Чтение онлайн

Не помню, как мы оказались на последнем этаже, но вид огромной стаи драконов, чьи черные силуэты на фоне уходящего солнца, становились все больше и больше, навсегда остался в моей памяти.

“Эдвард нужно уходить отсюда, здесь опасно!”— умоляла меня мать. Но оторваться от такого захватывающего зрелища, было невозможно.

Послышался гром. Я заметил, что тучи в небе сгущаются, и вот-вот должен полить ливень. Внезапно, с диким грохотом, позади нас рухнула крыша. Казалось молния ударила в башню, так что стены затряслись. Сквозь клубы пыли появилась голова дракона. Глаза ящера сверкали огнем, а длинные ветвистые рога упирались в уцелевший свод потолка. Я удивился размерам этой твари. Она бы с легкостью могла проглотить нас обоих.

Мама прижала меня к себе, бежать было некуда. Время словно замедлилось, и я с ужасом смотрел, как открывалась пасть монстра. Он будто делал глубокий вдох, готовясь обрушить на нас всю свою огненную мощь.

Как только из недр раскаленной до бела глотки показалось пламя, мать со всей силой толкнула меня в сторону. Она успела крикнуть — “Эдвард беги!”, до того, как ее объяло яркое пламя.

Я отвернулся от дикого жара, и увидел шкаф в двух шагах от себя. Буквально прыгнув в него, я успел закрыть толстую дубовую дверь. Огонь задел лишь мою кисть, но в тот момент я не чувствовал боли.

Через мгновение наступила тишина. Чувствовался запах гари, и я уже начал кашлять от дыма, просачивающегося сквозь щели. Я выглянул наружу. Языки пламени струились по голым оконным рамам, а свет уходящего солнца лучился в едком сером тумане. Через проломленную крышу и стену были видны черные тучи.

Я пытался найти маму, с ужасом думая, что мне предстояло увидеть. Но на том месте где она стояла из-за плотного дыма ничего не смог разглядеть. Дышать стало невозможно. Чудом увидев выход с покосившейся дверью, на черную лестницу, я быстро покинул башню.

Когда я спустился вниз, и выбежал в сад, на улице уже лил ливень, слышались раскаты грома и далеко в небе сверкали молнии. Хотелось позвать на помощь, но никого вокруг не было. Да никто бы и не смог помочь спасти мою маму. «Ее больше нет»— промелькнула мысль в голове.

Я было ринулся обратно к ней, но, подумав, какой ужас ждал меня наверху, в отчаянии упал на колени и закричал от бессилия. Мокрый и продрогший, я сидел на земле и плакал. Казалось по лицу текли только слезы, бесконечной холодной рекой.

Вдруг, грянул оглушительный гром, и в полумраке сумерек сверкнула молния, разрезав небо ярким каскадом тонких линий, освещая все вокруг. Краем глаза я заметил что-то огромное и черное справа от себя.

У потивороложной стены, возле покосившегося дерева, неподвижно лежал дракон. Его мокрая чешуя поблескивала в свете молний. Мерзкое существо не подавало никаких признаков жизни. Оно распласталось на земле, расправив широкие крылья. Массивный черный хвост терялся в листве дерева. Монстр головой взрыл землю, зарывшись в перемешанную с листьями и камнями грязь. Повсюду лежали обломки веток.

Злость и ненависть переполняли меня. Я подошел ближе, и подняв с земли кусок ветки, начал с силой бить мертвую тварь по голове.

Я истошно кричал, нанося удары, пока не почувствовал жуткую боль в руке. Рана от ожога начала кровоточить, и скорчившись от боли я упал на землю и зарыдал. Кто-то подошел ко мне, и накрыв плащом, поднял на руки. После я очнулся у себя в кровати, рано утром.

Впервые за несколько дней я не почувствовал тепла черного амулета. Лестер забрал его у меня, сказав, что это зло. Бодрое чувство уверенности, придававшее мне силы каждый день, исчезло. Осталось лишь горе и отчаяние.

Лестер рассказал, что случилось ночью. Оказалось, что все нападавшие драконы, загадочным образом, замертво упали наземь, успев повредить лишь северную башню. Народ радовался этому чуду, пока не узнал, что случилось с их королевой.

Вечером вернулся отец. Он с ужасом встретил эту новость. Радость победы над стаей драконов вмиг испарилась, и осталось лишь горечь и боль от потери любимой жены. Было страшно признаться ему, что это я виноват в смерти матери. Но я все же нашел в себе силы и рассказал.

К моему удивлению отец не злился. Наоборот, он похвалил за то, что у меня хватило смелости признаться в своей ошибке, и показав черный амулет, сообщил, что теперь я не подвластен этому злу, теперь я сильный духом мужчина.

Северная башня уцелела от пожара благодаря дождю, но останков моей матери не нашли. Скорее всего сила драконьего огня испепелило ее тело в прах…»

Эдвард на время замолчал, задумавшись. Я взяла его за руку:

— Мне очень жаль твою маму… Это ужасная смерть. Надеюсь она не успела почувствовать боль.

— Надеюсь, — с грустью сказал Эдвард, — Теперь ты понимаешь почему я ненавижу драконий народ?

— Понимаю, — вздохнула я, — Ты все равно делаешь хорошее дело, помогая им.

— Пообещай, что не пойдешь в Волшебный лес, пока я не вернусь.

— Обещаю… — в начале замешкавшись, ответила я.

— Я знаю, ты думаешь, что этот лес безопасное место. Но это не так. Даже там можно попасть в неприятность. И никто тебе не поможет. Даже волшебство друидов не всегда способна спасти жизнь, — злобно произнес Эдвард.

— Ты поэтому их ненавидишь?

— Когда мой отец заболел, и ему стало хуже, я отвел его в Волшебный лес, рано утром, чтобы нас никто не заметил. Старый друид, осмотрев отца, сказал, что не в силах помочь. Он смог бы исцелить его, от сильного ранения в грудь, но не от этой болезни. После смерти отца, заболела моя жена. Болезнь была очень похожа, и стало ясно, что смерть не заставит себя долго ждать. В отчаянии, я решил нарушить клятву и отнести больную супругу к друиду, вдруг он смог бы помочь ей, но было уже поздно. На следующее утро она умерла. Я винил себя в том, что слишком долго решался на отчаянный поступок спасти ее. Тогда я подумал, зачем вся эта магия, если она не приносит пользы? Не приходит на помощь тогда, когда это действительно нужно! Я возненавидел их всех и целый месяц не появлялся в Волшебном лесу. До сих пор, смотря на этих волшебников, разумных животных и говорящих деревьев, меня тошнит от презрения!

— Эдвард, я сожалею, о том что случилось с твоим отцом и женой, но ненавидеть других в том, что они не смогли тебе помочь, это все равно, что проклинать Бога, жалуясь на свою несчастную жизнь. Пути Господни неисповедимы. Только ему известно зачем он отнял жизни наших близких. А нам остается только принять это и жить дальше.

— Я не говорил, что я их ненавижу. Я их презираю. Кого я на самом деле ненавижу, так это драконий народ и Блейна, потому что уверен — это он причастен к смерти моих близких!