Чтение онлайн

ежедневно «вслушиваться в себя». Когда мы будем в

состоянии собрать и интегрировать все, что узнаем, то больше не будем ощущать себя одинокими, осО

таваясь наедине с самими собой. Когда мы сможем

интериоризировать наш диалог, сохраняя при этом

контакт с внешним миром, то почувствуем ту связь с

мировой душой, которую раньше обеспечивали древО

ние мифы и религии. Мы заново узнаем то, что знали

наши предки: что мрак излучает свет, а тишина издаО

ет звуки. Если у нас хватит мужества и внутренней

дисциплины, чтобы уйти в себя и ощутить эту велиО

кую полемику с душой, значит, мы оставим свой след

в Вечности.

Momento mori

Джереми Бентам, английский философ, социолог и

экономист XIX века, был

XIX века, был во

века, был во всех отношениях

всех

во всех отношениях блесО

отношениях блесО

блесО

тящим человеком. Вплоть до недавнего времени

любой человек, попавший в список избранных, мог

встретиться с ним, если можно так выразиться, в

Лондонской школе экономики. Оказывается, мисО

тер Бентам оставил завещание, в котором выделяО

лись деньги на проведение ежегодного обеда в его

честь. Все вроде бы прекрасно, но при этом сущесО

твовало одно условие: на обед Его ЗабальзамироО

ванное Величество ввозили на кресле и усаживали

на почетное место за столом. Можно себе предстаО

вить, какая высокоинтеллектуальная беседа могла

протекать за таким обедом. Наверное, гостям было

не слишком приятно смотреть на хозяина с таким

бледным лицом?

190

Глава 6

Историю Джереми Бентама можно считать тиО

пичной для западной культуры. Утратив мифологиО

ческую основу и сдвинув критерии оценки собственО

ного достоинства на материальное благополучие и

социальный статус, современная западная культура

стала рассматривать смерть как врага человечества.

Хорошо известно, что в настоящее время тема смерО

ти — единственная неподходящая тема для беседы в

гостях. По мнению таких общественноОполитичесО

ких обозревателей, как Джессика Митфорд («Как

умирают американцы»), Эрнст Беккер («ОтрицаО

ние смерти») и Элизабет КублерОРосс («О смерти и

умирании»), в Америке существует особая проблема, связанная с главным фактом жизни: то, что все люди

смертны.

Этот очевидный факт оказывает серьезное влиО

яние на жизнь людей. В процессе перехода через ПеО

ревал на смену магическому детскому мышлению и

героическому мышлению стадии первой взрослости

приходит неумолимое осознание временности и коО

нечности бытия. Та сила, которая дает нам жизнь, Эрос, одновременно и истощает нас. Это грустное

обстоятельство очень кратко и емко выразил ДиО

лан Томас: «Меня погубит та растворенная в зелеО

ни могучая сила, которая заставляет распуститься

цветок»*. Зеленый эрос молодости, подобно взрываО

телю, взведенному на самоуничтожение, в среднем

возрасте начинает восприниматься уже с леденящим

ощущением неминуемости собственной смерти. ПоО

этому не приходится удивляться, что пожилой чеО

ловек убегает с «юным сладким созданием» — женО

щиной, которая пользуется косметикой и разными

ухищрениями в одежде и прическе, чтобы скрыть

свой возраст и потливость, и употребляет минеральО

ную воду, чтобы избавиться от отрыжки. На такое

* «The Force That Trough the Green Fuse Drives the Flower», Collected Poems, p. 10.

Одиночное плавание в открытом море

191

поведение людей вдохновляет страх перед староО

стью и смертью.

Почему же мы желаем навсегда остаться моО

лодыми? Возможно, было бы совсем неплохо заО

менить некоторые изношенные части тела на ноО

вые, более прочные и эластичные, но зачем же

надеяться на возвращение обратно, в беззаботное

прошлое? Ответ совершенно ясен: человек хочет

воспринимать жизнь не в ее динамике, а как нечто

постоянное, он не готов увидеть в ней последоваО

тельность умираний и возрождений, он неспособен

совершить полноценное странствие, предпочитая

как можно дольше оставаться в известных и комО

фортных для него условиях. И тогда пластическая

операция стирает следы жизненных баталий, а в

обществе начинает править бал подростковая кульО

тура.

Греческий миф о Тифоне рассказывает о челоО

веке, который обладает бессмертием, но при этом

физически продолжает стареть. Глядя, как сохнет и

разрушается его тело, он умоляет богов сделать его

смертным. Наконец, боги внемлют его мольбе. Это

история о Джереми Бентаме и обо всех нас. Время

неумолимо, и всем нам уготовано превратиться в

прах.

В среднем возрасте совершенно естественно

страдать изОза истощения жизненной энергии и потеО

ри всего, что мы так старались сберечь. Но в глубине

этого страдания содержится скрытое приглашение.

Нам предлагается сместить свои интересы и способО

ности на совершение следующего этапа странствия, перейти от целей, связанных с внешними достижеО

ниями и приобретениями, к задачам внутреннего

развития. С точки зрения человека, находящегося

на стадии первой взрослости, вторая половина жизО

ни кажется страшным и тягостным спектаклем. Мы

теряем друзей, товарищей, детей, социальный статус

и, наконец,— свою жизнь. Но если дела обстоят так, 192