.

– Нормально, - процедила Фиана.
– Опоздаешь так опоздаешь, начнем без тебя.

– Сука, - подумал Джейсон.

– Ну и пошел...
– подумала Фиана.
– Знаем, зачем ты звонил.

Вслух они распрощались как старые друзья.

Фиана остановила машину у Ла-бу. Хотелось есть, еще больше хотелось стряхнуть с себя сегодняшние разговоры. Она вошла в кофейню. Пахнуло сдобой и кофе. Девушка взяла круассан с сыром, листком латука и ветчиной, чашку кофе и села у окна. Смотреть особо было не на что. На парковку заехала еще одна Хонда и высадила мужчину и женщину. Оба средних лет.

– Интересно, он тоже бьет ее?
– подумав об этом, Фиана поняла, она задает себе такой вопрос далеко не впервые. Кого бы не высвечивала девушка из толпы в последнее время, всех рассматривала под одним микроскопом.

Снова позвонил телефон и голосом Яшки подозрительно воззвал: - Снова жрешь?

– А ты опять пьешь?
– парировала девушка.

– А что, человеку уже и выпить нельзя?
– горько спросил Цыган и предъявил главный аргумент: - На свои, между прочим.

– С чего же вдруг?

– Тошно мне, - признался Яшка.
– Вчера зашел в "Турецкие бани"... Народ вальяжный... Довольный... Так и поубивал бы их всех! Не чета мне. Или я им. Сидят, понимаешь, кайф ловят... Такая, блин, русская красавица, а муж - типичный американский лох.
– Цыганников тяжко вздохнул.
– И так мне захотелось этому пижону морду набить... Еле сдержался.
– Он снова шумно втянул воздух.
– Вот сижу теперь и водку жру... Она что же, русского не могла найти?

– Уж не тебя ли ей следовало найти?
– сказала Фиана. Внутри у нее все зашлось.

– Дура ты, Фифка, - отозвался любимый.

– Сам дурак, - тут же огрызнулась она.

– Не люблю я тебя, - заявил Яшка.

Она хлебнула из чашки. Кофе горчил.

– И никто тебя не полюбит, - вещал цыган.
– Мужчине нужна ласка, а не еж в иголках.

– Что еще нужно мужчине?

– Любовь, - с готовностью отрапортовал Яшка.
– Смирение. Глупость... А ты же умная, как черт. Психолог, блин!
– Он упрямо гнул свое.
– Зачем мужчине умная баба? Его не беседы интересуют, а крики и стоны...

– То есть, чтобы ее мучили, а она кричала и стонала от боли?

– Зачем мучили? Зачем от боли? От наслаждения, а не от боли.

Фиана явственно услышала бульканье и звуки глотков.

– На тебе же умрешь, пока что-то услышишь... Хорошее... А мужчина не машина...
– гнул свое Цыган.

– В таком случае, ищи другую... Дуру.

– Еще и слова ей не скажи... Короче, ты сегодня в резервации?
– И сделал неожиданное признание.
– Засадить тебе хочу.

– Пошел ты, - буркнула Фиана и бросила трубку. Едва откусила, снова раздался звонок.

– Я тебя не отпускал, - назидательно сказал Яшка.
– Психолог, блин...

Она проглотила, едва прожевав. Подумала, зачем он ей, пропойца. Но бросить трубку не хватало сил, и девушка молча выслушивала пьяный бред, пока не доела, а потом сказала, что надо торопиться, и тогда он закончил: - Ладно, целую. Увидимся вечером.

И Фиана точно знала, что не сможет его прогнать. Ни за что не сможет.

Нэнси, на теле которой муж не оставил живого места, покойно улыбалась, уже ожидая психолога.

– Как ты себя чувствуешь?
– улыбнулась в ответ Фиана.

– Хорошо, - просипела женщина. От криков она сорвала голос.
– Мои сыновья меня навестили.

Пятилетние близнецы смирно сидели в соседней комнате, держась за ручки во время кровавой бойни в спальне. Теперь они временно жили в детской комнате агентства, где их кормили и с ними занимались, чтобы изгладить кошмар в неокрепших душах. Анжелика являлась очень хорошим детским психологом: ее собственное детство было заполнено материнскими слезами, и это единственный рассказ коллеги о себе, поскольку слишком яркими и слишком болезненными всплывали детали в мозгу этой женщины. Своих детей она не заводила, чтобы ненароком их не травмировать.

– Я рада, - сказала Фиана.

– Спасибо, - несчастная пыталась кивнуть головой, но еще выходило не очень.

– Он тебя раньше бил?
– спросила Фиана.

– Не так страшно, - из глаза пациентки выкатилась слеза. Второй глаз был забинтован вместе с черепом.
– И всегда потом извинялся, объяснялся в любви, дарил цветы, обещал, в последний раз...

– Поэтому ты не ушла от него раньше?

– Не только.

– А что еще тебя удерживало?

– Я же люблю его.
– Бедняжка шмыгнула носом.
– Да и куда мне с двумя детками? Я такая глупая, ничего не умею... Как мне себя обеспечить?

– И что же, когда он отсидит своё, ты его снова примешь?

Левый незабинтованный глаз закрылся.

– Есть много профессий, которые ты можешь освоить...
– сказала Фиана.
– Агенство тебе поможет. Кто тебе внушил, что ты глупая? Он?

Она прекрасно знала, кто унижает для того, чтоб жертва как можно дольше не смогла вырваться из плена.

– Вы можете помочь мне пройти кулинарную школу?

– Это то, к чему ты стремишься?

– Я хорошо готовлю, все так говорят.

– Ему нравились твои блюда?

– Нет, конечно. Он говорил, когда ты научишься готовить. Но он ел!

– Жаль, не подавился, - подумала Фиана. Вслух спросила: - А твои родители критиковали тебя?

– Нет, но они постоянно надо мной смеялись. Все, что бы я ни сделала, было смешно.

– Знаешь, - вдруг совершенно неожиданно для себя сказала Фиана.
– Я ведь тоже с самого начала закончила кулинарную школу... Еще в России... Это очень хорошая профессия... Востребованная.

Все ясно, - думала Фиана.
– Все становится на свои места. И лечиться тебе предстоит еще очень долго... Так же и мне... А принимая в расчет прелестную мудрость "сапожники без сапог", мне еще дольше...

Пока Феликс рассчитывался в оффисе, Дина собрала чемодан. В отдельную сумку она уложила вещи на дорогу и целлофановый пакет для мокрых купальника, плавок и полотенец. Ланч с собой сварганила из остатков купленных в супермаркете продуктов. Получились весьма профессиональные сэндвичи с холодной курицей и кислыми огурчиками, только вместо хлеба полагалось использовать салатные листья. Ради хорошего кусочка настоящего хлеба... Мягкой и одновременно хрусткой серой горбушечки... Такой пахучей... Еще теплой... Нет, горячей, прямо из духовки... Это же полжизни не жалко... Дина тщательно мыла клубнику, и все ее существо восставало против здоровой пищи.